Страница 94 из 137
Несмотря на массу вопросов и проблем, навалившихся на меня, я могла думать лишь об одном: «Хоть бы успеть. Пусть случиться что-нибудь невероятное и, когда мы прибудем, меня встретит отец и брат, а главное Ноа».
Благодаря письму Эйрин во мне треплется надежда, однако из-за идиотской ревности Карлоса, та самая надежда постепенно разбивалась на осколки неуверенности и страха.
Ведь просто так он не оставит меня. Поэтому необходимо найти выход из этой ситуации ограничившись наименьшими потерями. Не исключено что придется разорвать помолвку с Ноа и остаться одной или же занять место тех птиц, заключенных в золотой клетке. И я готовлюсь к этому.
Я достаточно наворотила пока была здесь.. Пора принять правильное решение, не такое какое бы приняла Диана, а то самое — моё. Надеюсь, что я осталась той Таней, что старалась всегда видеть в людях добро, а главное той, что несет ответственность за свои поступки.
В данный момент для меня главное, чтобы никто из моих близких не страдал, а невинные люди могли наслаждаться спокойной жизнью без тирании Ингрид.
* * *
Дни были холодными от чего казались ещё более одинокими. Темное небо, без проблесков зарождающегося рассвета, нагнетало.
Мужчины, выстроившиеся в ровные шеренги, отражали на своих тяжелых утепленных доспехах серебристый лунный свет, а трепыхающиеся на морозном ветру знамена не предвещали ничего хорошего. Лишь смерть и реки крови, ведь восстание против королевской семьи было неизбежным.
Под слабым лунным светом солдаты едва могли различить главный силуэт в темном лесу. Всё, что они могли разобрать, — это человека в черных доспехах на огромном черном коне с роскошной гривой.
Казалось даже, что его фигура поглощает весь свет вокруг себя, чтобы он мог оставаться тьмой.
Держа одной рукой рукоять своего меча, мужчина выглядел как изображенный на картинах Владыка Ада, выпрыгивающий из бездны. Он смотрел в даль, где располагалась столица.
— Ваша Светлость, мы готовы.
Ничего не ответив, герцог Монро ещё крепче сжал кружевную перчатку той, что находилась очень далеко от него. Последний раз взглянув на кружева он неторопливо спрятал перчатку у своего сердца за латным доспехом.
— Выступаем!