Страница 69 из 138
Но ему не посчастливилось обрести себе друга, пускай и четвероногого. Пробежав ещё несколько метров, псина вдруг споткнулась, плюхаясь на дорожное покрытие, потеряв окончательно остатки сил. Она жалобно завизжала, когда стая мёртвых собак окружила её, а потом начала рвать на части, жадно заглатывая кровоточащую плоть. Их рёбра обтягивала кожа, а во многих местах она прогнила насквозь, так что становилось видно чёрное нутро с кучей червей. Один из мёртвых псов рухнул, так как передние ноги по какой-то причине отказались держать изуродованное тело, но гадина, несмотря на неудобство, все равно продолжала жрать, лёжа на брюхе, напоминая чем-то акулу, наверное, своей ненасытной жадностью.
Откуда здесь взялся нормальный пёс, Алексей сказать не мог. Он не встречал ничего живого очень и очень давно, целую тысячу лет. Ему в последнее время думалось, что единственное живое существо в городе, это он сам. Но вот же судьба, которая показала ещё одну Божью тварь, и тут же её отобрала, направив адских гончих вслед за этим несчастным псом.
Собака уже не повизгивала. Она распростёрлась на асфальте, уставившись единственным оставшимся глазом в равнодушные небеса, не обращая внимания, как рвут на части её плоть, как ёрзает по дорожному покрытию её измазанное кровью тело, как из брюха потянулись внутренности, склизкие, ещё дымящиеся.
«Что-то я потерял», — с тревогой подумалось ему.
Ещё в тогда, в нормальной жизни, Алексей бросился на помощь, а если бы не успел, то расправился с гадинами в лучших традициях супергероев. Но нынче всё иначе. Такое вот геройство слишком дорого могло обойтись. Да, пускай они были дохлыми псами. Да, пускай они не особо быстро бегали, но всё же эти гадины представляли реальную опасность. А рисковать лишний раз не хотелось. Не хотелось умирать, даже существуя в одиночестве в этом гребаном дохлом мире. Он никакой не герой, поэтому и не бросился крушить черепа адским гончим. Псу уже не помочь, а всех мертвецов все равно не перебить. Следовало подумать о завтрашнем дне, о следующей недели.
Торопливым шагом он двинулся прочь, то и дело оглядываясь назад, чтобы убедиться, нет ли за ним погони. Но всё нормально, если можно так выразиться в нынешних обстоятельствах. Мертвецы продолжали жрать псину. Впрочем, а почему бы и не выразиться, если он живой и здоровый, с набитым за плечами мешком с провизией. День удался, а он пока ещё хрипит прокуренными лёгкими, коптя этот мир, шагая к своему убежищу. И пускай от него пованивает дерьмом и потом, но он дышит, а это главное.
— Млять! — вырвался у него истеричный вопль.
Прямо из-за угла вывернул дохляк женского рода в порванной блузке некогда белого цвета. Её правая грудь была обнажена, открывая татуировку единорога, а может и просто лошадки. Сказать трудно, так как кожа успела местами почернеть, а где-то даже разойтись, открывая белёсую, с неким налётом плоть.
— Млять! — вновь вырвалось у него, но на этот раз не так громко.
Используя посох, Алексей отпихнул мертвячку прочь от себя, а тупой конец его орудия пробил брюхо зомби, войдя внутрь. Изнутри, словно из перезревшего плода брызнули внутренности, подталкиваемые скопившимися трупными газами. Они расплескались сгнившим дерьмом, мелкими ошмётками, усыпая асфальт жутко воняющей дрянью.
«Давай! » — прокричал в голове командный невидимый голос.
Взмах лопаты. Шея срублена напрочь, а то, что было поверх её, теперь летит прочь, кувыркаясь, издавая глухие звуки. Рот широко распахнут, а один глаз брызнул соплями, оставляя слизь на щеках. Тело, постояв с пару секунд, покачнувшись, рухнуло вперёд. И если бы Алексей не отступил, то лежать с этой дрянью ему в обнимку.
«Не-е-ет. Что-что, а этого я хочу меньше всего».
Вытерев конец посоха об одежду трупа, он заспешил, вновь ускоряя шаг. Опасности вблизи не было. Несколько мертвецов на расстоянии трёх десятков метров, тот самый, с изображением Халка на футболке, да ещё один доходяга. Бояться не надо. Они слишком медлительны и тупы, так что он спокойно дойдёт до своего подъезда, укрываясь в нём. Да и если заметят живого человека, зомби ничего не смогут сделать. Алексей шагает быстро, а до дому уже рукой подать. Сегодняшняя вылазка закончилась удачно. Он сможет прожить ещё какое-то время.
* * *
Алексей вышел из квартиры, осторожно прикрыв за собой дверь, как будто не хотел делать лишнего шума. Потом сделав несколько шагов, пересёк лестничную площадку, приближаясь к противоположной двери. Прислушался. Где-то слышны шорохи, далёкие, замогильные. Это мёртвые скребут ногтями, желая выбраться наружу из своих тюрем. Но нет, тюрьмы станут и могилами. Теперь Алексей это знал точно. Надежда пылала у него внутри, а настроение казалось слегка приподнятым. Он даже пропустил сегодня стаканчик другой мерзкого пойла, с удовольствием ощущая, как пылает приятно в желудке раскалённым огнём алкоголь. Но всё исчезло разом, когда он вошёл в другую квартиру, останавливаясь возле входа в маленькую комнату. Дверь открыта, и мужчина переступает порог, уставившись на женщину и девочку, которые некогда составляли его семью. Счастливую семью, которая стала ничем, превратившись в два куска мёртвой плоти. Они обе прикованы наручниками к батарее. Обе топчутся на одном месте, так и не сумев избавиться от оков. Запястье изрезано металлом до самой кости, но мёртвые не испытывают боль. Его жены и дочери больше нет. Давно нет. Возможно целую вечность. А может быть их никогда и не было, а семейная жизнь, это просто приятный сон. Теперь же он проснулся, вновь оказываясь в аду, а эти два мертвеца, совсем не семья, а просто незнакомки, коих он принимает за жену и дочь.
В самом начале они ничем не отличались от людей, но теперь же их облик изменился. Некогда шикарные волосы поредели, повиснув грязными прядями на сползшей коже, бесстыдно обнажая голый череп. Плоть под одеждой настолько истлела, что было удивительно, как она ещё не отделилась от костей. Но самое ужасное это то, что оба существа продолжали двигаться, открывая безгубый рот в оскалившейся улыбке. Да, теперь Алексей знал, что эпидемия шла на спад. Мертвецы не вечны, как это показывается в кино. Они гнили, и гнили довольно быстро. Именно поэтому птицы больше не могли нападать с воздуха, падая кучей дерьма с крыш, а их конечности и прекрасно отделялись, а тела так легко подвергались разрушению. Пройдёт ещё неделя, а может и две, и тогда город полностью очиститься от ходячих мертвецов, став просто мёртвым городом. И он, Алексей, будет единственным его жителем.