Страница 17 из 22
– Запрещено правилами или тобой? Потому что если ты мне разрешишь, то на правила можно и закрыть глаза. Ведь при нашем договоре твои желания выше правил. А выше магии нет никаких законов.
– Не… не нужно, – сглотнула я. – Давай… поедим? Ты же голодный.
– Очень, – кивнул Эйден. – Что – то еще взяла нам? Давай я понесу!
– Оно легкое, – смущенно заметила я.
– Не перышко же. Давай сюда, – потребовал Эйден.
– Вы… вы совсем с ума сошли?! – рявкнул Брегос.
О, неужели отмер после происходящего? И больше не пугало желание Эйдена сломать ему что – то?
– А похоже? – спросил Эйден, забирая у меня тарелку с десертами и осторожно подталкивая в спину в сторону столика.
Ну… хочет разобраться – пусть разбирается.
Эйден вернулся обратно и с огромным аппетитом принялся за еду.
– Так вкусно? – не выдержала я, когда увидела улыбку. – Ты постоянно радуешься.
– Вкусно. Но радуюсь я дуэлям. Десять вызовов! Всего за каких-то пять минут – это прекрасно.
– Правда?
– Чистая, – улыбнулся он.
А на завтра я узнала, что Эйден в пух и прах разнес всех своих противников. И радовался он потому, что в Аренсийской академии все адепты знали его навыки и никогда не принимали вызовы на дуэли.***Я поправила очки на переносице и постаралась не обращать внимания на студентов, которые провожали нас взглядами и шептались. Точнее, не нас. Эйдена. В академии хватало высоких студентов, но даже среди них Эйден выделялся. И не только ростом. Чуть раньше он привлекал немного меньше внимания. Ну, подумаешь, новый высокий боевик – красавчик? Таких хватало. И десять вызовов, в которых три были от Брегоса и его друзей, а остальные – от заинтересованных в сражениях студентов, скрыли учителя, что не позволило студентам обратить больше внимания на Эйдена.Среди боевиков было мало тех, кто умудрялся правильно среагировать на взрыв. Мы всего – то проходили мимо кабинета артефакторики, когда внезапным взрывом вынесло половину стены. И если бы не сильный ветер, ставший стеной между ударной волной и студентами, которые имели глупость и неосторожность бродить на опасном участке без защиты, то были бы пострадавшие.
Это все Тея Талвин – лучшая ученица третьего курса артефакторики и проклятие всех преподавателей. У нее часто что – то взрывалось и оживало. Настолько часто, что она ставила предупреждающие таблички рядом с кабинетом. К сожалению, не все обращали на них внимания. Серьезно не пострадали бы, однако наглотаться пыли и получить несколько неприятных царапин после такого «бабаха» вполне можно было.
И вот именно это предотвратил Эйден, чем вызвал восхищение адептов. И с тех пор очень много адептов, в частности адепток, смотрели на него совершенно иными глазами. Аристократическое происхождение и большое наследство оставались тайной, но личной харизмы и сильной магии хватило, чтобы привлечь довольно много внимания.
Как только мы вошли в библиотеку, где сейчас почти никого не было, Эйден спросил:
– Почему они все так смотрят?
– А ты как думаешь? – спросила я, становясь на цыпочки, чтобы достать нужную книгу.
Увы, придется идти за лестницей. Или нет. Эйден легко вытащил нужный томик:
– Этот?
– Да, спасибо, – сказала я.
– А смотрят… Потому что ты красивая? – сказал Эйден.
– Пф – ф – ф! Там же девушки.
– Завидуют?
– Или смотрят на тебя, – фыркнула я.
– Раньше не смотрели. Когда я один ходил.
– А раньше ты свою силу не демонстрировал. Среди боевых магов не так уж много тех, кто способен колдовать так быстро и точно, не вызывая дополнительных разрушений. Даже на пятом курсе, – тут же добавила я, заметив скептический взгляд Эйдена.
– Это же базовый навык любого боевика – сражаться так, чтобы не задеть товарища. А для этого нужен исключительный контроль.
– Сейчас все стало иначе.
– Я вижу. Раньше у нас лаборатории так легко не взрывались. Что вообще можно делать, что стены не выдерживают?
– М, экспериментировать? Выращивать гигантскую мухоловку…
– Что? Кому это в голову пришло?
– Коралине Васкес. Учится на природном факультете. Разводила мухоловку для курсовой, в итоге растение резко вымахало и, выбив дверь, удрало в коридоры академии.
– У нас было весело, но менее травматично. Хотя… слушай, скажи-ка, а не твоя знакомая случайно призвала призрака, который теперь носится по академии и всех ругает?
– Ты про Синти Вест? Она. Правда, мы с ней не так уж много общались. У магов поддержки и классических сильных призывиков не так много точек соприкосновения.
– Почему? Ты ведь тоже призываешь?
– Потому что разная специфика. То есть, я призываю, как и все в академии «Талисман», но буду работать как маг поддержки, потому что призвать кого-то довольно сильного для меня сложно.
– Сложнее, чем я думал. У нас все строилось иначе. Сложнее и проще одновременно. Были боевые маги, были маги поддержки. Сражались вместе, ругались, мирились.
– Ругались? – удивилась я.
– А что? Думаешь, что это невозможно, Грейс? – рассмеялся Эйден.
– Не представляю, как с кем-то вроде тебя можно поругаться, – честно ответила я.
Да, Эйден местами был упрям и вел себя слегка странно, но в то же время он настолько хорошо относился к тем, кто слабее его, что мне не верилось, что какой-то маг поддержки мог с ним даже поспорить.
В конце концов, какой боевик добровольно поможет первокурснику-очкарику, который с трудом несет огромные коробки с растениями? Это ведь даже не симпатичная девушка, а какая-то мелюзга по мнению многих. А Эйден помог.
– Если говорить честно, то я тоже не представляю, как могу с тобой поссориться.
– Так все маги поддержки такие – спокойные и никогда не ругаются.
– М, возможно, что сейчас так. Но раньше ведь было по-другому.
– Как именно?