Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 61 из 70

4

Я проснулась от лёгкого поцелуя в плечо. В комнате было темно. Только ночник возле кровати отбрасывал мягкий золотистый цвет. Мерт сказал, что это не его квартира, но мне нравилась обстановка.

Он лежал рядом, опираясь на локоть, и смотрел на меня внимательно, словно боялся, что я исчезну.

Я улыбнулась своей сонной улыбкой.

— Что?

— Ничего. — Он убрал прядь тёмных волос с моего лица. — Ты красивая.

Я тихо рассмеялась.

— Очень оригинально.

— Нет Правда. Особенно сейчас.

Моргая, я смотрела на него, вдруг поймав себя на мысли, что мне удивительно спокойно. Но в тот же момент непривычно, потому что раньше я не позволяла себе такие вольности — никогда не оставалась на ночь у мужчины, которого знала всего несколько дней. И уж точно не позволяла себе так быстро потерять голову.

Чувствуя, как краска заливает лицо, я отвела взгляд.

— Не смотри на меня так, пожалуйста.

— Как? — он явно забавлялся.

— Так, будто… не знаю…

Он поцеловал меня в лоб.

— В этом нет ничего плохого. Мне кажется, что я очень давно тебя ждал. Ты пришла из моих снов, и я хочу убедиться, что действительно не сплю.

От этих слов внутри что-то дрогнуло. Я потянулась и легко поцеловала его. Он тут же ответил, обнял меня крепче, руки прошлись по спине, и на несколько минут мы снова забыли весь мир, отдавшись друг другу.

Потом Мерт поднялся.

— Я быстро в душ.

— Иди.

Я сладко потянулась. Когда деверь ванной закрылась, я ещё какое-то время лежала, вспоминая всё то, что пережила этой ночью. Потом не заметила, как задремала. Разбудил меня запах еды.

— Неужели ты заказал ужин?

— Если это можно назвать ужином, ведь уже больше трёх ночи.

Я села и тут же увидела на журнальном столике коробочки с едой.

— Я умираю с голода, — призналась я.

— Тогда иди спасать себя.

Мерт причёсывался у зеркала. На нём были белые спортивные штаны. Кожа переливалась после душа. Изнутри поднялось новое желание, но я быстро поборола его, иначе еда остынет.

Мы устроились прямо на диване. Я поджала под себя ноги, кутаясь в простыню, и с удовольствием откусила лахмаджун, предварительно положив внутрь зелень и сбрызнув лимоном. Вкуснятина!

— Так ты не рассказал мне про свой сценарий.

— Что именно?

— Ну… — я проглотила лахмаджун, запила айраном. — О чём он? О любви? О войне? О дружбе или предательстве?

— А, ты это хочешь знать, — на его лице появилась та самая улыбка, в которую я успела влюбиться. — Он о людях, которые пытаются начать жить заново. Жизнь их не щадила.

— А любовь там есть?

Он лениво поглаживал мои пальцы.

— Куда без любви?

— Звучит любопытно.

— Возможно.

— Почему? Ты сомневаешься?

Мерт пожал плечами.

— Хороший сценарий ещё не означает, что его кто-то купит. Я даже не знаю, с чего начать. Иногда я думаю, что написал лучший сценарий в своей жизни. Но кому это нужно, если ты почти никого не знаешь? В нашей индустрии всё решают связи. Вот я и подумал о Стамбуле.

— Ты думаешь, что там тебя ждёт больший успех, чем здесь?

— Я не знаю, ждёт ли он меня вообще. Но с чем чёрт не шутит. Может, дам кое-кому там почитать… — Он поднёс мою руку к губам. — С помощью Аллаха, вдруг повезёт.

— Должен же быть ещё вариант. Ты приехал в Анталию не для того, чтобы уехать обратно туда, где тебе не очень нравилось.

— Если дело касается работы, я уеду куда угодно.

— А если любви? — Он молчал, и я пояснила: — Ты смог бы последовать за своей любовью куда угодно? Или… останешься?

— Это странный вопрос. Любвь важно содержать, а я… беден.

Такое признание меня удивило. А как же «Инферно»? А эта квартира? Она не выглядела бедной.

— Беден?

— Не в том понимании… У меня есть деньги, но они рано или поздно кончатся. Увы, пока поездка в Стамбул — это выход.

— Не торопись, — я вытерла рот салфеткой, смяла и бросила в коробку. — Я поговорю кое с кем сначала.

— Нет, нет, нет. Дерья, не думай об этом, пожалуйста.

— Да почему? Не будь таким гордым. У меня есть кое-какие связи, и я попробую их поднять. — Я клюнула его в губы. — Не обещаю, что получится, но пока о Стамбуле не думай. Хорошо?

Мерт не ответил, но в его поцелуе я нашла всё, что было нужно — благодарность и надежду.