Страница 36 из 200
— Что ж, значит буду считать вас взрослой. Так будет проще и вам и мне.
Я согласно кивнула, подтверждая, что меня устраивает такой формат общения, делая маленький глоток чая из чашки. Интересно, как мои браслеты должны реагировать, если в моей еде или напитках окажутся неучтенные примеси? Я читала про перстни, которые меняли цвет камня или нагревались в случае опасности. В моем браслете не было камней, лишь несколько небольших бусин. Вряд ли сразу замечу изменения, значит мой артефакт должен работать как-то иначе.
— Мисс Грейнджер, вы оказали неоценимую услугу роду Малфой. И мне бы хотелось вас как-то отблагодарить. Учитывая то, что вы настойчиво просили держать в секрете ваше участие и то, что Драко упоминал о ваших страхах, оказаться в… заложниках у влиятельных семейств. Я бы хотел предложить вам принять вассалитет. Так наш род сможет вас защищать и оказывать вам покровительство.
Для безродной маглокровки это предложение было по-настоящему щедрым. Малфои в качестве сюзеренов открывали мне любые двери в мире магов. А в ответ мне просто было нужно не гадить роду и встать на его защиту в экстренных случаях.
— Я очень ценю ваше предложение лорд Малфой, но не могу его принять, — уверенно ответила я после паузы, взятой на раздумья.
— Вы отказываетесь? — Люциус подавился чаем от неожиданности.
— Я бы очень хотела принять вассалитет, но это убьет нас обоих.
Виде непонимание на лице лорда я встала и подошла к стене, на которой висел родовой гобелен семейства.
— Лорд Малфой, что вы здесь видите? — Спросила я блондина — Указывая на некогда раскидистое дерево, от которого сейчас осталась лишь одна ветвь со скромными тремя листочками на конце. Драко, Элпис и Алейф гласили надписи на листьях идущих от надписи Люциус.
— Генеалогическое дерево нашего рода, — лорд подошел ко мне, пытаясь понять, что же я пытаюсь ему донести.
— Смотрите выше. Видите, возле имени Абракас изображена круглая ягодка с именем Мартин Гойл. Еще выше целая гроздь с фамилиями Крэббов.
— Да, это стандартное обозначение вассалов. Если примете оммаж, вы тоже появитесь на этом гобелене.
— Вот именно! И не только на вашем. Я отображусь на гобелене Блэков, как вашей ближайшей родни. А через них на генеалогических деревьях Поттеров, Лонгботтомов и всех с кем за последние сотни лет и вы и они успели породниться.
— Это сделано для того, чтобы все видели вассалов чужих родов и понимали, что эти люди находятся под защитой сюзерена, — как маленькому ребенку объяснял мне Люциус, начиная раздражаться.
— А как вы думаете, сколько из них донесут на вас Темному лорду, когда через пару лет он возродиться? И как Волдеморт воспримет появление вассала-маглокровки у одного из своих самых близких соратников?
Люциус побледнел, схватился за предплечье и непроизвольно сделал шаг назад. Не знаю, повлияло ли на него произнесение имени Темного лорда, вроде меченным от него больно. Либо же блондин осознал глубину… ситуации, в которую чуть сам себя не загнал.
— Если добавить сюда, что после возрождения он будет на вас зол, смертельно зол, то не удивлюсь, что первым же приказом он потребует моей смерти. Исполните это указание и вас размажет откатом от клятвы вассал-сюзерен. Не исполните — убьет вас сам за неповиновение. Надеяться на пощаду бесполезно. Вряд ли после десяти лет, проведенных за гранью он вернется в мир живых добрым и понимающим. — Продолжила я излагать свои мысли, еще больше пугая главу семейства.
— Так, стоп. — Быстро взял себя в руки блондин. — С чего вы взяли, что Темный лорд скоро вернется? И почему он должен быть зол на мой род?
— Лорд Малфой, напомните, что вы подсунули Джинни Уизли?
Люциус напрягся. О его выходке негласно знали все, но официальных обвинений никто ему не предъявлял и не собирался. Вот только прямо говорить на эту тему — ему не хотелось.
