Страница 20 из 137
Мужчина медленно обошел меня и встал напротив.
— Почему именно вам повезло встретиться с Ризом?
— С кем?
— С моим питомцем. Пятнистый такой. Ты ему ещё приказы отдавать пыталась, забыла?
Так он о леопарде? Это его питомец?!
— Странно, а почему вы не приручили аллигатора или боевого петуха?
— Боевого петуха?
— Ага.. − чуть не добавила «такого же ненормального, как и ты сам», но я смолчала. − Оставили бы людям шанс на выживание.
В мыслях вспыхнули недавние воспоминания.
Ленивый, но острый взгляд желтых глаз и сужающийся зрачок.
Продраивающиеся черные усы и сморщенная переносица хищника.
Окровавленная пасть.
Запачканные алым белые зубы и леденящий страх от увиденного, пригвоздивший меня к земле.
— Ты.. неважно. Обещаю, подобного не повториться. Это моя вина.
Удивление?
Да нет.. Очередной шок. Он ведь почти извинился.
По крайней мере признал вину, уже хорошо.
— Я хочу уйти.
— Нет, − для устрашения или же решив, что я подамся в бега, Карлос сделал шаг вперед.
— Неужели вы думаете, что после всего произошедшего я задержусь тут на минуту дольше? − с издевкой спросила я.
— Я сказал — нет, − возвышаясь надо мной, он угрожающе добавил: − За то, что произошло, я как следует извинюсь и преподнесу тебе компенсацию, но уйти не позволю.
Я ненавидела высокомерных людей, однако Карлосу они, видимо, нравятся. Быть может, в этом и заключается разница между тем, кто родился правителем, и тем, кто им не был..
Он проявляет интерес к тем, кто сопротивляется его воле.
Даже сейчас мужчина подавляет меня своей аурой, но я не была бы собой, если б не воспользовалась таким шикарным «косяком».
— В таком случае, вам лучше стоит быть готовым к тому, что я запрошу в качестве награды и компенсации за сегодняшний день.
От удивления его голова немного склонилась набок, а бровь поползла вверх. На губах расцвела предвкушающая, очень довольная ухмылка.
— Интересно.. Хорошо, я согласен.
— Не думайте, что буду стесняться.
— Ни в коем случае. В подобном деле скромность посчитаю за оскорбление.
— Тем более, − стреляя воображаемыми молниями в него, я наконец-то ощутила воодушевление.
Карлос указал рукой на дорожку, по которой недавно увели Пенелопу.
— Что ж, пойдем?
Кивнув в ответ, я развернулась, но мое запястье неожиданно перехватили.
Ответом ему был мой вопросительно-недовольный взгляд.
— Там много мужчин.. − он медленно поднял руки над моей головой и осторожно накрыл вуалью открытое лицо. − Невинным девам нельзя показывать своего лица.
— Интересно.. Благодаря кому это я до сих пор невинная дева?
— Не ожидал, что решишься поблагодарить меня.
— И не собиралась.
В конце концов мы присоединились к празднеству.
Какое-то время я в одиночестве блуждала по саду, что располагался само близко к дворцовым стенам, где собирались гости. Чуть позже меня заметила Эдэ Долунай.
Самая активная из сестер Карлоса увела меня к своим сестрам, что расположились за вторым столом от того, за которым сидели их матери и тети.
Наблюдая за ферзенскими обычаями, не составило труда найти отличия от акросийских.
Во-первых, порядки. В Акросе с этим было строго, но не так сложно, здесь это сложные комбинации, и нужно уметь автоматически подстраиваться под происходящее. Взять то самое чаепитие, когда к нам присоединился Карлос.
Его сестры статусом выше меня, но наравне с Пенелопой.
В Акросе эти девы могли бы просто подсесть, а остальные потесниться, но не тут. Следовательно, когда я заметила идущих Эдэ Айлин и Долунай, кому-то требовалось уйти из-за стола.
Порядки грубые, но справедливые. Они построены на жестком соблюдении касты.
Второе отличие − рассадка.
Опять же не обошлось без кастового соблюдения и разделения.
Мужчины сидят по правую сторону от стола Императора, а слева расположены женщины. Чем ближе стол к месту императора, тем почетнее. Тот же принцип присущ Акросу, но без разделения.
Далее внешний вид.
Многое я узнала от Розы. Например, о скрытии лиц и украшениях.
Лица скрывают незамужние или вдовы, голову покрывают невинные, беременным запрещено облачаться в кричащие цвета, а на талии повязывают золотую ленту. Вместо колец в честь помолвки дариться ожерелье, а вот если девушка ищет пару, она убирает все украшения с шеи. В честь свадьбы мужчина пополняет комплект драгоценностей жены браслетами, серьгами и венцами.
Но самое дикое отличие от Акроса − жертва.
Мужчина и женщина, вступающие в брак, должны принести жертву. Какой эта жертва будет, решается самостоятельно, но жертва должна продемонстрировать, что они отказываются от чего-то драгоценного, заменяя это второй половиной.
С одной стороны глупость, но с другой вполне обоснованно.
Не успела я даже включиться в беседу, как раздался сигнал о приближении Повелителя. Люди всполошились и принялись подниматься с мест, становиться в отведенные их статусам позиции.
Заметив Пенелопу и остальных фрейлин, я двинулась к ним навстречу.