Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 6 из 70

Глава 6

*Ксения*

В машине мы целовались. Я поражалась своей смелости. Позволила поцеловать себя на первом свидании. Может потому, что была уверена в этом мужчине. Он внушал доверие. И целовался он, кстати, превосходно.

Когда мы подъехали к моему дому, на улице было совсем темно. Он не заглушил мотор, но и не собирался отпускать меня быстро. Конечно же, Мерт поинтересовался, какие у меня планы на завтра. У меня, кроме работы, планов не было, и он предложил покататься на корабле. Предложение меня соблазнило, и я согласилась.

Когда он наклонился ко мне, я успела подумать, что всё происходит слишком быстро. Но в ту же секунду мысли растворились. Я разведена, а значит, свободна. Рядом со мной находился красивый и богатый мужчина. Почему я должна сомневаться?

Меня охватило лёгкое головокружение, когда почувствовала мягкие губы, ещё чужие, незнакомые. Я слышала только стук крови и его тихий вдох, когда я ответила на поцелуй. Я не думала. Просто почувствовала, как вдруг становится тепло между лопатками, как будто меня накрывает мягкой волной, прокатившейся по животу, вниз, в ноги, заставив пальцы дрогнуть.

Никогда с Вадимом я не чувствовала подобное, клянусь. Бабочки вспорхнули к горлу, сердце стучало так громко, что казалось, он должен это слышать.

Каждая секунда поцелуя подталкивала меня к безумию.

И самое страшное — я не хотела, чтобы эти ощущения прекращались. Поэтому, когда он отстранился, я притянула его снова.

— М-м-м, — томно протянул он, его губы слегка растянулись, и он сказал: — А ты ненасытная. — И больше ни слова. Нас захлестнули новые эмоции. Поцелуй стал жарче.

Когда я зашла домой, мои губы горели и пульсировали. Но не описать словами, какая я была счастливая.

Меня встретила Мина.

— Обычно ты приходишь раньше меня.

— Кажется… — сбросила ненавистные мокасины. Хотела сказать, что влюбилась, но ведь это неправда, и я сказала другое: — Кажется, я пьяная.

— На свидании была? Или праздновали что-то со съёмочной командой?

Мы прошли в комнату. Я плюхнулась в кресло, поймав себя на мысли, что улыбаюсь от уха до уха. Мина качала головой.

— Нет, ты точно на свидании была. Видела бы ты себя со стороны.

— Всё так… быстро развивается, Мина. Я боюсь сглазить. Но он… Он такой…

— Хоть расскажи, кто такой.

И я с готовностью поведала ей историю, которая началась только вчера. Мина была поражена. Она заверила, что это судьба, а иначе такого не бывает!

В ду́ше и в постели потом я не переставала думать о Мерте.

Мерт — моя судьба. Эта мысль грела также сильно, как моё одеяло. Я представила, что он рядом, что обнимает меня. Так и уснула.

На следующий день я приоделась. Снова влезла в свои босоножки, нацепила платье, которое купила совершенно случайно несколько дней назад. Платье было летнее, поэтому я накинула джинсовую куртку и была во всеоружии. Мерт вновь заехал за мной после съёмки на своей шикарной машине.

Первым делом он смачно поцеловал меня.

— Думал о тебе всю ночь.

— Правда? Приятно, — ответила я, флиртуя. Сама не спешила признаваться в том же.

— Сегодня у меня на тебя большие планы. Готова?

— Если эти планы не угрожают моей жизни, — пошутила я, и мы вместе рассмеялись.

Мерт припарковал машину, мы вышли к пристани. Воздух сразу ударил в лицо солёной свежестью Босфора. Вечер был почти тёплым, как бывает только в Стамбуле — когда ветер прохладный, но запахи чая, рыбы и моря делают его домашним.

Паром уже стоял у причала — бело-жёлтый, с окнами, из которых лился мягкий свет. Мерт взял меня за локоть так, будто это было естественно, и помог подняться по трапу. Металл под подошвами отдавал вибрацией.

Мы устроились на открытой палубе. Ветер тут же растрепал мои волосы, и Мерт, смеясь, убрал прядь за ухо.

— Здесь лучше всего, — сказал он, облокачиваясь на перила. — Настоящий Стамбул виден только с воды. Тебе понравится.

— Я даже не сомневаюсь в этом, Мерт.

Наши пальцы переплелись. Паром оттолкнулся от берега, и город поплыл назад. Огни Кадыкёя мерцали, как россыпь золотых монет. Где-то внизу кричали чайки, а над водой медленно тянулся запах жареных каштанов с набережной.

Я смотрела на волны и чувствовала, как внутри всё расслабляется. С Мертом рядом даже ветер казался другим: более тёплым, обнимающим.

Он чуть наклонился ко мне, я вдыхала аромат его парфюма:

— Знаешь, что я люблю больше всего?

— Что?

— Этот момент. Когда ты между двумя континентами и кажется, что можешь выбрать любую жизнь.

Я улыбнулась, хотя внутри что-то странно сжалось. Возможно, от его слов. Почему мы просто не можем выбирать себе жизнь? Так получается, что мы следуем за обстоятельствами. И выбор наш из-за этого не велик.

За нами появился официант с маленьким подносом. На нём стояли две стеклянные кружечки с чаем.

— Это тебе, — Мерт взял одну и протянул мне. — Без турецкого чая на пароме — это вообще не прогулка.

Я обхватила горячий стакан ладонями, пальцы согрелись мгновенно. На фоне холодного ветра это ощущение было почти интимным.

Город впереди светился — Галатская башня, мост, силуэты мечетей. Паром шумел, чайки перекликались, а в груди росло чувство, будто я действительно нахожусь в каком-то переходе. Между прошлым и тем, что может случиться.

И рядом — Мерт.

Пока я ещё не знала, кто он на самом деле.