Страница 14 из 64
Он обернулся, и в его глазах плескалось такое искреннее недоумение, что я едва не сдалась. Как можно объяснить ребенку, что то, что он видит, – это тайна, которую нужно беречь ценой собственной жизни?
– Но они же настоящие! – воскликнул Генас, вырывая руку. – Они светятся! Ты их тоже видишь? Почему ты ничего не говорила?
Я закусила губу. Правду говорить нельзя. Нужно импровизировать.
– Это… это…– Слова застряли в горле, словно кость.
– Они твои друзья?
Друзья? О нет! Эти светящиеся сущности были скорее бременем, маленькой тележкой, прицепленной к огромному вагону в виде чайной.
– Генас, о них…
Но мальчишка, словно маленький сыщик, уже сам догадался.
– Никто не должен знать о том, что ты разводишь призраков. – Его глаза блеснули от восторга. – Слушай, а можно я буду приходить и играть с ними?
Голос из-под потолка, недовольный и скрипучий, прервал наш разговор:
– Я все еще требую своего чая. И выгоните мальчугана из нашего дома.
Хорошо хоть не сказал «моего», – промелькнуло в голове с саркастической ноткой.
Генас, словно испуганный щенок, подбежал ко мне и схватил за руку:
– Не прогоняй меня! – взмолился он. – Я помогу открыться. А спать могу здесь, прямо на полу.
Сердце больно сжалось. Воспоминания о собственном сиротском прошлом волной нахлынули, чуть не заставив меня разрыдаться. Чудом удержалась. Сопли сейчас были совершенно неуместны. Дел выше крыши, помощи от духов никакой, а Генас… возможно, он – моя последняя надежда.
– По рукам, – согласилась я, глядя в его полные надежды глаза. – Только держи язык за зубами, не ной и не бездельничай. Договор? Я протянула ему руку для рукопожатия.
– Договор! – с широкой улыбкой на лице провозгласил юный сиротка, принимая свою новую «должность». Так, в моей жизни появился еще один незваный гость, готовый делить со мной тяготы и странности этого проклятого дома.
— Ти! — Палец Генки, словно стрела, указал на солонку, вынырнувшую из сумрака в свет. Точнее, на вполне конкретную чашку, зажатую в пухлых руках госпожи Марлин. Эта дама, едва переступив порог нашей скромной чайной, умудрилась выдать: «У вас тут, конечно, уютненько… Но пыль! Дышать просто нечем!»
Пыль, между прочим, протирал Скит. И, само собой, возмутился до глубины своей мелкой, но злобной душонки. Это уже третья его попытка испортить чай этой важной даме. Я, конечно, понимаю его праведный гнев, но терять одного из шести посетителей ой как не хочется. Тем более Генас прошептал, что это – главная сплетница города.
Сорвавшись с места, я перехватила летящую солонку в миллиметре от цели. Даже пришлось немного побороться с духом, который вцепился в инструмент мести всеми своими невидимыми конечностями.
– Милочка… – с трудом вырвав солонку из цепкой хватки Скита, я развернулась к госпоже Марлин, пряча улику за спиной.
– Да?
– А скажи-ка мне, ты обручена?
– Не-е-ет… – неуверенно протянула я. «Плохо, ей нужны сплетни!» – прошипела на ухо невидимая Асира. И тут меня осенило. – Меня домогается генерал, поэтому я не могу ни с кем завести знакомство.
– Ах! – Госпожа Марлин схватилась за грудь, всем видом намекая на бедное, трепещущее сердце. – Разве так можно?! – Два ближайших стола разом повернулись на громкий возглас главной сплетницы города.
Я была в отчаянии. Чистота, новые напитки, бессонные ночи – все напрасно. Кое-как наскребли шесть столов посетителей. А все почему? Потому что нет рекламы! Не зная, как в мире без интернета продвигать заведение, я понадеялась на «сарафанное радио». Оно сработало, но слабо. И вот сейчас, у меня появилась уникальная возможность привлечь больше клиентов. Людям всегда нужны хлеб и зрелища. Это я и решила им дать.
– И не говорите, – прикоснувшись к спине женщины, я посмотрела ей в глаза с самым жалобным видом и закончила фразу, обеспечивая себе, как мне казалось, постоянный поток клиентов. – Я уже устала прятаться от него. Как получила наследство, так он со своими подчиненными не вылезает из заведения. Вот решила немного привести все в порядок, да новые рецептики придумала. Понадеялась, что люди начнут ходить. И им отдых, и мне безопасность.
– Ой, девочка моя! – Госпожа Марлин вскочила и заключила меня в объятия. – Какая ты умничка! Ничего не бойся. Я передам всем подругам. Будем приходить каждый день!
Чуть позже, когда я закрывала чайную на последний засов, Генас предостерегающе произнес:
– Ноа тебя за это убьет.
– Да ладно тебе, – отмахнулась я. – У служащего нет времени слушать досужие сплетни.
– Конечно, – ребенок широко зевнул. Генерал, который охраняет наш покой, ищет опасного преступника и постоянно проводит допросы, ни за что не узнает, что его репутацию подпортили. Ага, конечно.
– Дура, одним словом, – подытожил ворчун, скрываясь в стене.
«Дура», – мысленно отругала себя. Надеюсь, количество клиентов увеличится, иначе я умру зазря. Снова.