Страница 46 из 50
Нежно и одновременно властно. Так, что я забыла на это сладкое мгновение обо всем на свете.
— А теперь давай призовем тебе фамильяра. Встань вот сюда и повторяй за мной. Не забывай напитывать контур магией. Начинай слева — от самого центра и по кругу.
Я скрупулезно выполняла все его инструкции, стараясь больше не смотреть на печать. Когда вспыхнул и засиял последний символ схемы призыва, я произнесла завершающую словоформу, и мир вокруг исчез. Я очутилась в бескрайней черноте. Пропали все запахи и звуки. Пропала печать, и даже само время исчезло…
Мимо пронеслось что-то невидимое, обдав холодком.
Я круто повернулась, но так ничего и не разглядела.
Тень мелькнула с другой стороны, но я больше не поддалась. Просто замерла и закрыла глаза, позволив тьме свободно пронизывать мое тело. Вокруг прояснилось, хотя и не было заметных источников света, а передо мной возник гигантский черный дракон, глаза которого горели фиолетовыми огнями, а тело, сотканное из теней, рябило и плыло, словно не могло удержаться в одной форме.
— Дитя тех, кто предал! — раздался рокочущий голос с неожиданными интонациями. Как будто бы со мной говорило молодое существо. — Как ты осмелилась сюда явиться?
— Ну… Просто я смелая, наверное…
— Твои предки забыли данные ими клятвы, и ты поплатишься за это!
— Предлагаю начать с чистого листа, вместо того чтобы сыпать угрозами, — предложила я.
Теневой дракон резко подался ко мне, и стало слышно, как рокочет внутри него магия. Я заставила себя удержаться на месте. Фамильяр просто запугивал.
Существовали разные сценарии привязки, и мне выпал один из самых сложных — испытание воли. Вот только я и так находилась у места прорыва, рискуя погибнуть в любой момент. После такого никакое испытание воли уже не пугало. Моя воля, можно сказать, проходила двойную проверку — и там, и здесь.
— Как смеешь мне такое предлагать, предательница? — возмутился дракон.
— Не называй меня так! Мое имя Дара Вайтстоун, и я никого не предавала! — выкрикнула я твердо. — Мою мать изгнали из рода Даркхеймов, но я родилась с темным даром, а значит, теперь ты будешь служить мне так, как служил моим предкам. Или даже лучше, — прибавила, совершенно обнаглев.
Дракон немного помолчал, переваривая услышанное, а затем пафосным тоном представился:
— Я Хейди, рожденная Тьмой…
— Упс! — выдала я, осознав, что говорю с драконицей. — Прости. Продолжай.
Моя реакция вывела хранительницу Даркхейма из себя.
— Издеваешься надо мной, мелочь?
— Да что вы заладили! Один — мелкая, другая — мелочь. Нормальный у меня рост! Даже высокий. Это вы какие-то все здоровенные.
Драконица зарычала, демонстрируя гигантские зубы.
— Знаешь ли ты, сколько подобных тебе я уничтожила походя? Сколько самоуверенных магов пытались связать себя со мной? Хватит ли у тебя воли, чтобы выдержать нашу связь? Хватит ли резерва? Если нет…
— Прости. Не могу больше, — перебила я ее и отпустила свою магию, которую старательно сдерживала все это время.
Точно бескрайний океан, она выплеснулась наружу, и впервые я ощутила облегчение, не натягивая вожжи. Что-то произошло между нами в этот момент.
— Ты… И правда, меня не боишься? — удивленно спросила драконица.
— Слушай. Мне ужас как страшно на самом деле. Но не из-за тебя. Печать почти разрушена, вот-вот случится прорыв, и, боюсь, он будет одним из самых сильных, что знал наш мир. Погибнут люди. Много хороших людей. И плохих. Но хороших, как обычно, больше. А еще погибнет Зейд Дракс… Мы не поженимся, не заведем семью… Не будем счастливы вместе…
Слезы выступили от такой перспективы, но я прекрасно понимала, что какими бы мы сильными магами ни были, нам не выжить в эпицентре в одиночку.
— Прорыв остановят, но мы уже этого не увидим, если не сможем укрепить печать. И я не знаю, что тогда станет с Хейлом — фамильяром Зейда!