Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 58 из 78

Глава 31

Удивительно, но на этот раз, когда мы шагнули через арку перехода, я почти не почувствовала привычной каменной пыли, висевшей над рудниками. Горячий воздух всё так же пах раскалённым камнем, со всех сторон доносились удары кирок и тяжёлый гул работы, но сегодня мне было совершенно не до этого. Мы приехали за Дарионом.

Вот только брюнеты на рудниках, казалось, совсем не разделяли нашего настроения. Стоило им замечать нас, как разговоры обрывались сами собой, а лица становились ещё более напряжёнными.

Как будто и не было того вечера, когда мы все вместе делили ужин.

И это несмотря на то, что, как и в прошлые разы, мы пришли не с пустыми руками. Лей нёс две самые тяжёлые корзины, Каир — ещё одну, а Умник шагал рядом, поддерживая морально.

Мы прошли по знакомой дорожке между работавшими брюнетами, но вместо того, чтобы окружить нас, как в прошлый раз, мужчины лишь мрачно опускали головы вниз и тут же возвращались к работе.

Неужто после прошлого раза несварение желудка у всех дружно было?

— Надеюсь, этот нахал не решил, что мы обязаны встречать его с оркестром, — усмехнулся Лей, кажется, совсем не замечая перемены и вытягивая шею, чтобы найти взглядом брата.

Один из брюнетов всё же воткнул кирку в землю и подошел к нам.

— Госпожа Таня. Господин Лей. Господин Умник, — он и Каиру кивнул, не обделив вниманием. — Здесь вы Дариона не найдете.

— Это еще почему? — уточнила я.

— Пропал он, — тяжко выдохнул мужчина.

— В каком смысле пропал? — губы Лея сжались в жесткую линию.

— Несколько дней его никто не видел. Как сквозь землю провалился.

Как так, мы ведь все оформили, обо всем договорились.

— Чушь какая-то.

— Спросите вон у них, — брюнет зло сверкнул глазами куда-то в сторону.

Я проследила за его взглядом.

Надсмотрщики, те самые. Уж они-то точно должны что-то знать.

Обычно оба блондина сами подходили к нам почти сразу. Но в этот раз не спешили, держась на почтительном расстоянии.

Ну ничего, я не гордая.

Я дала знак своим мужчинам, чтобы они раздали корзинки работникам рудников, после чего мы вместе направились к надсмотрщикам.

— Госпожа Таня, — заюлил первый из них. — Чем обязаны?

— Тем, что вы сейчас скажете нам, где Дарион.

— Дарион сбежал, — слова дались ему с явным трудом.

Сбежал? Ну это ни в какие ворота не лезло.

— Даже не пытайтесь убедить меня, что сами в это верите, — внутри всё сильнее закипало раздражение. — Вы не хуже меня знаете, что он не мог дождаться, когда отправится домой.

— Госпожа моя, ты слишком добра к ним, — в голосе Лея исчезло всё привычное ехидство. Сейчас он говорил жестко, по делу, отрывисто. — Позволь мне взломать их систему.

— Рудники принадлежал городу… — начал было второй.

Умник перебил блондина:

— Город получил лимит моей госпожи за Дариона? — начал Умник с той самой педантичностью, которая обычно действовала окружающим на нервы. — Получил. Тогда несите нам его. Желательно живого. Если не получится — мёртвого.

Муж сцепил пальцы в замок так сильно, что побелели костяшки.

— Если и это проблема — по частям. Но полностью. Мы всё-таки покупали комплект.

Я успела увидеть, как оба блондина приоткрыли рты от железной логики Умника.

А потом краем зрения я заметила Каира и перестала вслушиваться в разговор мужчин, позабыв обо всем.

Каир стоял, словно не дыша.

В лице появилось что-то чужое, незнакомое. Как если бы он смотрел сквозь рудники, сквозь людей, сквозь весь этот разговор.

Я осторожно коснулась его руки.

Как в замедленной съемке Каир повернул голову в мою сторону и я едва не отшатнулась, заметив его зрачки. Неестественно расширенные, поглотившие почти всю радужку.

— Госпожа… Уйдём отсюда, — даже голос звучал еще глуше, чем обычно.

Это был и мой Каир, и в то же время будто совсем не мой.

— Возвращаемся домой, — обратилась я к своим.

Лей тут же открыл рот, явно собираясь возразить. Умник машинально поднял указательный палец, готовясь привести очередной безупречно выстроенный довод, но оба осеклись, едва встретились со мной глазами.

Они поняли.

Если я принимала решение вот так, не объясняя причин, значит, причина действительно была.

Никто не спорил.

В абсолютном молчании мы прошли к арке перехода и один за другим скрылись в её золотистом сиянии.

По пути в дом, в здании ресторана забрали остальных. И уже когда мы все собрались на том же месте, в нашей гостиной, Каир вышел вперед.

Прошёл от одного угла комнаты к столу, сцепив руки за спиной, развернулся, сделал ещё несколько шагов, словно пытался выстроить мысли в правильном порядке, после чего наконец произнёс:

— Дариона забрала Главная госпожа.

У меня внутри всё оборвалось.

— Зачем он ей?

— Она узнала, что ты его выкупила.

А ведь… да! Это было похоже на нее!

Сначала она подослала своих мужей для проверки будущего ресторана. А теперь это.

С первой встречи ей не угодили ни мои брюнеты, ни я. И она нашла способ ударить посильнее.

Я хотела помочь Дариону, но вместо этого только подвергла его ещё большей опасности.

— Каир, — Лиар первым нарушил тишину. — Откуда тебе это известно?

Каир набрал в грудь воздуха, словно перед прыжком в ледяную воду.

— Не знаю. Я сам не понимаю, как это произошло. Я просто… понял, о чём думали те двое блондинов. Не услышал их слова. Не увидел воспоминания. Просто знал. Знал, что Дариона забрала Главная госпожа. Знал, что до неё дошли слухи о том, что ты его выкупила. Знал, что она решила тебя опередить. Знал, что они хотели рассказать тебе правду, но не смогли. Она запретила им говорить об этом.

Взгляд Каира, непривычно беззащитный, был обращён ко мне, как к центру его мира.

— Ты мне веришь, моя госпожа?

Я не сомневалась ни секунды.

Подошла к нему вплотную, обняла обеими руками и прижалась щекой к его груди.

— Да, Каир. Я тебе верю.

Его руки почти сразу сомкнулись у меня за спиной, осторожно, но крепко обнимая в ответ. Я чувствовала, как гулко бьётся его сердце, и не отпускала его, словно одним этим объятием могла убедить, что он не ошибся. Что он не сходит с ума. Что я действительно ему верю.

— Вы понимаете, что это значит? — Волнение в голосе Умника заставило меня отстраниться от Каира.

Лей коротко усмехнулся без тени веселья.

— Что теперь Главная госпожа может сделать с моим братом всё, что захочет?