Страница 174 из 200
В Министерстве магии шли чистки. Пия Толстоватого сняли с должности, вместо него исполняющим обязанности министра был назначен Руфус Скриджмер, который рьяно взялся за дело.
Вот только после смерти Волдеморта с тел Пожирателей Смерти исчезли метки. Департамент магического правопорядка зашивался, пытаясь выявить тех, кто действительно заслужил Азкабан. Зельевары варили Веритассерум литрами, ведь представители древних родов отказывались от проверки легилиментов, ссылаясь на семейные тайны.
С самой тюрьмой тоже были проблемы. Дементоры ее уже не защищали, а того штата, что есть, не хватало для надежной охраны преступников. Но хоть и с трудом, министерство справлялось.
Снейпа и Малфоев удалось отстоять, к ним претензий не было. Помогло вмешательство Блэка и Тонкс, которые слили свои воспоминания в Омут памяти. Нарцисса, Элпис и Алейф вернулись в Британию, но мэнор еще был закрыт, поэтому их тоже пришлось поселить на Гриммо.
— Для Криччера великая честь, принимать леди Малфой в доме Блэков, — низко кланялся сияющий эльф. В последние дни он буквально порхал от счастья и гордости. Даже выглядеть стал бодрее и моложе.
Нарцисса же просто радовалась, что вернулась на родину. Меня она поприветствовала очень тепло. А уже практически взрослые близнецы выглядели истинными представителями своего семейства. Глядя на Алейфа я буквально видела перед собой маленькую копию Драко.
Но толком пообщаться с детворой не вышло, потому что я практически поселилась в Мунго. Сначала едва ли не жила у кровати Сириуса, а когда его отпустили домой, переехала в палату Долгопупсов. В первое посещение, я застала у кровати Невилла Августу. Такая же гордая и несгибаемая с расправленными плечами и идеальной прической. Истинная леди, а не бабушка и мать семейства, потерявшая последнюю цель в жизни.
В тот раз я так и не решилась войти в палату. Мне очень хотелось пообещать железной леди, что все будет хорошо, но я… боялась. Боялась, что не справлюсь и подарю ей ложную надежду. Боялась, что она не переживет очередное разочарование. Тогда я прошло ушла, оставив Августу наедине со своим горем.
Но я не сдалась, а часами медитировала возле кроватей, считывая потоки магии вокруг их тел. Рисунок возле Невилла отличался от того, что я видела у Фрэнка и Алисы. Изучив их истории болезней, я даже отправила копии Смирнову, вместе с флаконом своих воспоминаний и черновиком будущей схемы.
Ответ от Даниила пришел через три дня, он подтвердил мои подозрения, и немного подкорректировал схему, которая, по его мнению, должна была помочь младшему Долгопупсу. Прикинув все варианты и проконсультировавшись со Сметвиком, я решила попробовать, но это был чистой воды эксперимент.
— Вы кто? — Вышла из задумчивого созерцания бабушка Невилла, когда я вошла в палату.
— Меня зовут Гермиона Блэк, — представилась я, заметив, как у миссис Долгопупс дернулось веко, когда она услышала ненавистную фамилию. — Я хочу поговорить о вашем внуке, мы с ним вместе учились в Хогвартсе.
— Та самая невеста Блэка, которая отказалась помочь Фрэнку и Алисе? Из-за которой Невиллу пришлось стать вассалом Малфоя? Наслышана. И чего тебе от меня нужно? — Буквально выплюнула железная леди, у нее даже плечи расправились а в потухшем взгляде появился блеск. Ненависти, но блеск.
— Не отказалась, а не смогла. И к вассалитету Невилла я не имею никакого отношения, это внутреннее дело Долгопупсов и Малфоев, а не Блэков, — глядя Августе в глаза, заявила я, вздернув подбородок. — Но я здесь не для того, чтобы ругаться или выяснять отношения. Я хочу поговорить о вашем внуке. Возможно, я смогу ему помочь, но метод это новый, еще не опробованный. Вы дадите разрешение на его применение?
