Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 55 из 60

Глава 55. Лиса

Я возвращалась на локацию.

С того вечера у бабушки прошло два дня. Два дня, за которые я успела переосмыслить всё, что со мной произошло. Два дня, в течение которых успела придумать самые мрачные сценарии будущего и почти довести себя до нервного срыва.

И, быть может, я бы продолжала медленно сходить с ума, если бы не вмешалась бабушка.

Вчера вечером я лежала у неё на коленях, а она расчесывала мне волосы — так же, как в детстве. Медленно, бережно, словно разглаживая не только пряди, но и все хаотичные мысли в моей голове.

Я не выдержала и рассказала ей всё — чего боюсь, чего хочу, о том, что разрывает меня изнутри.

Бабушка внимательно слушала, не перебивая. Лишь в конце сказала:

— Бояться — это нормально, дорогая. Но страшнее страха будет только сожаление.

Я зажмурилась. Потому что понимала, что она права. Я уже знала, что буду жалеть. Жалеть всю оставшуюся жизнь, если не рискну снова.

— Я боюсь не только того, что может произойти, — прошептала я. — Я боюсь, что, если это случится снова, я просто не смогу себя собрать.

Бабушка улыбнулась.

— Тогда оставайся цельной личностью, Лисонька. Любить — это не значит раствориться в человеке.

Я подняла на неё взгляд.

— Ба, почему ты математик, а не философ?

Она тихо рассмеялась и погладила меня по голове.

— Это не философия, дорогая. Это опыт.

Что касается Даниила, то он писал мне.

Сначала короткие, почти нейтральные сообщения: «Доброе утро, малыш. Как спалось?»

Затем длинные, с его фирменным юмором рассказы о гонках. Я даже несколько раз рассмеялась, читая, как он жалуется на какого-то механика из немецкой команды, который, по его словам, «грешит против всех законов инженерии».

А по вечерам…

По вечерам его сообщения становились другими — глубокими, тёплыми, почти нежными. Я никогда не думала, что Даниил на такое способен.

Я подъехала на локацию к обеду и, поставив машину на стоянке, направилась в наш отель. Здесь всё было по-прежнему — суета, люди, технический персонал с оборудованием. Я даже почувствовала что-то вроде тоски.

На ресепшене я оформила себе отдельный номер, поднялась, скинула сумки и набрала того, кто меня с нетерпением всё это время ждал.

— Моя пропажа! — завизжала Марина, даже не поприветствовав. — Ты решила не написать, а позвонить? Как приятно-то!

— Ты где?

На том конце раздался драматичный выдох:

— Дорогая моя, пока ты где-то там чилишь и страдаешь по… — она замялась, — по кому именно ты там страдаешь? Я до сих пор торчу там, где ты меня оставила. На локации, Лис! Где же ещё?!

Я усмехнулась.

— А конкретнее?

В трубке повисла секундная пауза, а потом Марина буквально взорвалась:

— ТЫ ЗДЕСЬ?! Где? Когда? Я уже бегу!

Я не успела ответить, как услышала звук захлопнувшейся двери и стремительные шаги.

— Лис, не вздумай уйти! Я уже в пути!

Я рассмеялась и продиктовала номер комнаты.

Прошло не больше двадцати минут, прежде чем дверь с грохотом распахнулась, и в комнату влетела Марина.

Глаза — дикие, волосы — растрёпанные, в одной руке бутылка, в другой — сок.

— Ты не выйдешь отсюда, пока я не услышу твою версию! — объявила она, скидывая обувь прямо у двери. — И да, ты будешь пить! Сок я уже взяла.

— А не рано ли для алкоголя? Тебе сегодня еще нужно работать?

Марина посмотрела на меня так, как будто я только что сказала, что у нее две головы.

— Лис, ты издеваешься? Я просто чую, что рассказ без алкоголя не пойдет и эта бутылка у меня была припятана с момента твоего внезапного отъезда! Наконец то она дождалась своего часа!

— Ты знаешь, что произошло?

— Ты вообще прикалываешься? — Марина смешно округлила глаза. — Конечно, знаю! Но не всю историю. Мне нужно услышать всё — с деталями, с выражением, с эмоциями, с паузами и, желательно, с приукрашиваниями.

Я вздохнула, подруга тем временем уже открывала бутылку, нашла кружки и налила туда алкоголь. В мою кружку добавила сок, а в свою……долила еще алкоголя.

— Ладно, — сказала я обречённо и начала рассказывать.

Когда наконец выговорилась, выдохнула.

Марина слушала меня молча, не перебивая, лишь изредка подливая себе мартини. В её глазах читалось всё — удивление, восторг, шок, азарт.

Я мельком взглянула на время и приподняла бровь.

С ума сойти. Мой рассказ занял не больше, не меньше, а целых два часа.

Марина первой нарушила тишину:

— Не могу сказать, что не догадывалась. — Она медленно покрутила кружку в руке, затем отпила глоток и продолжила: — Чуйка была. Особенно после того, как Громов тебя тут искал. Тогда всё встало на свои места. Но, чёрт подери…

Она вдруг резко хлопнула себя по ноге, так что я чуть не подпрыгнула.

— Ты моя девочка!!! — воскликнула она, загораясь ещё больше. — Я всегда знала, что в тихом омуте черти… Ну, ты понимаешь, кто водится. Но чтобы ты поставила на колени самого Громова?!

Я закатила глаза.

— Марин, я никого не ставила на колени.

Она фыркнула.

— Да-да, конечно. Наверное, именно поэтому он тебя искал и именно поэтому он ударил нашего Артёма.

Я напряглась.

— Он выглядел ужасно, — добавила она, внимательно посмотрев на меня. — А что Лебедев?

Я вздохнула. Наш разговор с Артёмом я решила оставить при себе. Это было, между нами.

— Артём, конечно, мне помог, и мы с ним…

Марина снова хлопнула себя по ноге.

— Лиса, дорогая, не нужно заливать мне чепуху. Это ты можешь много не замечать, но не я. — Она прищурилась. — Я так понимаю, что-то произошло, раз он вернулся сюда трепать нервы Даниилу?

Я молчала, обдумывая её слова, а потом тихо спросила:

— Я была так слепа?

Марина усмехнулась.

— Ну, зрение у тебя так себе, но тебе простительно. Перед твоими глазами был иной объект обожания.

Я горько улыбнулась и тихо сказала: