Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 13 из 99

— Терпение! — расхохоталась Кристина, стукнув напарницу в плечо своим маленьким кулачком. — Труд! Это да! Это про тебя!

— Представь себе, я такая, — изобразила обиду рыжая красотка. — Не то что ты! Кто тогда ключ в замке сломал, чтобы Карина и Витек из своего номера не вышли и гостей не смогли…

— А ну цыц! — рявкнул на них Цербер. — Ступайте на рабочее место! Артур, приструни, наконец, эту парочку!

— Пошли, пошли! — как всегда меланхоличный, старший рецепционист хлопнул по заду сначала одну красотку, а после и другую. — Слышали — надо работать.

— Распространённое суеверие, — возразила Дарина, при этом все же подчиняясь приказу. — На самом деле таким, как я или Крис, не надо.

— Почему?

— Мы красивые. Мы с миром в других отношениях состоим.

— Неважно, в каких именно отношениях вы состоите с тем миром, — менторским тоном произнес управляющий. — Важно, с кем у вас заключен трудовой договор в этом и соблюдаете ли вы его условия. Я понятно выражаюсь?

— Предельно, — уже без шутовства в голосе ответила рыжеволосая красотка. — Крис, нам еще надо картотеку доразобрать.

— Да, безусловно, — кивнула ее коллега и направилась к стойке.

— Сказанное мной относится и к вам, причем напрямую, — снова обратился к младшему персоналу Аристарх Лаврентьевич. — Повторюсь: в этот раз высокое руководство проявило доброту, на мой взгляд, даже чрезмерную. Но в следующий я костьми лягу и настою на своем. Вы все еще очень молоды, потому в вас нет достаточного страха, а раз нет страха, то нет и верного понимания ситуации.

Кое в чем управляющий, как мне кажется, ошибся. Даже те несколько минусов, что он написал на доске, в достаточной мере смутили умы ребят. Надолго ли — не знаю, но было заметно, что случившееся здорово их впечатлило. Настолько, что даже правозащитно-активная Женька не сообщила окружающим, что репрессивные меры неэффективны и в сути своей порочны, а это, знаете ли, много о чем говорит.

Лично же мне спонтанное собрание дало больше, чем я мог предположить, и речь сейчас не о том, что позиции Нателлы крепко просели. Да оно и не могло случиться по-другому. Ариадна, ощутившая на затылке холод темноты, которая жила за заветной дверью, ведущей невесть куда, настолько разозлилась на свою, похоже, теперь уже бывшую подругу, что при свидетелях послала ее куда подальше. Негромко, так, чтобы не дать Церберу повод для очередного разбирательства, но все же с душой и от чистого сердца. Да и остальные в большинстве своем теперь поглядывали на нашу соседку по этажу весьма недобро и даже с откровенной брезгливостью. Кто примерял на себя роль жестко подставленной Ариадны, а кто и сочувствовал Алисе, попавшейся в незамысловатую, но при этом сработавшую ловушку.

Нателле при этом до всего происходящего дела не было. Взгляды нематериальны, их можно не бояться, равно как и разнообразных «вот же она стерва», звучавших за спиной. И поверьте, далеко не каждый готов идти один против всех, не обращая при этом внимания ни на что. Особенно когда на кону стоит… Нет, не жизнь, ее мы уже лишились. Скорее — неизвестность, а именно она всегда всех пугает более всего.

Но самым большим выигрышем от всей этой ситуации стала беседа Цербера и Дарины, которая подтвердила мою теорию о том, что весь средний персонал когда-то был как мы, то есть бегал по этажам с пылесосом или в столовой с подносом.

Нет, вопросов, конечно, у меня по-прежнему имелось куда больше, чем ответов, но и осознания того, что в этом отеле реально возможен должностной рост, который может обеспечить тебе принципиально другой уровень загробного существования, мне для счастья хватало вполне. Плюс ресепшен ведь может оказаться всего лишь еще одной ступенькой на карьерной лестнице. И кто знает, как высоко по ней можно забраться?

Причем мысли эти явно посетили не только меня, я успел поймать и задумчивый взгляд Киры, устремленный на Дарину, и то, как Лиза что-то шептала на ушко Женьке, с которой в последнее время постоянно оказывалась рядом, и как переглянулись Тимофей с Эммой.

Народ тут у нас, конечно, собрался разный, но совсем уж дураков нет. Да и слабые духом на последнем собрании кончились, все, какие были, — уже ушли, оставшиеся же будут за место под солнцем бодаться до упора.

Отдельной радостью же стало то, что, похоже, пара ближайших подведений недельных итогов никаких неожиданностей уже не принесет. Вылезти из ямы, что выкопала Нателла Ариадне и Алисе, последним будет очень тяжело. Я, признаться, даже и не знаю, что именно в такой ситуации им надо сделать для восстановления личного рейтинга. Разве что спасти жизнь Аристарху Лаврентьевичу? Причем если у Ариадны еще есть кое-какая условная возможность хоть как-то пару баллов отыграть за остаток недели, то у Алиски с Пашкой таковой вообще не осталось.

Зато представляю себе, как сейчас ликуют Зоя с Володей, на прошлой неделе сменившие их на этаже.

— Жесть! — сообщила мне Инна, когда мы вернулись в номер. — Знаешь, мне теперь одной в коридор выходить, наверное, страшно будет.

— Чего так?

— Я Нателлу боюсь. Если она подругу так подставила, представляешь, что она со мной может сделать? Освещение у нас тут не ахти, как возьмет, как подкрадется, ка-а-ак по башке меня чем-нибудь тяжелым ахнет! И все, привет.

— Не факт, — глянув на настенные часы, ответил напарнице я и улегся на кровать. — Во-первых, она не из тех, кто лично любит ручки пачкать. Наша соседушка для этого слишком умна. Во-вторых, не уверен, что мы с тобой теперь смертны.

— Ты о том, что по факту мы уже мертвы?

— Ну да. Нет, некая конечная смерть, разумеется, и для нас предусмотрена, но вряд ли она лежит в колюще-режуще-огнестрельной плоскости.

— Резонно, — рухнула на кровать и моя соседка, да так, что та жалобно скрипнула. — Но мы же не станем это проверять?

— Я — нет, а ты как знаешь.

— Не-не, такие забавы без меня, — усмехнулась Инна. — Хотя… Зойка позавчера запнулась на лестнице и носом в стенку воткнулась, так кровью всю блузку заляпала. Помнишь, на ужине еще причитала, что застирывать ее задолбалась?

— Так это и я вчера порезался, когда брился. Станки тут жуткие, кожу дерут как наждак.

— Мне Серега сказал, что слышал разговор Цербера и Горыныча, так эти двое обсуждали вопрос открытия какой-то лавки. Мол, скоро у сотрудников зарплата, пора уже ее ставить.

— Серьезно? — даже привстал я. — А чего молчала?