Страница 132 из 138
На неё уставились два огромных немигающих глаза. А спустя мгновение камень превратился в громадного лесного тролля, с мощными руками и ногами, поросшими густой шерстью.
Существо глухо зарычало, сделав шаг вперёд, вновь останавливаясь. Из пасти потянулась тонкая нить вязкой слюны. Глаза часто заморгали, подслеповато изучая находившегося впереди человека. Становилось ясно, тролль был очень стар. Возможно не одна сотня лет ему, так как во многих местах плоть превратилась в камень, покрывшись мхом. Ещё пара сезонов максимум, и от него останется лишь холодный гранит в форме диковинного зверя.
— Прости, что я тебя потревожила.
Равена совершила руками знак, который означал на древнем языке извинения. Также это значило, она из одного с троллем племени. Не кровном, конечно, но в магическом.
— Я просто много дней и ночей иду почти без отдыха. И мои ноги безмерно устали.
Девушка слегка повела подбородком, разводя в стороны руки.
— Мне хотелось лишь одного, немного поспать, чтобы набраться сил, так как мой путь далёк.
Тролль вновь тихо что-то прорычал, но на сей раз не агрессивно. Он приблизился к Равене, опускаясь с ней рядом, беря ту с нежностью на руки, прижимая к своему твёрдому холодному телу. И девушка успокоилась, расслабившись. А спустя ещё какое-то время она уснула.
С первыми лучами солнца, Равена собралась выдвинуться в путь, но была остановлена лесным троллем. Тот достал из своих запасов орехи, а также различные съедобные коренья.
— Благодарю тебя, хозяин этих мест, — слегка поклонилась девушка. – За твою щедрость и тот покой, который ты предоставил мне в своих объятиях. Я набралась немного сил, и теперь смогу продолжить путь.
Тролль тряхнул головой, топнув ногой. Затем опустившись на четвереньки, показал понятный жест, и Равена не стала возражать, взобравшись к нему на плечи, крепко ухватившись за гриву жёстких и немытых волос.
Лесной хозяин, вскочив, понесся по лесу, перепрыгивая с ловкостью через поваленные стволы, проскальзывая оленем между деревьев, пригибаясь над низко свисающими ветвями. Тролль всего лишь к закату донёс девушку к южным угодьям, проделав огромное расстояние в несколько десятков лиг.
— А теперь прощай, — слегка прикоснулась Равена кончиками пальцев к существу. – Прости меня за то, что мне нечем тебя одарить за твою неоценимую помощь.
Тролль затряс головой, оскалившись, показывая ряд пожелтевших острых зубов, что, по-видимому, должно было служить улыбкой. Затем развернувшись, медленно побрёл обратно в лес, а Равена с грустью заметила, что камня на плоти существа стало намного больше. Немало сил тот потратил, чтобы доставить девушку к этим местам, облегчить её путь.
«День прошёл, а это означает, что я ещё ближе к своей цели».
Она подняла взор к небесам, к двум лунам, всматриваясь в них, будто желая прочитать ответ.
— Укажите мне верный путь.
Подул лёгкий ветерок, тихо зашелестели листья. Девушка поглядела туда, где находились невидимые сейчас горы. Утром её ждут новые испытания, а пока…
Равена медленно обернулась, накидывая на голову капюшон, изучая огромное двухэтажное строение из дерева, окружённое высоким забором. Изнутри слышался характерный шум, который обычно разносился от таких мест. А ещё пахло едой…
* * *
Клаус уставился на муху, что ползала по стене. Его руки задвигались быстрее, елозя грязной тряпкой по глубокой миске. Где-то за спиной слышались голоса кухарки и её помощницы, а в зале также царила суета. Сегодня, как никогда, был наплыв посетителей. Впрочем, его постоялый двор всегда пользовался успехом, стоя на перекрёстке дорог, а дальше были лишь горы, если идти на юг. В основном этим трактом пользовались купцы, а ещё гвардия короля, которая двигалась маршем, но не забывала останавливаться здесь, чтобы пропустить кружечку другую прекрасного эля.
«На перекрёстке четырёх дорог», — прочитал хозяин постоялого двора, под оленьими рогами, название.
Он достался Клаусу от отца, а отцу от деда. Ещё при Эдуарде-Страшном, заведение принадлежало им, принося доход, не особо большой, но постоянный. Всегда находились люди, что готовы были променять монету на хорошую комнату и еду, и возможно ещё девушку, которая бы скрасила ночь.
Взгляд Клауса скользнул в сторону, на Тамзин, его жену, несмотря на годы, всё ещё привлекательную, с тёмной гривой волос, точно у его лучшей кобылицы. А груди… Крепкие, словно два полных месяца, до сих пор влекли к себе, приманивая, как кота на сметану.
«Будь я проклят, если обменяю её на какую-нибудь девку», — подумалось ему с нежностью.
Они были вместе два десятилетия, но к огромному сожалению, Господь детей им так не послал. Монах говорил, чтобы они молились, посещая храм, но результата не было. И даже обильные пожертвования, посещение святых источников, не исправили эту проблему. Поэтому оставалось только ждать, делая всё новые и новые попытки, но всё ещё тщетно.
В этот миг дверь открылась, и на пороге появилась тонкая высокая фигура, завёрнутая в грязный плащ. Волоча подолом платья по заплёванному полу, некая незнакомка приблизилась к стойке, останавливаясь, глядя изумрудами глаз на хозяина заведения.
«Что за чертовщина?» — вздрогнул мужчина.
Он заглянул под глубоко натянутый капюшон, изучая уродливые шрамы на лбу и щеках молодой девушки. Они казались особенно безобразными в вечерних сумерках, чернея богопротивными татуировками на нежной коже.
— Комната, — выдавила из себя хриплым голосом та.
— Вам нужна комната? – поинтересовался Клаус, наклоняясь вперёд, кладя огромный живот на столешницу.
Он отчего-то ощутил беспокойство.
— И еда. Совсем немного.
— Серебряный за комнату, и два медяка за ужин.
Подумав мгновение, незнакомка произнесла:
— У меня нет денег.
— Нет денег, нет услуг, — развёл мощными руками мужчина. — Это семейный закон, который я никогда не нарушаю.
Некоторые из посетителей с любопытством уставились на молодую особу, бросая на неё короткие взгляды. Да и сама Тамзин остановилась с пустым подносом, недоуменно покачав головой.
— Может тогда можно в конюшне?
В голосе девушки слышалась надежда, робость.
— Хм... Ну, я не храм, чтобы подавать нищим.