Страница 18 из 80
— Что случилось? — спросил Фёдор. — Ты вся горишь. Переволновалась, подруга. Ты отвезёшь её?
— Отвезу, не беспокойся. Ты лучше уладь дела с МЧС. Чтобы нас не дёргали с допросами. Если не получится, тогда отца подключу.
Староста согласно закивал головой. И мне даже стало немного легче. Ребята приняли меня в свой коллектив. Все одногруппники относились ко мне по-доброму и с большим вниманием.
— Подожди, Макар, — я отцепилась от него, потому что увидела Иру.
Она стояла у стены: бледная и с безжизненным взглядом. Держала в руках кота, а рядом с ней переминался с ноги на ногу и что-то говорил, размахивая руками, Роман.
Я подошла поближе и услышала, как он её отчитывал:
— И о чём ты только думала? Я всегда знал, что мозгов у тебя, как у курицы.
— Ты что такое говоришь? Сам ты… ккк… курица, — налетела я на него. — А ну быстро отпустил её.
Роман в недоумении посмотрел на меня, но ничего не ответил. В сторону, правда, отступил, чтобы пропустить меня к Ире. Мы обнялись и обе заревели.
— Осторожно, а то кота раздавим, — сквозь слёзы проговорила Ира. — Понимаешь, он так вопил. На всю улицу. Никто не знал, что делать. Мне казалось, что одна моя нога тут, а вторая там… и я до тянусь до него. Но он соскользнул. И мне пришлось полностью выбраться наружу.
Она вздохнула и снова заплакала.
— Главное, что все живы, — поддержала я её.
— И кот тоже, — к нам подлетела Алёна.
— Я заберу его домой. Он ещё совсем малыш, — вытирала глаза кулаками Ира.
— Малыш, твою дивизию, — снова объявился Роман. — Из-за этого малыша… даже продолжать не хочу. Дура ты, Ирка! Вот кто ты!
Я почувствовала, как чьи-то руки сомкнулись на моей талии.
— Так, что за слёзы? Всё же хорошо.
— Макар, — повернулась я к нему лицом. — Тебе весело? А ты знаешь, что мы все здесь чувствовали, когда не знали, что нам делать?
Он дотронулся губами до моего уха, и я услышала его шёпот:
— Значит, я тебе не безразличен? Ладно, можешь не отвечать. Я и сам всё вижу. Поехали ко мне?
— Я сейчас. С девочками попрощаюсь.
— Я буду внизу. Жду тебя в гардеробе.
От волнения и неизвестно откуда взявшейся температуры меня шатало из стороны в сторону. Я не была уверена, что ехать к нему — это хорошая идея. Но отказаться от него у меня не хватало сил. Как только увидела, что Макар жив и здоров, я поняла, что теперь не смогу жить без этого человека.
— Настя, ты хочешь ехать к нему? — спросила Алёна.
— Ты можешь поехать ко мне, — предложила Ира.
— Нет, девочки. Я поеду с Макаром. А там что будет, то и будет.
Глава 15
— Проходи. Что скажешь? Недавно ремонт сделал.
— Это твоя квартира?
— Да. А что тебя так удивляет? Купил в прошлом году. Здесь раньше жила прекрасная пожилая пара. У них куча правнуков. И даже один праправнук есть.
— А где они сами? — удивилась я.
— Так они вторую сотню недавно разменяли. Купили дом за городом, кур завели. Спасибо им за всё. У них был прекрасный ремонт. Пока расплачивался по кредиту за квартиру — неплохо себя чувствовал в семейном интерьере. До сих пор с их правнуками тесно общаюсь. Они рады, что квартиру купил хороший человек.
Макар хитро улыбнулся, а я пошатнулась. Температура набирала обороты, а мои нервы «играли» от тембра его голоса.
— Значит, хороший?
— Ну конечно. А то ты меня уже записала в отпетые мошенники и хулиганы. Так что скажешь? Как ремонт? Я много чего сам придумал. Вот подсветку своими руками сделал.
Я снова… не узнавала его. Как и в машине, когда он в дороге бросал на меня заботливые и ласковые взгляды. Варшавского будто подменили.
— Круто! А я вот совсем не разбираюсь в электрике.
— Я тебя научу. Это просто на самом деле.
— Спасибо. Ну что я могу сказать: нейтральным этот интерьер точно не назовёшь. Чёрные стены… Я бы не решилась. Никогда бы не подумала, что это будет так стильно смотреться. Мне нравится и это сочетание: дерево и отражающие поверхности.
Брутальная квартира-студия, несмотря на тёмные стены, получилось яркой. Кожаная мягкая мебель в тёплых бежевых тонах и разные функциональные детали интерьера — вроде красной подставки для зонтика — вводили в заблуждение. Эта квартира отражала противоречивость мажора. Выходит, хулиган любит домашний уют. И вместе с тем голая кирпичная кладка подчёркивает его серьёзность и ответственность.
— Смотри, у меня есть мини-спортзал.
— Интересно.
Макар несмело дотронулся до меня. В его глазах промелькнуло волнение.
— Тебе нужен врач.
— Я справлюсь. Ноябрь, вирусы атакуют. Тебе не стоило меня приглашать к себе. Можешь тоже заразиться.
— Вот ещё скажешь… — проворчал он и крепко прижал к себе. — Это не обсуждается.
Любимая фраза Варшавского. Он всё и всегда решает только сам.
— Уххх… Ты вся горишь. Давай-ка, малыш, в постельку.
Он переместил шторку по потолочному карнизу, и моему взгляду открылись гардеробная и… вместительная кровать. Достаточно вместительная, чтобы переночевать, при необходимости, даже втроём.
— Запрыгивай, Настенька.
Он мягко подтолкнул меня, а я не стала сопротивляться. Сняла только толстовку. Джинсы не решилась, залезла на кровать прямо в них.
С удовольствием устроилась на его многочисленных подушках — кто бы мог подумать, какая неженка этот Варшавский! — и натянула до подбородка одеяло. Хотелось согреться, мои руки и ноги стали совсем ледяными.
Когда мы встретились взглядами, я заметила, как он с трудом сглотнул. В этом резком движении кадыка было столько интимности, что я невольно зажмурилась. Макар сейчас подумает, что я дура малолетняя. Никогда парня так близко не видела.
— Я сейчас сделаю чай! Отдыхай, — его тихий голос мягко зашуршал, но глаза открыть я не решилась.
Когда услышала, что шаги Макара отдаляются, полностью вытянула ноги и расслабилась. И не заметила, как провалилась в тревожный сон.
Проснулась от того, что кто-то тряс меня за плечо. Долго не могла понять, где я нахожусь. Но спустя несколько секунд я сфокусировала взгляд и увидела перед собой тревожное лицо Жени:
— Давай, давай, просыпайся. Как дела, Настя?
К моему спутанному сознанию добавилась сильная боль в горле, так что я с трудом смогла проговорить:
— Не самый лучший день, наверное.
— Ясно. У тебя ангина. Открой рот, я посмотрю.
Только сейчас я заметила, что Макар стоит рядом… с ложкой и странным выражением лица, значение которого я пока для себя не определила.