Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 79 из 80

– Папа кормит червячков в земле. Ахаха, – неестественно громко рассмеялся «палач». – Я вернул долг моей любимой. Восстановил справедливость по отношению к её родителям. Эх, я так глупо влип в своём первом деле. Совсем молодой был. Знал бы – сам воспитал бы мою Настеньку. Вот тогда она точно стала бы моей женой.

Меня передёрнуло внутри от его слов, но Пётр предупреждающе наступил мне с силой на ногу. Мол, молчи, наше время ещё не пришло. Повезло, кстати, что декан не стал нас обыскивать. Крайне самоуверенный тип этот «специалист».

Я уверен, что Пётр сейчас, как и я, думает, что делать. Может, не рисковать нам своими жизнями. Пусть Серж казнит виновных, зато мы точно не пострадаем.

– Я не поинтересовался в своё время, что эта была за девочка. Только теперь, когда её детки подросли, я понял… это прекрасный род. Такую красоту сотворить – это надо ещё постараться. А ты, сука, – он ударил Альку по лицу, отчего она глухо застонала, – всем испортила жизнь. Маленький мальчик жил с тобой, мразь, а не с мамой…

– Сергей Викторович, – не выдержал Пётр и встал, – вы всё верно говорите. И Макар вас поддерживает. Им с Настей такое пришлось пережить. Но давайте…

Декан пальнул в потолок и выкрикнул:

– На место! Сядь!

Но Пётр не успел вернуться на диван. Буквально несколько секунд – и мы все оказались лежащими на полу лицом вниз. Не успел я поднять голову, как началась перестрелка. Пётр навалился на меня своим телом и закричал:

– Идиот. У тебя жена и трое детей. Не высовывайся!

Когда всё утихло, я увидел, что Женя корчится в углу. Его протяжный стон нарушил гнетущую тишину. Я перевёл взгляд на Апекс – её голова безвольно повисла на груди. Декан успел сделать своё дело.

– Эх, Макар! Зачем я тебя только послушал…– сокрушался Пётр. – Ребята и без нас всё бы сделали. Что ты хотел увидеть в глазах Апекс? Раскаяние? Угрызение совести? Она больная на голову, ненормальная. Её лечить надо было. Вам всем просто не повезло встретиться с ней. Я, старый дурак, подставил тебя под пули.

– Он ушёл!

– Я вижу.

– И что теперь?

– Найдут. Не волнуйся. В машине есть обезболивающее?

– Есть. Сейчас принесу.

– Не смей. Пока нет новостей о декане, сидеть смирно и не высовываться. Степаныч, принеси аптечку.

Пётр подошёл к Жене и снял наручники. Потом помог ему перебраться на диван.

– Лучше бы и меня застрелили вместе с ней, – заговорил он тихим голосом.

– Лучше бы, – подтвердил я. – Такая странная любовь не должна существовать на земле. И приносить страдания…

– А что ты знаешь о любви? – он постарался принять положение поудобнее, но всё равно громко застонал. – Она сразу выбрала тебя…

– Давай сюда, – Пётр забрал аптечку из рук Степаныча и стал доставать содержимое на стол.

Набрал в шприц прозрачную жидкость из ампулы, а я пережал руку Жени ремнём выше локтя.

– Сейчас тебе полегчает, – сказал Пётр, делая в вену укол. – Скорая уже выехала.

– Прости, Макар, – откинул голову Женя. – И у неё попроси прощения… от меня.

– Ещё успеешь. У неё попросить. На суде… Насчёт меня. Я пока не умею прощать такое. Но обещаю, я буду учиться этому. Мне нужно долго жить на земле. У меня большая семья. А с такой ненавистью на сердце…

– Я тебе завидую. Я всегда тебе завидовал. Но я хотел остановиться. Пытался. Честно, Макар…

– Не верю!

– Хотел… ты навещай иногда мою маму.

– Как он уговорил тебя приехать? – проигнорировал я его просьбу.

– Записал на видео, что Алька говорит. Наверное, заставил её отвечать под дулом пистолета. Уж сильно испугана она была. По её словам выходило, что я один во всём виноват. Ещё и твою аварию повесила на меня.

– Так я же…

– Нет, в твоей аварии виноват тот алкаш. Там всё чисто. Серж шантажировал меня, чтобы я прилетел. Меня могли объявить в международный розыск. И я всё равно не смог бы работать за границей. Я догадывался, что могу попасть вот в такую историю, когда встречусь с ним…

– Ты давно попал в такую историю, Женя…

Я помог ему прилечь на диване и накрыл покрывалом, потому что его сильно трясло.

– Я писал тебе, что мы спим вместе, – его язык заплетался. – Прости. Я сожалею. Она всегда была верна тебе. И Акима Алька грохнула, наняла его…. Я дам показания, если надо. И адрес… этой женщины... У меня в рубашке в кармане… Мать маленького Кирюши…

– Не отключайся. Что нам надо сделать, чтобы тебе стало легче? – не скажу, что пожалел его, но это против меня… не хочу видеть смерть.

– Не трогайте меня. Мне действительно лучше умереть. Так будет хорошо всем… Там Серж много нарыл… блокнотик в столе. Кто представлялся твоим отцом, список всех врачей, кто брал взятки. Не всех арестовали…

В комнате появились врачи с носилками. Меня отстранили, но я услышал глухую просьбу:

– Простите, если сможете… И мама моя… Навести…

– Посмотрим, – буркнул я и отошёл в сторону.

Я отыскал блокнот, о котором говорил Женя, и поспешил на выход.

– Выходи смело, – сказал Степаныч, когда я спустился с крыльца. – Серж… его застрелили в чистом поле. На него это не похоже. Не захотел жить, видимо…

На небе из-за туч медленно выползла августовская полная луна. Выкрашенная в красный цвет. Осветила всё вокруг и снова растворилась в чёрных облаках.

– Домой, Макар! Жена ждёт, – потянул меня Пётр. – Тут и без нас во всём разберутся. Мы сняли охрану. Поздравляю!

Глава 68. Заключительная

– Тсс… Ну что же ты так шумишь, Настенька?

Макар навис надо мной с довольной улыбкой. Я потянулась к нему, и наши губы, опухшие от ночных поцелуев, снова слились в горячем порыве доставить друг другу удовольствие.

В душе по-прежнему всё ещё саднило. Было и радостно, и тоскливо одновременно. Как объяснил наш семейный терапевт, к которому практически силой потащил меня Макар, такие события нужно пережить. Нужно время. Постепенно и тревога пройдёт, и все волнения.

Жизнь будет дополняться новыми добрыми эмоциями. Всё встанет на свои места. Иначе и быть не может.

С того дня, как Макар приказал мне сидеть ровно на своей пятой точке и не высовываться дальше крыльца, прошёл почти месяц. Мы переехали всей нашей большой семьёй к Макару. Как выяснилось, он построил прекрасный дом недалеко от города.

Макар думал, что со временем будет жить там со своим сыном. А теперь вот – обживаемся в огромном коттедже все вместе. Впятером. И ещё с нами рыжий кот, которого наши дети притащили с улицы. Облезлого и тощего.