Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 74 из 78

К сожалению, внутри Атолла — лодка, паря над моим внутренним морем находится в своего рода пузыре. Ржавый не слышит и не видит меня. Для него все окружающее пространство затянуто белым туманом. Сам я на лодку проникнуть тоже не могу — меня отталкивает.

Жаль. Многие планы из-за этого были порушены.

Как не откладывай — затянуть его в себя вместе с лодкой мне все же пришлось.

— Прости.

Прислушиваюсь к себе. Отток магии прекратился. Отлично!

После (прибравшись в сарае и не запирая его на радость шпионам), я весь день бегал по деревне. Утрясал последние формальности и пугал главных забияк, пьяниц и драчунов Плеши будущими карами в случае их плохого поведения в мое отсутствие.

— Как это так? Вы нас покидаете?

— Временно. Командировка.

— Ах вот оно что… Ну вы это там, покажите им. Вот, — потрясли перед моим лицом сжатым кулаком.

— Обязательно.

Что не нравилось — письмо от Тития так и не пришло. Это меня немного беспокоило. Я поручил ему разузнать об экспедиции в Серое Царство. Но что меня в особенности интересовало — это имя или имена тех, кто меня туда протолкнул.

— «А я говорил что ему нельзя доверять, вонючке подрейтузной!»

Усмехаюсь.

— «Выучил новое ругательство и решил ввернуть его, чтобы попробовать на вкус как оно звучит?»

— «Хе-хе-хе»,

— подтвердил своим скрипом-кряхтением мои мысли Чужеблуд.

Тетю Марию я нашел на заднем дворе ее дома. В волшебном саду, подрезающую жизнь-траву, в чем ей помогала дочь — Фея, не прыгающая козликом по деревне вместе с подружками, а занятая делом. Какая молодец.

— Не помешаю?

— Конечно, нет, дядя! — Радостно поприветствовала меня двоюродная сестренка, с радостью отбросив тяпку и вытерев грязные руки о рабочую одежду.

— Когда ты уже перестанешь называть меня дядей и будешь звать братом?

— Никогда, — потупила она взгляд, покраснев. — Страшно.

— Дочь! — Строго посмотрела на нее мама, но я не обиделся, что и показал.

— Как урожай? Посыпали траву тем порошком что я вам передал?

— Фу! — Сморщила носик Фея, да и тетя не удержалась. — Он воняет говняшкой!

— Посыпали, — перебила дочь ее мама под мой смех. — Жизнь-трава набрала много силы и уходит по двойной цене. Спасибо.

— А зачем ты пришел? — Спросила меня сестренка, так и не притронувшись больше к тяпке, как бы мама хмуро на нее не смотрела.

— Попрощаться. Завтра уезжаю.

— Уже⁈ И надолго? — Уточнила тетя, но ответил ей не я, а Фея.

— Еще как! Год — не меньше!

Я, как и тетя Мария с любопытством посмотрел на опять засмущавшуюся под нашими взглядами сестру.

— Мне Роза сказала.

— Возможно что и так, — кивнул я тете, желающей уточнить этот момент.

— Может хоть в дом зайдешь? Попьешь вместе с нами чаю?

— Не могу. Много дел. Извините, — развел я в беспомощности руками.

Огляделся.

— Степки не вижу.

Иннокентия я не упомянул. Он в городе. Поступил в училище и сразу практика. Ремонтирует подвижной состав, а живет в общежитии.

— Он на поле. Помогает собирать ягоду с общинных полей.

Фея фыркнула.

— Как же! С Веркой он, — сдала она его. — Целуются за сараями, — упрекнула она брата, но смотрела при этом на маму. Видимо они так и не поговорили об ухаживающем за ней мужчине.

Тетя покраснела точь в точь как Фея. Одна кровь.

— ДОЧЬ!

Я улыбнулся, обнял их и ушел.

Все. Осталось поговорить с Лианой, уже серьезно и с чистой душой в путь.

Я застал девушек в своем кабинете — за столом установленным здесь для моего прекрасного счетовода.

— Как дела?

Они выпили. Пахло виноградом и сыром, что исчез с тарелки быстрее вина. Даже крошки подъели.

— Люция рассказала мне о вероломном предательстве Ирги, Рогеды и Тития — твоих друзей, — указала на меня пальчиком Лиана, обвиняя. — Вот же сучки! Ты должен был разорвать с ними всякие отношения!

— Да?

Я с упреком посмотрел на проговорившуюся подругу, наклонившую голову, чтобы ее вьющиеся облаком волосы скрыли пылающее стыдом лицо.

Та пожаловалась.

— Она вытянула это из меня. Я не виновата.

— Так! — Появились в моем голосе раздраженные нотки. — С вас хватит!

Бутылку я убрал.

— Я наверно пойду? — Неуверенно спросила у меня Люция, ища ответ в моих глазах.

— Иди, конечно. Вы и так засиделись. Все уже укладываются спать. А мы пока обсудим с Лианой ее обязанности. И давай-ка обнимемся. Проснувшись, ты меня не застанешь. Поезд в пять утра.

— Уй!

Прижав ее к себе, я подержал ее так несколько долгих секунд и отпустил. Она ушла, и хмель из глаз Лианы выветрился. Плутовка.

— Хорошая девушка. Не ругай ее. Она рассказала мне о деревне достаточно. Не пропаду.

— И не собирался ругать. И все же послушай.

Инструктаж много времени не занял.

— Вопросы?

— Выпьешь со мной?

— Я не пью и тебе не советую.

— Ой, будто бы обычное вино сможет повлиять на организм бакалавра.

— Ты-то не бакалавр.

Она сделала фырк, и перестала тянуть руку к бутылке.

Хотелось спросить ее чьи последние вдохи марают ее дух, но сдержал себя. Спросил о другом.

— Ну как ты?

Она поняла о чем я. Уточнять не пришлось.

— Первое время было тяжело, — «повесила» она голову. — Без Брина моя жизнь была такой же серой как ты сейчас, — хихикнула она, но в глазах смех не отразился. — Справилась. Родители поддержали, и друзья что остались.

Ее лицо ожесточилось, но после того как она посмотрела на меня — малость смягчилось.

— Это хорошо, — подбодрил я ее улыбкой, положив ей на плечо руку. В знак поддержки.

— Помассируй вот здесь, — попросила она, передвинув мою ладонь на заднюю часть шеи. — Что-то я устала…

Я не нашел причин отказать в ее маленькой просьбе.

— Навестишь дом?

Удивляюсь.

— Ты о чем? Мой дом здесь.

Она оглядывается на меня и в раздражении закатывает глаза.

— Я о Лисьей Горке. Ты же собираешься заглянуть в город?

— Возможно… Не решил еще.

Разговор на какое-то время затих. Тишину нарушало лишь соприкосновение моих ладоней с ее шеей и плечами. Звуки шуршания и ее глубокое дыхание, становившееся все более грудным и глубоким.

— Хватит, — останавливает она меня и, нервничая, уходит.

Я смотрю ей вслед, вздыхаю и выключаю свет в кабинете. Обхожу дом — прощаясь с ним, и сталкиваюсь с Лианой в дверях своей спальни.