Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 23 из 40

Глава 9

— Отпусти меня, — потребовала я. — Это похищение! Ты вообще в курсе, что похищение студента — уголовное преступление?!

Дёрнула ногой, но подлые корни не поддались.

— Я в курсе, — холодно ответил Вэларис. — Но мы пока ещё на территории академии. А значит похищение не произошло. Уголовный свод не нарушен. Максимум, что тут грозит — дисциплинарный проступок. К тому же… — шагнул ко мне, и воздух вокруг нас словно задрожал, — мы переместимся туда, где не будет нарушен даже он. Потому что никто не узнает.

Он активировал портал. А я не успела даже пискнуть.

Мир закружился, зал поплыл, и всё растворилось в ослепительной вспышке!

Когда мои ноги вновь коснулись твёрдой поверхности, я первым делом вцепилась в ближайшую стену, стараясь подавить тошноту. Терпеть не могу телепортацию. Вторым делом я осмотрелась, и поняла, что мы больше не в академии. Стена, за которую я держалась, была холодной, шершавой и частично разрушенной. В воздухе витала сырая прохлада, водяная пыль и запах мха. Ветер завывал в бойницах, словно голодный зверь. Далеко внизу ревела река.

— Где мы? — ужаснулась я в сердцах. — И главное — как?! Как ты это сделал? Первокурсникам за территорию академии без письменного разрешения куратора, заверенного деканом, выходить запрещено! Это правило номер один в уставе нашего курса! Магистр Вальден лично зачитал его на первом собрании!

Некромант казался совершенно равнодушен к моему возмущению.

— Я знаю, — только и сказал он.

— И как тогда ты нас перенёс? У тебя есть разрешение на меня?!

— Лучшие студенты выпускного курса получают спецпропуска, — пояснил он с видом, будто объяснял таблицу умножения непонятливому ребёнку. — Некроманты, боевые маги, целители — все, кто может понадобиться при чрезвычайной ситуации. Для быстрой транспортировки к месту происшествия и оказания помощи. Пропуск даёт право взять с собой ещё одно лицо в случае крайней необходимости.

— Но это не случай крайней необходимости! — возмутилась я. — Ты не спасаешь меня от катастрофы, ты сам — катастрофа! Ходячее стихийное бедствие с некромантским самомнением!

— Я решаю, что случай крайней необходимости, а что нет.

— У тебя совести нет!

— Есть, — пожал он плечами. — Но она мне не мешает.

Я открыла рот чтобы что-то ответить про злоупотребление его студенческим положением, про незаконность, про то что я вообще-то и ректору в случае чего нажаловаться могу, но, как назло именно в этот момент Кайр Вэларис поднял руку и шагнул вперёд. Корни, прежде крепко державшие меня, давно исчезли. Я оказалась свободна, но это почти ничего не меняло. Я стояла посреди заброшенной дозорной башни на краю обрыва, в сотнях километров от академии, наедине с человеком, который только что использовал пропуск, предназначенный для спасения жизней, чтобы похитить меня и привести сюда.

Я оторвалась от стены и осмотрелась. Башня была высокой, круглой, с каменными ступенями, уходящими вверх по спирали. Мы находились на вершине — открытой площадке с полу разбитым парапетом, за которым открывался вид на бескрайнюю долину, омываемую закатным маревом. Река внизу с шумом билась о скалы, разбиваясь на белую пену. В углу висела паутина таких размеров, что в неё поместился бы целый конь. И ни души вокруг.

— Это дозорная башня на северной границе, — пояснил Кайр, заметив мой взгляд. — Заброшена лет сто назад. Сейчас здесь никого нет. Идеальное место для разговора без свидетелей.

— Ты понимаешь, — медленно сказала я, всё старательно переваривая тот факт, что меня самым наглым образом похитили, — что если об этом узнает дисциплинарный комитет, тебя лишат пропуска, могут отстранить, а то и отчислить?

— Не узнают, — отрезал он. — Потому что ты будешь вести себя тихо и слушать.

Я хмыкнула и скрестила руки на груди, стараясь скрыть дрожь. Она била изнутри одновременно от холода и от присутствия этого невозможного старшекурсника, который смотрел так, будто я не первокурсница, а заговорщица.

— Ну, говори.

Некромант не спешил, сперва выдержал длинную паузу. Всё это время ветер трепал его платиновые волосы, пока закат солнца медленно уходил за горизонт.

— Ты, — начал он, наконец, — появляешься в некрополе, куда посторонним вход запрещён. Ты наступаешь на мой силовой контур, который я выстраивал два часа, и разрушаешь его. Ровно в те единственные два мгновения, в которые он уязвим. Затем ты пачкаешь меня грязью. Обзываешь меня бездарным студентом. После и вовсе заявляешь при своём кураторе, что добиваешься моего расположения. При этом крадёшь моего фамильяра и публично объявляешь его своим, выставляя меня посмешищем перед всей академией. Твоё имя попадает в «Сплетник» вместе с моим, и теперь половина «Талисмана» считает, что я… — он запнулся, на его скулах стали заметны жилы. — Но тебе и того мало, ко всему прочему ты ещё и поцеловала меня!

Я уставилась на него, и гнев сдавил мне горло.

— Я тебя поцеловала?! — выпалила я со всем вмиг переполнившим меня возмущением. — Это ты меня поцеловал! Ты вломился ко мне посреди ночи, прижал к стене и поцеловал! Я и думать не собиралась о таком! Ты пробрался ко мне, как вор, сидел на подоконнике, будто мрачная горгулья, а потом поцеловал! И после этого у тебя хватает наглости сказать, что это я тебя поцеловала?!

— Ты ответила, — так же холодно парировал он. — Не оттолкнула. Не закричала. Не убежала. Ты ответила. Твои руки держались за мои плечи. Твои губы…

— Это защитная реакция! — выкрикнула я, чувствуя, как кровь приливает к щекам. — Шок! Организм не справился с нагрузкой! Ты знаешь, что такое физиология стресса? В экстремальной ситуации человек действует нерационально! Это как рефлекс, когда на тебя нападает мантикора: тело само реагирует, мозг отключается!

— Физиология стресса? — повторил он с такой интонацией, от которой у меня тоже свело скулы. — Ты хочешь сказать, что ответила на мой поцелуй только потому, что организм был в шоке?

— Именно! — вздёрнула я подбородок. — Наука это подтверждает. Могу дать соответствующий список литературы для исследования. В библиотеке, в разделе «Физиология магических существ», отличный трактат о реакциях организма на внезапную опасность. Поцелуй некроманта — это определённо опасность!

— Значит, я для тебя — опасность.

— Да! То есть нет! Хотя… — я замялась, сбиваясь с мысли. — Ты не опасность. Твой поцелуй — опасность. Нет! Ты — опасность, но не в том смысле… О, Тайрин! Я просто не хотела тебя целовать, ясно?! Всё получилось случайно! Ты первый начал!