Страница 9 из 53
Я моргнула ещё раз, пытаясь избавиться от ощущения, будто только что увидела нечто невозможное. Золотистые искры исчезли без следа, оставив после себя лишь неприятную тревогу где-то под рёбрами. Возможно, мне действительно показалось. День выдался длинным, неизвестные артефакты не каждый день вспыхивают у тебя перед носом, а постоянное напряжение иногда заставляет разум видеть то, чего на самом деле нет.
Вот только легче от этой мысли почему-то не становилось. Зато вместе со способностью здраво мыслить постепенно возвращалось возмущение.
— Ты мог просто предупредить, — выпалила я в сердцах, наконец вспомнив, что несколько секунд назад едва не рухнула в древнюю ловушку.
Боевой маг слегка приподнял бровь, будто искренне не понимал причины моего негодования.
— Ты могла смотреть под ноги, — парировал в ответ.
От такой наглости я даже воздухом поперхнулась.
— Это была ловушка!
— Именно. И я говорил тебе о том, что они тут есть.
— Она была замаскирована!
— Именно поэтому нужно внимательнее смотреть под ноги.
Всё возвращалось на свои места. Мы снова спорили. Он снова был невозможным занудой. Я снова мысленно подбирала что-нибудь тяжёлое, чем можно было бы в него запустить. Мир постепенно возвращался в привычное состояние. Именно поэтому я уставилась на Эшвуда со всем переполняющим меня возмущением и уже собиралась сообщить всё, что думаю о его выдающихся защитнических талантах, когда вдруг осознала, что он… меня больше не слушает. Зато продолжает смотреть, но теперь как-то иначе.
Слишком внимательно. Слишком долго. Словно видел впервые.
Я даже нахмурилась.
— Что?
Ответа не последовало. А вот его взгляд медленно скользнул по моему лицу, задержался где-то на глазах, затем поднялся выше, к выбившимся из пучка изумрудным прядям. Из-за них половину детства меня называли болотной ведьмой, лесной нечистью, кикиморой и ещё десятком не самых лестных прозвищ. Обычно люди обращали внимание на цвет моих волос сразу, и я давно к этому привыкла. Но ни один из них никогда не смотрел таким взглядом. Так, словно видит что-то удивительное.
И ладно бы только это!
— Вблизи ты ещё красивее, — вдруг произнёс Рэйнар.
На несколько секунд я просто перестала понимать происходящее. Где-то шумел лес. Шевелились ветви деревьев. Вдалеке кричала какая-то птица. А я лежала на Рэйнаре Эшвуде и с превеликим трудом пыталась осознать, что именно сейчас услышала. Осознание, кстати, всё никак не усваивалось.
— Что? — уточнила с надеждой.
Надеялась я, разумеется, исключительно на то, что всё это просто мои слуховые галлюцинации. Вот только вряд ли даже самая искусная слуховая галлюцинация могла оправдать то, как пристально Эшвуд продолжил не только смотреть на меня, но и откровенно рассматривать.
— Очень красивая, — чуть помедлив, повторил.
Надежда на галлюцинацию скоропалительно изживала себя. Но я пока не отчаивалась. Пусть и воцарившаяся между нами пауза стала ещё длиннее. Я даже грешным делом начала подозревать, что после активации артефакта пострадала не только моя нервная система.
— Эшвуд, ты головой ударился? — выдвинула предположением.
И… не получила никакой реакции. Вообще. Казалось, старшекурсник даже не услышал меня. Именно тогда мне впервые стало по-настоящему не по себе. Особенно в свете того, как серые глаза боевого мага всё так же неотрывно и более чем искренне любовались мной, а выражение на его обычно невозмутимом лице становилось всё более странным.
Потому что это был не мой Рэйнар!
То есть не мой — не в буквальном смысле, конечно. Но точно не тот Рэйнар, которого я знала. Не тот заносчивый индивидуум, который последние два года постоянно делал мне замечания, вечно читал лекции о безопасности и регулярно смотрел так, словно я являлась персональным испытанием, посланным ему высшими силами.
Этот боевой маг смотрел совершенно иначе.
Слишком мягко. Слишком тепло. Слишком… Восхищённо?
Можно подумать, я действительно нравилась ему!
И не только подумать, он мне в принципе самым примитивным образом никакой альтернативы не оставлял, едва заявил следом за моей мыслью:
— У тебя удивительные волосы, — произнёс до того негромко, будто говорил сам с собой. — Такой цвет вообще существует?
Кажется, у меня перестало биться сердце. Или наоборот, начало стучать слишком быстро. Того и гляди, ещё чуть, и выпрыгнет из груди.
— Рэйнар...
— И кожа… — произнёс это почти задумчиво. — Как бархат.
Всё. Теперь моя паника официально вступила в свои права!
Да и как не паниковать, если на этом старшекурсник не остановился, продолжая упорно выглядеть так, словно внезапно обнаружил перед собой величайшее чудо современности?! А ещё как-то особенно некстати вспомнилось, что всё это время Рэйнар продолжал удерживать меня за талию, и дистанция между нами нисколечки не увеличилась.
А потом он и вовсе начал сокращать все жалкие оставшиеся её крохи!
Ничуть не улучшало ситуацию и то, что подавался мне навстречу боевой маг очень медленно. Так, будто опасался окончательно повергнуть меня в дикий непроходящий ужас. Настолько медленно, что я успела сначала удивиться, потом насторожиться, потом опять запаниковать. А затем окончательно убедиться, что происходящее совершенно точно выходит далеко за рамки любой нормальности.
И кто знает, до чего бы всё дошло!
Но именно в этот момент сбоку раздалось выразительное:
— Кхм-кхм…
Мы повернули головы одновременно на внезапный звук одновременно. И также одновременно обнаружили стоящих на краю тропы Лиору Стерн и её напарника-боевика. Оба студента академии «Талисман» замерли в нескольких шагах от нас и смотрели с абсолютно одинаковым выражением лица, которое бывает у людей, случайно заставших нечто очень личное и теперь отчаянно пытающихся понять, стоит ли немедленно исчезнуть или уже поздно.
Несколько секунд никто ничего не говорил.
Потом Лиора кашлянула ещё раз и осторожно заметила:
— Мы, наверное, не вовремя.
— Очень не вовремя, — предельно серьёзно согласился её напарник.
Только после этих слов до меня наконец дошло, как именно выглядит вся эта сцена со стороны. Неудивительно, что я вскочила так быстро, что едва снова не рухнула в ближайшие кусты.
— Это не то, что вы подумали! — поспешила заверить.