— Дневник Темного лорда, — процедил Малфой. — Но это была лишь безделица, которую мне оставили на хранение. Памятный сувенир без единой записи, я проверял. Не думаю, что его потеря приведет лорда в бешенство.
— Возможно. Но вот потеря крестража, с заключенной в него частью души, точно приведет. Вместо того, чтобы попытаться возродить своего сюзерена, вы своими руками помогли уничтожить бессмертие Волдеморта.
Люциус схватился руками за голову и начал метаться по кабинету. По пути он снес журнальный столик с эклерами, но даже этого не заметил. На звон разбившихся чашек явилась Долли, но увидев состояние хозяина поспешила ретироваться, щелчком пальцев убирая беспорядок.
— Нет, это не мог быть крестраж, — убеждая себя выдал блондин.
— Дамблдор считает иначе.
— Что? — Не понял меня Малфой.
— Я случайно услышала разговор директора с мадам Помфри, когда лечилась из-за взгляда василиска. Профессор сказал медиоведьме, что на Джинни воздействовал крестраж. А потом… Дамблдор стер ей память. Он ушел и не заметил, что я не сплю.
— Северус как-то говорил мне о вашей нездоровой тяге к подслушиванию, — поддел меня блондин, но быстро вернулся к серьезному тону. — Но раз крестраж уничтожен, Темный лорд не вернется.
— Разве вы единственное доверенное лицо Волдеморта?
— У него есть еще один крестраж, — осенила Люциуса идея.
— А вы как думаете? — Недовольно буркнула я себе под нос.
— Значит я могу воскресить Темного лорда. Не будет же он убивать своего спасителя. — нашел лазейку хитрый лис.
М-да, куда-то не туда зашла логика блондина. Я надеялась, что получив информацию о крестражах, он отстанет от меня со своим вассалитетом и сбежит куда подальше. Ну, или хотя бы вывезет семью за границу. Но мыслили мы с Люциусом явно по-разному.
— Можете попробовать, если найдете другие крестражи, — остудила я пыл блондина. — Шанс мизерный, но вдруг вам повезет.
— Я и сам понимаю, что это маловероятно, но других вариантов нет.
— Ну, почему же? Попробуйте обелить имя Сириуса Блэка. Это будет легче, — предложила я нестандартное решение. Информация о его побеге из Азкабана появилась во вчерашнем «Пророке». Но во время обеда мы эту тему не поднимали, как не сильно приятную.
— Не думаю, — усмехнулся лорд. — Пожизненное кузен Нарциссы получил вполне заслуженно.
— Не думаю, — в тон Люциусу ответила я, почесав нос. — Два года назад, попав в мир магов, я усиленно искала информацию. Любую. Читала все подряд, даже детские сказки, изучала законы. По подшивкам старых «Пророков» знакомилась с событиями последних лет. Дело Сириуса в газетах тоже освещалось. Вот только протоколы допросов Пожирателей смерти печатались пачками, а о деле Блэка в газетах очень мало информации. Только короткая строчка, что он во всем сам сознался.
— Я был на том суде, — сказал блондин, не уточняя в качестве кого он там присутствовал. — Блэка действительно не допрашивали, только спросили признает ли он вину. Сириус в ответ кивнул и расхохотался, как безумный.
— Его могли «Конфундусом» приложить или чем-то похожим? — Высказала я свою мысль. — Потому что судить его было по сути не за что. Метки у него не было, так что доказать связь с Волдемортом невозможно. За то, что предал доверие Поттеров? Так за это наказания нет. За своего Хранителя каждый несет ответственность сам. «Фиделиус» вообще неофициальное заклинание, которое маги накладывают на свой страх и риск. Что там еще? Дюжина убитых маглов? Ну, это максимум лет пять Азкабана. И то, если судья строгий попадется, а так не больше трех лет.
— Убийство Петтигрю. А он аврором был. — Напомнил Люциус еще один грех Блэка.
— Так Питер жив. Либо же в Хогвартсе обитает его полный тезка. С учетом того, что Петтигрю был полукровкой с матерью волшебницей и отцом маглом, вряд ли в магической Британии это возможно.