— Ты!? Помочь? Да, если б ты действительно хотела что-то сделать, ты б еще пять лет назад помогла. И сейчас бы в этой палате не было ни Фрэнка с Алисой, ни их сына. Так что, девочка, не ври ни мне, ни себе. Сейчас ты хочешь не помочь, а пристроиться к победителю Того-Кого-Нельзя-Называть! Тут такие шарлатаны сейчас толпами ходят, гонять не успеваю. Еще и прессу с собой водят, чтоб сразу на первую полосу попасть. Вот и ты хочешь увидеть в Пророке заголовок: «Студентка спасает Избранного». — Несправедливые слова вредной бабки напрочь отбили все желание помогать семейству Долгопупсов. Первой мыслью было выдать что-то в духе «я вам не девочка, а леди Блэк» или в ответ назвать ее «бабушкой», но я удержалась от встречных оскорблений. Вместо этого я задала Августе риторический вопрос:
— Миссис Долгопупс, вы надеетесь, что я начну хамить вам в ответ? Лучше подумайте над тем, чего вы хотите: видеть своего внука, невестку и сына здоровыми или упиваться своим горем и придуманными обидами? — После чего развернулась и не прощаясь вышла из палаты, под опешивший взгляд этой «леди».
Мне все еще хотелось утереть всем нос своим выпускным проектом. Да, и Сметвик загорелся идеей восстановить разум семейства победителей Волдеморта. Но у меня мелькнула мысль, а не окажется ли Фрэнк таким же наглым типом с кучей претензий, как его сын или мать?
Невилла мы вроде немного перевоспитали, а может это на него вассалитет так повлиял. Но изначально он же точно так же, как и его бабушка был уверен, что ему должен весь мир в целом и я в частности. Так и окажется, что сейчас помогу, а потом еще останусь должна. Лучше уж для экзамена пояс Малфоев возьму, раз эта старая Долгопупсиха нос воротит от «Блэков».
Хотя, если быть честной, мой первый артефакт — не совсем подходил для выпускного проекта. То что он сработал так, как надо — это чистая удача. Да, сейчас я смогу обосновать каждую руну в том плетении, но тогда я действовала на голой интуиции и банальном «я — художник, я — так вижу». Теперь же мне хотелось сделать все правильно, провести расчеты, медитации, чтобы это была полноценная работа мастера, а не что-то сделанное «методом тыка».
Пояс от «Круциатуса» тоже не подходил. Вряд ли кто-то позволит на школьном экзамене проверять такой артефакт непростительными заклятиями. Да, и велик шанс, что после такой защиты меня и фамилия «Блэк» не спасет. Можно было бы использовать чокер от легилименции, но эту разработку тоже светить не хотелось. Она работает только до тех пор, пока о ней не знают. Ведь сорвать украшение с шеи, чтобы добраться до мыслей — секундное дело. Если знаешь, что именно мешает залезть в мозги.
В холе Мунго случайно столкнулась со Сметвиком, как раз беседующим со штатным легилиментом больницы, мистером Брамсом. Заметив мое состояние, колдомедик стал допытываться о причинах плохого настроения. Пришлось рассказывать о беседе с бабушкой Невилла и объяснять, что помочь новому Избранному и его родителям я не смогу. Потому что для подобного экспериментального лечения нужно согласие пациента, либо его родственников.
— Августа Долгопупс не желает принимать помощь от леди Блэк, — обозначила я главную причину отказа.
— Но как же так, — растерялся Гиппократ. — Я же говорил ей, что счет идет на недели, если не на дни.
— Простите, но мне здесь больше делать нечего. Если что, вы знаете, где меня искать. — Попрощавшись, я ушла, оставив озадаченных мужчин в холле.
Дома меня встретил муж. Это стало полной неожиданностью, потому что до сегодняшнего дня Сириус не вставал с постели. Я даже попыталась его отчитать за такое наплевательское отношение к своему здоровью. Но Блэк меня заверил, что Сметвик разрешил, а сам он чувствует себя замечательно. А на бледность и легкое пошатывание — не стоит обращать внимание.
Обратно в постель мы отправились вместе. По дороге я жаловалась на сумасбродную бабку Невилла. А Блэк рассказывал о последних арестах и изменениях в Министерстве.