Страница 40 из 70
Глава 40
*Юсуф*
— Я пошла туда, где мы жили раньше. Дверь открыл какой-то парень. Он сказал, что давал Мерту квартиру на время, пока сам был в отъезде. Сказал, что Мерт приводил туда девушек, и был удивлён, когда я сказала, что жена. Сначала я боялась, что этот парень позвонит Мерту и скажет: «Твоя женушка тут заявилась». Но потом решила всё отрицать. Тем не менее, Мерт до сих пор не в курсе.
Я слушал Ксению внимательно, не перебивал, не задавал вопросов. Но вот она сама остановилась, и я осмелился сделать вывод.
— Получается, Мерт пользовался чужим богатством, чтобы заманивать глупеньких девочек?
Ксюша с укором посмотрела на меня. Я улыбнулся, и она стукнула меня по плечу.
— Юсуф, это не смешно. На мне он женился, потому что есть перспектива жить богато, ведь Йылмаз хорошо платит. Только агент из него никудышный. Он врёт мне о том, что ведёт переговоры со спонсорами, но я не верю.
Я фыркнул возмущённый.
— Спонсоры? Этот человек явно не знает, с чем работает. Ильхан бы его научил. Увы, теперь это невозможно.
— Я бы немедленно от него ушла, но, Юсуф, он мой агент и может испортить мне карьеру. Однажды я пережила позор на суде, когда Вадим представил фальшивые доказательства о том, что у меня якобы был любовник. На этот раз всё может быть гораздо хуже. Мы становимся публичными людьми, Юсуф. Ты помолвлен и ты — мой любовник. Таиса ко мне никогда не вернётся.
Она всхлипнула, затем поставила кружечку на поднос. Я сделал то же самое. Потянул к ней руки, но она чуть отсела.
— Это ещё не всё. Кое-что я накопала… вернее, случайно узнала. Мерт сейчас помолвлен с девушкой по имени Семра. У неё богатый отец. Её сестра меня разыскала, чтобы рассказать правду.
Ксюша описала эту встречу подробно. Я был поражён.
— Женатый человек и смеет проводить нишан с другой? Бедные женщины.
— Я понятия не имею, каким образом он собирается выкручиваться. Может, ждёт, когда я получу приличный гонорар, чтобы при разводе отобрать его, а потом женится на следующей дурочке.
Я не отрицал такого предположения. Мерт очень странный человек и, судя по всему, хитрый. Комментировать не стал, но пришло время сказать, что разузнал я.
— Ксюша, мой человек кое-что узнал о прошлом Мерта. Ты готова это услышать?
— Я знаю, что он сирота.
— Да. Потому что… Его отец задушил мать, а в тюрьме повесился сам.
Ксюша одну долгую минуту неподвижно сидела и смотрела на меня. Потом её начала бить дрожь.
— Не может быть… Он ведь… Я… могу жить с потенциальным преступником? Да?.. — её учащённое дыхание говорило о поднимающейся панике. Её сковал страх и осмысление того, что она в ещё большей опасности, чем представляла. — Он много пьёт, может вспылить на ровном месте. Он уже хватал меня за горло много раз. Юсуф… что мне делать?
— Не паниковать.
Я осторожно подсел ближе к ней и взял за руку. Она прильнула к моей груди, и я прижал её как можно крепче.
— Не думаю, что он дойдёт до такой крайности. Давай поедем к адвокату и спросим, как лучше поступить.
Ксюша внезапно высвободилась из моих объятий, чтобы достать что-то из сумочки. Она протянула мне визитку.
— Вот. Пусть будет у тебя. Это визитка отца той самой Семры. А номер, написанный ручкой, оставила сестра. Вдруг со мной что-то случится или…
— Ш-ш-ш, — я прикрыл ладонью её рот. — Не случится. Не думай об этом. Я возьму визитку не поэтому. Я возьму её, чтобы Мерт не нашёл.
Она кивнула, но я чувствовал, как она дрожит. Тогда крепко обнял её, прижал к себе и услышал всхлипывания.
— Я не хочу домой, Юсуф. Хочу остаться с тобой.
Эти слова сняли последнюю грань.
Мои пальцы скользнули к затылку девушки, я притянул её к себе, жадно впиваясь в её рот поцелуем. Ксюша закрыла глаза, открыла, закрыла снова и отдалась моим поцелуям. Я почувствовал ответ. Жажда походила на опьянение, и мы не имели права ей противиться.
Это было мучительно-прекрасно после стольких дней голода. Я не знал, что умею так скучать.
Ксюша, казалось, неосознанно раздевала меня. Сдернула с меня пиджак, бросила на пол, придвинулась ближе и принялась расстёгивать пуговицы на рубашке, при этом не размыкая поцелуя. Прохладные пальцы коснулись моей тёплой кожи на груди, и я издал слабый стон.
Сегодня в ней горел огонь.
Мы оказались на кровати, и она ощутила мощь придавившего её к матрасу тела. Я целовал её везде, где только мог. Руки исследовали прекрасное тело, которое не должно принадлежать никому, кроме меня. И уже в этот момент я дал себе слово избавить её от мужа-альфонса и сделать её своей.
Мы раскачивались в едином ритме, пока огромная, накатывающая на берег волна не подхватила нас выше, потом понеслась и разбилась на мельчайшие брызги. Я думал, сойду с ума.
Ксюша улыбалась, и это сделало меня счастливым.
Когда она проснулась в моих объятиях, было совсем светло.