Страница 2 из 60
Глава 2. Лиса
Я вела машину по знакомым улицам, механически переключая передачи, но мысли были далеко отсюда.
Разговор с мамой не выходил у меня из головы. Я была счастлива за неё, правда. Я искренне радовалась, что она сделала этот выбор осознанно, что это не было просто случайным импульсом или попыткой заполнить пустоту. Это было желание, которое долго зрело внутри неё, и теперь оно наконец стало реальностью.
Я улыбнулась, представляя, как этот малыш появится в нашей жизни, как мама будет бережно держать его на руках, как бабушка будет рассказывать свои бесконечные истории, которые всегда звучали так тепло и уютно. Я знала, что этот ребёнок будет окружён любовью — по-другому просто не могло быть.
Но я волновалась.
Семейство Громовых, это не типичная традиционная семья, где все друг друга слушают и искренне любят. Большинство их родственников, это те ещё снобы. Иногда мне казалось, что они выходцы из королевской семьи и я не удивлюсь если старшим Громовым, подают завтрак с фразой: «Овсянка, сэр».
Мне было семнадцать, когда мама впервые решила познакомить меня с Олегом и его сыном.
Я помню, как долго выбирала платье в тот день. Это было не просто знакомство — для меня оно значило гораздо больше. Я должна была понравиться. Выглядеть так, чтобы не было стыдно. Чтобы меня приняли.
Я перебирала вещи в шкафу, примеряя их одну за другой и придирчиво разглядывая себя в зеркале. Одно платье слишком обтягивало, другое висело мешком. В одном я казалась себе нелепой, в другом — ещё полнее.
В такие моменты невольно вспоминались чужие шепотки и взгляды одноклассников. Я не была изгоем, но и красавицей меня никто не считал. За мной не бегали парни, не писали анонимных записок и не приглашали на медленные танцы.
В моде была худоба. Девушки, которые могли позволить себе узкие джинсы и короткие топы, не задумываясь о ширине талии или округлости бёдер, казались мне невероятно счастливыми. Я же слишком хорошо знала, что не вписываюсь в эти стандарты.
Сейчас, оглядываясь назад, я понимаю, что у меня была прекрасная фигура. Но в семнадцать я искренне считала себя толстой.
Когда я наконец определилась с платьем, мама одобрительно кивнула.
— Ты выглядишь очень мило.
Я улыбнулась, хотя по-прежнему сомневалась в своём выборе.
Когда мы приехали в дом Олега, нас встретила домоправительница — полная, невысокая женщина лет пятидесяти. Она проводила нас в гостиную.
Я едва успела сделать несколько шагов, когда открылась дверь со стороны террасы.В комнату вошёл молодой парень. Легко, непринуждённо, с той уверенностью, которая бывает у людей, с детства привыкших чувствовать себя хозяевами положения.
Чёрные рваные джинсы, белая футболка, небрежно наброшенная кожаная куртка. На запястье дорогие часы. Тёмные, слегка растрёпанные волосы, словно он только что провёл по ним рукой.
Даниил Громов.
Сын Олега. Старше меня на четыре года.
Мама не раз упоминала о нём, но увидеть его довелось впервые. И, признаться, я совершенно не ожидала, что он окажется таким.
В школе хватало парней, которых девчонки считали красивыми. Но Даниил был другим. Из тех, на кого невольно обращаешь внимание, даже если очень стараешься этого не делать.
Я засмотрелась. И, конечно, он это заметил.
Даниил окинул меня быстрым взглядом и довольно сухо заметил, что платье мне идёт. Я уже собиралась поблагодарить его, когда он обратил внимание на мои кудри.
— А волосы у тебя свои? У меня знакомая такие специально делала. Потом перестала, говорит, из моды вышли.
Он произнёс это совершенно буднично, словно не видел в своих словах ничего обидного. А я вдруг почувствовала себя неловко. Столько времени потратить на выбор платья, старательно уложить волосы — и теперь стоять перед ним, не зная, что ответить.
Я постаралась не выдать своего смущения. Не хватало ещё, чтобы он понял, насколько легко ему удалось меня задеть. К счастью, мама пригласила нас к столу, избавив от необходимости продолжать этот неловкий разговор.
С Олегом я познакомилась уже в столовой. Он встретил меня с безупречной вежливостью, но его сдержанность почему-то заставляла нервничать ещё сильнее. Я старательно отвечала, следила за каждым словом, а сама всё пыталась уловить по его лицу, что он обо мне думает. Безуспешно. Казалось, он умел быть любезным, не выдавая при этом ни единой эмоции.
Когда мы наконец расселись, домоправительница подала суп с трюфелем. В другое время я бы наверняка оценила и красивую сервировку, и необычное блюдо, но сейчас аппетита не было совсем. Я рассеянно водила ложкой по тарелке, изредка поглядывая на остальных, и вполуха прислушивалась к разговору Олега с сыном.
— Как перелёт? — спросил Олег, покачивая в руке бокал с вином.
— Обычный. Всё по расписанию.
— Долго пробудешь?
— Неделю. Может, меньше. Через три дня лечу в Лондон, потом обратно в Женеву.
Даниил отвечал с таким равнодушием, словно речь шла не о перелётах между странами, а о поездке в соседний город. Я украдкой взглянула на него. Он чувствовал себя совершенно свободно, тогда как мне даже сидеть за этим столом было неуютно.
— А как учёба? — поинтересовалась мама. — Ты ведь изучаешь бизнес-администрирование?
— Скучно, предсказуемо, но полезно, — отозвался Даниил.
— Тебе не нравится?
— Не думаю, что без этих знаний моя жизнь сильно пострадала бы.
Я заметила, как Олег напрягся, но промолчал.
— Но ведь закончить учёбу ты планируешь? — продолжила мама.
— Конечно, — Даниил посмотрел прямо на отца. — Для галочки.
Олег медленно поставил бокал на стол и на несколько секунд воцарилась неловкая тишина. Мне показалось, что подобные разговоры между ними происходили не впервые. Отец явно ожидал от сына другого отношения к учёбе, а тот даже не пытался скрывать своё безразличие.
— А ты, Лиса? — неожиданно обратился ко мне Олег.
Я растерялась, не сразу поняв, что он говорит со мной.