Страница 39 из 138
Иван поспешил следом, и вскоре они уже оба сидели во внедорожнике, который рванул с места, направляясь за пределы города. Дорогу с обеих сторон окружали густые джунгли, тянущиеся вглубь до бесконечности. Да и сам асфальт, стоило сказать, был очень разбитым. Даже в Российской глубинке не было такого убогого дорожного покрытия.
— Куда мы едем?
— Я везу вас к вашей жене. Она не в городе. Мои ребята видели, как её увозят и поспешили доложить об этом мне.
— Вы что, — поинтересовался Иван. — всегда собираете новости об исчезнувших туристах?
— Конечно, усмехнулся тот. — Ведь это же хороший заработок.
Машина резко сбросила скорость, так как впереди показалась глубокая выбоина.
— А кто не может платить за информацию, тому, что делать?
— Не повезло, — хмыкнул мужчина.
Весь вид незнакомца говорил о равнодушном отношении к тем несчастным.
— Кстати, как мне вас называть?
— Жан Жак. Но для всех я Маленький Жужу.
Иван умолк, глядя на петляющую дорогу, которая уходила в разные стороны. Чем дальше они отъезжали от города, тем меньше становилось транспорта. А когда свернули с асфальта, то вообще остались в полном одиночестве среди ночного мрака.
— Не особо тут ездят.
— Вся жизнь протекает в больших городах, — заметил Жужу. — Туристы и всё такое. А здесь провинция, убогость и серость. Короче, обиталище для крыс.
Внедорожник прокладывал себе путь, то и дело подпрыгивая на неровностях и задевая крышей низко нависшие ветви. Из джунглей доносились различные звуки животных, которые не заглушал даже шум работающего двигателя. Иван не заметил, как уснул. Он в последнее время занимался поисками, и поэтому времени на сон почти не оставалось.
* * *
— Эй, — толкнул его в плечо Жан Жак. — Приехали.
Открыв глаза, Иван осознал, что всё ещё находится в салоне внедорожника, скрюченный на переднем сиденье. Он вылез из автомобиля, разминаясь и потягиваясь. Огляделся и понял, что машина стоит на небольшой поляне, затерянной в джунглях. —
— И что дальше?
— Теперь нам предстоит пройти какое-то расстояние по джунглям. Примерно к вечеру будем на месте.
Иван скептически осмотрел свою обувь и одежду, но, в конце концов, поплёлся за негром. Ему ничего не оставалось. Если бы даже он был голым, то всё равно пошёл бы за Катей.
* * *
Не пройдя и пары километров, Иван почувствовал, как натёр ноги. Он то и дело морщился от боли, тихо матерясь, но продолжал идти вперёд, глядя в спину Жан Жака. Подумал о дальнейшем пути, который им предстояло пройти и быть на месте аж вечером. Проводник же его, чувствовал себя на удивление хорошо.
«Ну да, — с раздражением подумал он. — Ему то что? Он здесь родился, и наверное всю свою жизнь бродил по этим проклятым джунглям».
— Может, сделаем привал?
— Времени нет, — отмахнулся Маленький Жужу. — Следует спешить, а иначе… Ночные джунгли не лучшее место для путешественников.
— Звери?
— Есть вещи гораздо страшнее зверей, — мрачно бросил тот, прикоснувшись к пистолету.
Сумерки упали на них неожиданно. Ещё вроде бы мгновение назад светило солнце, а в следующий момент они двигались в полной темноте. Звуки джунглей изменились. Иван устал до такой степени, что уже не обращал внимания на разбитые ноги и укусы от насекомых. Наконец его чернокожий проводник остановился и выключил фонарь. Он, обернувшись, приложил палец к губам, говоря этим, чтобы его спутник молчал. Да Иван ничего и не собирался говорить. Из его лёгких вырывалось хриплое дыхание, которое со временем восстановилось.
— Почти пришли, — прошептал Жан Жак, направляясь осторожным шагом вперёд, раздвигая руками ветви.
«Ну слава богу».
Иван остановился на окраине джунглей, оглядывая поле, которое расстелилась перед ним. При свете луны, он увидел тёмные человеческие силуэты, что двигались по плантации и что-то делали. Он насчитал их около трёх десятков, но возможно было и больше. А вдалеке заметил некие строения, походившие на хижины.
— Кто это? Что они делают? — посыпались вопросы.
— Рабы, — ответил Жан Жак сдавленным голосом. — А что могут делать рабы? Конечно же работать.
Иван внимательнее пригляделся, и сразу же заметил некую странность, которая была в этих людях. Даже в темноте можно было увидеть, что их лица неподвижные, как будто высеченные из камня. А ещё, они двигались подобно роботам из старых фильмов, некими рваными движениями. Всё это совокупности пугало. Он почувствовал, как по позвоночнику пробежал страх, что засел где-то в мозгу.
«Так быть просто не должно».
— С ними что-то не так, — проговорил он, не отводя взгляда от плантации с сахарным тростником.
— Конечно, — ответил чернокожий. — Они же одержимые.
— В каком смысле? — не понял Иван.
— Зомби, — коротко ответил Жан Жак.
— Зомби... Но я думал…
он не договорил, запнувшись, ошеломлённый этими словами. В мозгу сразу вспыхнули знакомые картинки из просмотренных фильмов ужасов. Эпидемия, восставшие мертвецы, апокалипсис, пустые города...
— Угу. Влияние Голливуда. Нет, не те зомби, ожившие мертвецы, а совсем другие. Хотя есть и такие. Вон, взгляни на того с краю...
Иван проследил за жестом своего провожатого, и увидел в десятке метров мужчину, который таскал тростник. Он был явно мёртв, так как плоть местами уже начала гнить, открывая рёбра. Да и кожа на лице разошлась, бесстыдно оголяя покрытое слизью мясо. Остальные жуткие подробности скрывал мрак.
«Чтоб я сдох!»
Раб в этот момент приблизился к одной из хижин, где горел факел, и Ивану удалось более лучше его разглядеть. Зрелище было жутким. Он не мог поверить в то, что видит. Правая щека полностью прогнила, показывая ряд зубов, а левое ухо оторвано, и болталось на чём-то, похожее на нить. Оба глаза покрывали бельма, скрывая зрачок. От одежды мало что осталось. Лишь грязные лохмотья.
— И это всё зомби? — дрогнувшим голосом поинтересовался он.
— Да, считай именно так. Их подчинили себе с помощью магии. Древней магии. Рабы, которые не ведают усталости. Они могут работать и днём и ночью.
— И среди них находится Катя, моя жена?
— Конечно. А зачем мы, по-твоему, сюда пришли? Её похитили, дабы сделать рабой.
— Но зачем? — не понял Иван. — Это же так глупо. Я в том смысле, похищать белую, да ещё и туристку. Легче сделать зомби из местного жителя.
— Угу. Но ты не прав.
— В каком смысле? — обернулся к нему Иван.