Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 35 из 80

Для малыша – было бы неплохо, чтобы у него был отец. Для Варшавского не будет дополнительной проблемой дарить хотя бы раз в год небольшие подарки. А на большее я особенно-то и не рассчитываю. Если он после всего того, что произошло у них с Апекс, снова смог с ней переспать, то надеяться точно больше не на что.

Ну и бред у меня в голове. Это всё после недельной тошноты. Надо бы уже врачу показаться. Да не знаю, как об этом Женю попросить. Он увёз меня к себе, в свой родной город.

Я не смогла ему противостоять. После всего случившегося я уже хотела обратиться к агенту по недвижимости, которого мне посоветовал декан. Но внезапно неизвестно откуда появился Медведский. Он обо всём узнал, что произошло между нами с Макаром. И сам поговорил с ним. А потом предложил пожить летом у него в старом доме.

Тут хорошо, есть сад и качели. А рядом красивый парк. По вечерам к нам приходит его мама. Мы пьём чай и обсуждаем работу Жени. Только скоро вся эта идиллия закончится. Нам всем придётся возвращаться на учёбу.

На учёбу… Не будет больше учёбы в большом городе. Я вернусь домой. Не использовать же в очередной раз доброе сердце Сергея Викторовича. Если возьмут обратно в наш универ – переведусь. Рожать мне примерно в феврале. Должна успеть доучиться, денег хватит на первое время. Рожу, а в июне защищу диплом.

Когда я так планировала, сердце моё успокаивалось. Словно малыш одобрял мою новую программу жизни. Вот если бы ещё тошнота и слабость прекратились. Как бы академический отпуск брать не пришлось.

А вообще – я полная размазня. Мы всегда предохранялись с Варшавским… кроме одного раза. Перед самой командировкой Макара. Но ведь женские дни должны были начаться через два дня.

Через два дня я об этом не вспомнила, впрочем, как и через неделю. Опомнилась только в середине июня, когда ночью проснулась от резкой боли в животе. Утром, заглянув в приложение, поняла, что у меня задержка. Ах, от нервов, отмахнулась я. А ещё через неделю меня утром вывернуло наизнанку. Хорошо, что Женя спит на другой половине дома. Я думаю, что он давно заметил, что со мной что-то не так. Но, скорее всего, списывает мои недомогания на сильный стресс.

Сделала тест, убедилась в результате и целый месяц не вспоминала об этом. Только ела и спала. Как будто всё само рассосётся.

Тянуть дальше некуда. Пора действовать: сообщить обо всём Макару, уволиться с работы и забрать документы из универа. Вернуться домой и ожидать рождение малыша. Ах да, ещё посвятить в подробности Женю.

Так что же я тяну. Боюсь? Хуже, чем сегодня, уже не будет. Не думаю, что Макар сможет сделать мне больнее, чем есть сейчас. Наши отношения забыть невозможно.

Уверена – я стану отличной матерью. Если уж моя пожилая тётя смогла заменить моих родителей, то я уж и подавно со всем справлюсь.

Надо сразу ему обрисовать ситуацию. Я не собираюсь никого шантажировать. Всё по желанию: признание отцовства, минимальная помощь. Не хочу уподобляться героиням из фильмов, но мне правда ничего не надо от Варшавского. Он всё равно не сможет мне дать то, что я хочу. А видеть его часто – врагу такого не пожелаешь.

Разбитое сердце не склеить, а жить дальше надо. И хочу сообщить ему обо всём лишь только потому, что я не имею права решать за малыша.

А ведь в какой-то степени меня спасла беременность. Я словно в панцирь забралась. Закрылась со всех сторон и живу спокойно на пару со своим малышом в животике.

Всё. Звоню. Нет…

Лучше напишу…

«Привет, Макар! Я сразу о главном. У нас с тобой будет ребёнок. Не знаю, как так вышло. Я не хотела никого обманывать… Мне кажется, что ты должен знать об этом. Мне ничего не надо от тебя. Но если ты посчитаешь, что малыш должен знать, кто отец, то препятствовать вашим встречам я не буду».

Зажмуриваю глаза и жму «отправить». Всё. Дело сделано.

– Привет! – я дёргаюсь, когда за спиной неожиданно появляется Медведский. – Идём завтракать. Я принёс твои любимые вафли.

– Спасибо, Женя. Но давай сначала поговорим.

– Нет, сначала завтрак.

Женя отбирает у меня телефон. Прячет его под подушку и подхватывает меня на руки.

– Эй, ты что творишь? Поставь меня на пол.

– Неа, – он кружит меня по комнате.

– Женя, немедленно отпусти.

– Не могу, Настя. Никуда не отпущу тебя.

Глава 33

– Женя, нам надо поговорить. Присядь, прошу тебя, – я потянула Медведского за рукав.

Он не стал садиться рядом со мной на диване. Ну и хорошо. Я и так не знала, с чего начать разговор. Тошнота снова подкатывала к горлу, а головокружение не прекращалось ни на секунду.

– Можешь сходить в ванную. Приведи себя в порядок. Я подожду.

Он многозначительно посмотрел на меня и сел напротив в кресло.

– Я в порядке, – мой голос меня не слушался. – Я хочу тебе кое-что рассказать.

– Настя, я знаю, что ты беременна, – хрипло пояснил он.

Женя сидел неподвижно и с каменным лицом. Бледный и напряжённый.

– Ты видел мой тест?

Мне стало не по себе: вдруг он роется в моих вещах, пока я отлучаюсь.

– Ты забыла, где я учусь, – нервно усмехнулся он.

Я выдохнула и выпалила на одном дыхании:

– Я сегодня уезжаю в свой город. Постараюсь перевестись обратно в наш универ. Буду рожать. Это осмысленное решение. Не трать своё время, чтобы меня переубедить.

Он мягко улыбнулся и сказал:

– Я не ожидал от тебя другого решения. Хотя признаюсь – мечтаю, чтобы ты изменила своё мнение.

– Ты говоришь про аборт? – у меня неприятно засосало под ложечкой.

– Да. Сейчас есть много возможностей. У тебя маленький срок. И ты быстро избавишься от своего недомогания. УЗИ и другие вспомогательные…

– Я не буду делать аборт! – бесцеремонно перебила его, когда услышала про «недомогание». – Это мой ребёнок. Он живой! Я буду рожать, и это больше не обсуждается.

– Ладно, ладно. Только успокойся, пожалуйста, – он закинул ногу за ногу. – На самом деле я предлагаю тебе другое решение.

– Что ещё за решение?

Волнение всё-таки дало о себе знать. Я закрыла ладонью рот и сбежала в ванную. Спасибо Медведскому, что он так и остался сидеть неподвижно. Его жалость и неловкие объятия мне сейчас ни к чему.