Страница 36 из 47
Глава 35.
От предложения Петра отвезти меня в аэропорт я отказалась сразу.
— Я сама.
Мне физически необходимо было выстроить эту дистанцию. Не делить с ним тесное пространство салона автомобиля, не слушать привычные наставления, не изображать семейную пару ещё хотя бы сорок минут.
Такси довезло меня до терминала в абсолютной, спасительной тишине. Самолёт с гулом оторвался от полосы, заложил крутой вираж, и в иллюминаторе медленно поплыли серые кварталы города. Я смотрела вниз, пока дома не превратились в крошечные прямоугольники.
«Всё». Город оставался позади. Вместе с Петром. С его докторской. Со свекровью. С веснушками Милы. С растоптанной на паркете рубашкой.
На три дня мне хотелось забыть, что эта жизнь вообще существует.
Конференция международного архитектурного агентства проходила в огромном конгресс-холле из стекла и металла. Свет свободно проникал сквозь прозрачную крышу, отражаясь в полированных поверхностях макетов. Вокруг шумела международная конференция по современной архитектуре. Пространство конгресс-холла было заставлено парящими стеклянными конструкциями, параметрическими макетами из биопластика и экранами, на которых сменяли друг друга безумные 3D-визуализации городов будущего. Кинетические фасады, нейросетевое проектирование, экологический хай-тек… Я шла между рядами и чувствовала, как внутри меня разрастается ледяная пустота. Я не просто отстала. Я осталась в другом веке.
Пока я строила личную жизнь, вила семейное гнездо, выбирала обои для спальни и занималась бесконечной, унылой привязкой типовых советских коробок к местности, архитектура совершила революционный переворот. Я смотрела на эти чертежи и ловила себя на страшной мысли: я даже не до конца понимаю логику этих конструкций. Смелый, амбициозный архитектор Вера, когда-то бредившая новациями в Делфте, умерла. Вместо неё остался уставший проектировщик, штампующий однотипные планы.
За соседними стендами обсуждали композитные материалы, цифровые двойники зданий, искусственный интеллект в проектировании. Вокруг звучала английская, немецкая, французская речь. Я медленно шла между экспозициями. Когда-то именно сюда я мечтала попасть. И вот стояла здесь… Совершенно чужая. Меня накрыло ощущение собственной ничтожности. Мне вдруг показалось, что я безнадёжно опоздала. Не на конференцию. В профессию.
Я остановилась возле большого макета пешеходного моста. Тонкие стальные ванты расходились веером от единственной опоры. Красиво. Очень красиво.
Но что-то тревожило глаз.
Я наклонилась ближе. Ещё ближе. Потом машинально взяла лежавший рядом буклет. Нет… Не может быть… Я снова посмотрела на схему. Порывистый ветер. Большой пролёт. Такая постановка вант…
Я почти шёпотом произнесла: — Нет… здесь при боковой нагрузке появится лишний крутящий момент.
Стоявший рядом мужчина с бейджем участника обернулся.
— Простите?
Я словно проснулась.
— Извините… наверное, я ошиблась.
Он внимательно посмотрел на схему.
Потом снова на меня.
— Нет… погодите.
Он подозвал коллегу. Через минуту они уже втроём рассматривали чертёж.
— Действительно… — задумчиво произнёс один из инженеров. — Если изменить точку крепления…
Они быстро заговорили между собой. Я незаметно сделала шаг назад. В груди вдруг что-то дрогнуло. Я всё ещё это видела. Я всё ещё умела. Не хуже. Я просто очень давно перестала жить архитектурой. И именно эта мысль оказалась неожиданно освобождающей. Внутри словно открыли окно. Впервые за долгое время мне захотелось подойти к следующему стенду. Не потому, что так было нужно. Потому что стало интересно.
— Вера?
За спиной прозвучал густой, до боли знакомый голос.
— Верочка… неужели это ты?
Я медленно обернулась. Ко мне уверенным шагом шёл Владимир. Тот самый. Высокий. С открытой улыбкой. В дорогом тёмно-синем пиджаке. С той же живой энергией, которая когда-то не позволяла ему спокойно пройти мимо ни одной интересной идеи.
Мы не виделись со времён Делфта. Я сама удаляла его письма, которые он регулярно направлял на электронную почту. Не хотела тревожить свои воспоминания. Расстраивать Петра. Вдруг увидит. Потом, через несколько лет, он перестал писать. Связь оборвалась.
Но сейчас на мгновение время исчезло.