Страница 89 из 91
— Роксана, обо мне ходят разные слухи. Говорят, что я равнодушный и не люблю своих сыновей. Но это не так. Даже Корнель, несмотря на его поведение, мне дорог. А Эдвард тем более. Мне сразу сообщили, что ты живешь в его доме, еще до выхода той статейки в мерзкой желтой газете. Я выяснил, кто ты, и как выглядишь, естественно. Так что я точно знал, что ты красива, Роксана. И то, что мой сын поселил тебя в замке, пусть как свою помощницу и без того, на что намекала статья.. дало мне надежду. Большую надежду, что ты — именно та женщина, которая спасет моего сына. Понимаешь?
— Не очень, — прошептала я. — Зачем нужно было силой женить нас?
— Затем, что добровольно Эдвард ни за что не согласился бы связать тебя браком с собой. Он слишком благороден для этого.
— Он самый благородный мужчина в мире, — согласилась я. — А вы решили силой связать нас, заставив жить вместе. Надеялись, что мы начнем вести себя как муж и жена и проклятье спадет от этого? Но это глупо, уж простите!
— Я надеялся, что в ваших сердцах проснется любовь. Это был единственный шанс спасти моего сына. И я не мог его не использовать. Роксана, вспомни, на что ты пошла, пытаясь спасти свою сестру? — произнес король просто и так искренне, что мое возмущение начало быстро стихать.
Действительно, я не думала ни о чем, когда проникла в жилище Эдварда в надежде потихоньку взять «Кровь Перворожденного». У меня была цель, и остальное перестало для меня существовать. Приличия, честность, волнение за репутацию — все исчезло перед страхом за жизнь Амели.
Внимательно наблюдавший за моим лицом король удовлетворенно произнес:
— Вижу, ты поняла меня, дочка. И Роксана, можешь называть меня отцом, без этих всех «величеств».
Он поднялся со своего места.
— Что же, теперь ты знаешь, для чего мне был нужен ваш брак. Но если я ошибся в своих предположениях, можешь сама его расторгнуть. Я даже дам тебе приданое, чтобы ты смогла найти себе хорошего мужа, — король вдруг протянул руку и погладил меня по голове, словно маленькую. — Мне пора возвращаться. И прошу, не говори о моем визите Эдварду.
— Не скажу. И шейдов попрошу молчать, они послушаются. И Амели.. — я тоже поднялась. Глядя в глаза Тайлану, твердо произнесла: — Но мне не нужно от вас приданое, потому что.. Потому что я не собираюсь разводиться с Эдвардом, даже если он захочет этого! И еще.. я собираюсь родить нашего с ним ребенка — и мне нет дела до проклятья! В конце концов, недавно я узнала, что тоже ведьма. И уж поверьте, найду способ справиться с дрянью, которую наслала на моего мужа моя прабабка.
— Ты его любишь? — король смотрел на меня, прищурившись.
— Давно! — ответила то, что поняла буквально минуту назад.
В холле затихли шаги гостя, и я, чувствуя себя до ужаса вымотанной этой встречей, пошла в библиотеку. Уже несколько дней я изучала все, какие нашла, книги о проклятьях. Что-то мне подсказывало, какая-то уверенность жила в сердце, что способ помочь Эдварду найдется..
В библиотеке я недолго постояла у окна, с улыбкой глядя на Амели, увлеченно играющую на газоне с куклой — наверное, подарок короля Тайлана, у нас такой не было. Потом села в кресло и взяла в руки книгу, посвященную родовым заклятьям. Открыла на закладке, пробежала глазами первую строчку, и тут картина в стене напротив сдвинулась с места.
Из дыры за ней вылезла лохматая рука. Потянулась ко мне и положила на колени пергаментный свиток. Погладила меня по волосам, как недавно король Тайлан, и спряталась обратно в стену.
Задрожавшими от волнения руками я развернула пожетлевший от времени лист и прочитала написканные на нем три слова: «Проклятья больше нет». В тот же миг пергамент вспыхнул и развеялся белым дымом, от которого у меня из глаз потекли слезы. Или это не от дыма?