Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 55 из 73

Римберг ещё вчера должен был проинструктировать её по поводу отмены последнего этапа отбора. Мне не нужно испытание разумом, я и так знаю, кто моя судьба. Недоумение Эфи, а также та злость, с которой она пришла на бал, всё больше и больше настораживают меня. Что-то идёт не по плану.

— О-о-о, ребята, как у вас всё запущено, — тянет в наигранном удивлении отец. Его раздражает затеянный матерью отбор, раздражают обязательные «танцы» с аристократами и необходимость соблюдать древние традиции. — Ладно, оставлю вас и пойду поговорю с лотром Римбергом, может, его «мышки» ещё какие зёрнышки принесли.

Я пропускаю его слова мимо ушей. Всё моё внимание сосредоточено на Эфи, которая отвечает мне тёмным от гнева взглядом.

— Что происходит, Кай?! — шипит она как заправская кошка. — Я ничего не понимаю. То ты отсылаешь меня, говоря, что я тебя недостойна, что мои метки делают меня грязной. Запрещаешь приходить на бал…

— Стоп! — Поднимаю ладонь, останавливая поток обвинений. Слух цепляется за «метки» в её словах, но это мы обсудим позже. — Ничего подобного я не говорил. Ни тебе, ни кому-либо из невест. Я отсутствовал во дворце до самой ночи. Лекари всё равно не пускали меня в твою палату, поэтому я занялся другими вопросами.

— Да не лежала я ни в каких палатах! — возражает Эфи, оглядываясь на шумную толпу. — И если бы ты вчера присутствовал хотя бы на ужине, то увидел бы, что со мной всё в порядке.

— Зачем мне приходить во дворец невест, если я всё равно не увижу тебя? — и не думая юлить, уточняю я.

Эфи заливается краской, но тут же становится серьёзной.

— Кай, вчера перед сном ты приходил ко мне, — произносит она. — Вызвал на прогулку, где и высказал всё, что я тебе сейчас говорила. А потому мой вопрос остаётся актуальным: что происходит?

Осознание приходит яркой вспышкой. Я тут же нахожу в толпе Римберга. Дядя общается с отцом, рядом топчется Розали. Но я никого не вижу, у меня картинку алым полотном застилает.

Убью суку!

Срываясь с места, направляюсь к Римбергу. За спиной что-то вскрикивает Эфи, но в голове колоколом бьётся лишь одна мысль: предатель! Я доверил дяде мой образ, мы отлично работали в паре, но Арно зашёл слишком далеко.

Перед глазами пролетают картинки, как я всаживаю кулак в холёное лицо Римберга. Что-то тёмное внутри меня скалится и требует сделать это прямо сейчас. От души избить гада, посмевшего обидеть мою Эфи, наговорить ей гадости, прикрывшись мной… Только сейчас я осознаю, что не приди Эфи на бал, не скажи она мне всё как есть, я мог бы потерять её навсегда. Этот страх, как новая порция дров в костёр ярости, заставляет сжать кулаки. Когда до Римберга остаётся всего пара шагов, до меня долетает испуганный окрик Эфи:

— Кай, не здесь…

Я запинаюсь и медлю. Арно, заметив меня, кивает отцу, чтобы тот развернулся в мою сторону. И за эти доли секунд я прихожу в себя. Дав себе мысленных оплеух, беру под контроль эмоции. Да, гнев требует разобраться здесь и сейчас, но разум возражает и приводит весомые аргументы. Я прибью ублюдка, но только наедине: незачем давать придворным поводы для сплетен.

— Быстро за мной, — цежу я, останавливаясь перед Римбергом.

Отец оборачивается, отходя в сторону, чтобы лучше меня видеть. На его лице удивление, смешанное с недовольством. Дядя же, как обычно, бесстрастен в своей рабочей маске. Служба оставила отпечаток не только на характере Арно, но и на его внешности. Более безэмоционального человека я не знаю.

Лёгкое движение позади подсказывает мне, что Эфи тоже тут. Стоит за спиной в ожидании объяснений. И я крайне благодарен, что она не лезет с претензиями, к слову, абсолютно оправданными. Та же её подружка, Алиса, уже бы всю душу из дяди Райгарда вытрясла.

— Я занят, Кай, — даже не дёрнув бровью, заявляет дядя.

— А мне плевать, — цежу я, еле сдерживаясь. Будь я огненным драконом, у меня из ноздрей уже дым валил бы. — Либо ты идёшь за мной, либо в морду получишь при всех.

— Сын! — одёргивает меня отец.

Розали же, молчащая всё это время, лишь испуганно глазами хлопает. Сваха выглядит болезненно и бледно. А ещё я замечаю, что она неосознанно жмётся к Римбергу. Это что за номер?

— Выбирай выражения, Кайгард, — тем временем наставляет отец, пока я смотрю в глаза дяди.

Он отвечает мне тем же, и между нами разве что лязг мечей не слышится.

— Был бы достойный собеседник, возможно, выбирал бы, — дёрнув уголком губ, отвечаю я.

— Кай, это уже перебор. — В голосе отца появляется откровенная агрессия. — Извинись.

— Извинитесь, — поправляю я.

— Что?

Отец аж воздухом давится от моей наглости.

— Если кто и должен здесь извиняться, то это лотр Римберг. Ну и ты, о мудрейший из мудрейших, папенька, — ядовито выдаю я. — И не передо мной, а перед Эфи.

— Кажется, перед ней извиняться должны мы оба, разве нет? — наконец-то снисходит до разговора дядя.

Смотрит на меня с кривой улыбкой, но я и не думаю оправдываться. Я готов признать свою вину перед Эфи, потому что идея со сменой обличий в основном моя.

— Арно, вам лучше уйти, — доносится до меня еле слышный шёпот Розали. Она косится по сторонам, ловя заинтересованные взгляды гостей. — Вы привлекаете слишком много внимания.

Я знаю дядю и жду, что сейчас он отмахнётся от слов Розали. Если Римберг решит уйти, то только по собственной воле. Однако в следующий миг происходит то, что удивляет меня не меньше появления Эфи в моей жизни. Наш бесстрастный сухарь Римберг лишь на мгновение смотрит на Розали, но на этот миг в глазах Арно вспыхивают искры тепла. Девушки наверняка увидели бы в этом даже нежность.

— Хорошо, — соглашается Арно, посылая Розали мягкую улыбку. — Справишься сама?

— Конечно, — фыркает Розали. — Это моя работа.

— Бо́льшую часть которой ты должна переложить на Лилию, — строго выговаривает Арно, а затем переводит взгляд на меня. Усмехается, заметив, насколько я ошарашен. — Что ж, ваше высочество, давайте поговорим.

Он кивает в сторону одного из боковых выходов. Там, за длинной галереей, располагается одна из многочисленных переговорных комнат. В таких отец встречает иностранных послов, проводит беседы с возможными союзниками или потенциальными врагами.