Страница 36 из 70
Глава 36
*Юсуф*
Мы лежали рядом и молчали. В телефоне на часах менялись цифры, отсчитывая убегающее время. Сон не шёл ни к одному из нас. Мы больше не целовались, не ласкали друг друга — тихо прижимались другу к другу, а мысли не давали покоя.
Комната была погружена в полумрак. Тонкая полоска света пробивалась из-под шторы — где-то внизу проехала машина, и фары на секунду скользнули по потолку. Потом снова темнота.
Я чувствовал её дыхание у себя на груди. Неровное сначала, потом постепенно выравнивающееся. Её пальцы время от времени сжимали ткань простыни, будто она проверяла, здесь ли я ещё.
Я не двигался. Боялся спугнуть это хрупкое спокойствие.
Её волосы щекотали мне подбородок, и я машинально провёл по её спине, всё ещё обнажённой. Мы даже не оделись. Но она сказала, что не может. Я уважал это больше, чем если бы она позволила.
Наклонился к её виску, поцеловал.
— Всё хорошо?
Она покачала головой.
— Ксюша, хочу, чтобы ты знала… Я не он. И не тот — другой.
— Я этого не знаю.
— Ты права. Я не собираюсь доказывать. Со временем ты поймёшь. Положись на меня…
— Однажды мне так сказал Мерт.
— И вновь ты абсолютно правильно опасаешься. Справедливо, — я нежно гладил её по щеке. — Скажи, почему мы сегодня вместе? Почему не прогоняешь?
— С тобой спокойно.
— А если я скажу, что со мной тебе всегда будет спокойно? Если я скажу, что мои чувства сильнее, чем даже я сам думал…
— Покажет время, — хрипло произнесла она. Затем повернулась ко мне и поцеловала. — Прости меня, Юсуф.
Взгляды наши замерли на целую секунду, затем я потянулся к её губам снова. Мы неистово начали целоваться. Мои руки блуждали по её спине к плечам вверх и к бёдрам вниз.
Я не заставлял, не настаивал. Всё произошло естественно. На этот раз она не оттолкнула, не остановила, не сказала «прости». Она позволила проникнуть в неё, позволила подарить ей незабываемые ощущения, унести на вершину блаженства.
Её единственный вздох взорвался в моих ушах музыкой, а потом в голове появился туман. Я освободился, и это было незабываемо красиво…
— Ты ведь не жалеешь? — осторожно спросил я, когда мы одевались к завтраку.
Она посмотрела на меня исподлобья.
— Не знаю, Юсуф. Мне трудно сейчас судить. Всё вышло не так, как мне бы хотелось, но… сама ночь была прекрасной. Что будет дальше? Я боюсь теперь заглядывать в будущее.
Мне хотелось убедить её, но понимал, что трудно убедить женщину с разбитыми иллюзиями, несчастную и загнанную в угол жизненными обстоятельствами. Я погладил её по щеке.
— Я всё равно рядом. Просто знай это.
— Спасибо, — шепнула она, прижимаясь щекой к моей ладони.
Вечером мы со всей съёмочной командой вернулись в Стамбул. Грустно было расставаться с Ксюшей. Я хотел забрать её в свой дом, но не мог. Это было бы воровством, ведь она чужая жена. На обратном пути Мерт звонил ей раз десять. Я не слышал самого разговора, но по выражению лица Ксюши понял, что тот либо кричал, либо говорил гадости.
Она попросила не писать ей и не звонить. Естественно, я не собирался подставлять её, но в глубине души надеялся, что она сама напишет.
Понеслись дни. Я был втянут в ряд мероприятий: реклама, музыкальные программы, интервью, даже стал гостем кулинарной передачи. Ксюшу никуда не приглашали. На съёмках она вела себя обычно, но после съёмок тут же сбегала. Мы не могли поговорить. Я делал попытки, но она меня избегала.
Приближался день премьеры. Подготовка шла полным ходом. Танер Йылмаз, как мастер-наставник, ободрял нас и мотивировал. Мы обсуждали наряды, проводились съёмки постеров. И нас с Ксюшей ставили в очень красивые позы, ведь мы играли сумасшедшую супружескую пару. Во время одной из фотосессий нас попросили обняться, а впоследствии вышло несколько очень чувственных и даже сексуальных фотографий.
Ксюша нервничала, ведь Мерт мог не одобрить эти постеры, устроить скандал. Я её подбадривал и говорил, что любой его бзик — повод подать на развод. Ксения кивала.
Между работой и своей любовной историей я съездил в Шиле, чтобы навестить Каана, который наотрез отказался возвращаться в Стамбул. Мы вернули его в старую школу, но я нанял человека, который разберётся, что там за история с запрещёнными препаратами и откуда растут корни. Каан клялся именем Аллаха, что сам лично ничего не принимал. Я же не слишком ему поверил и пообещал оторвать уши, если узнаю правду, которая мне не понравится.
Сибель неделю погостила в Шиле, затем вернулась в Стамбул, но я с ней не встречался, был слишком занят.
Первые новости о Мерте Сойлу пришли перед самой премьерой. То была не та информация, которую я ждал, но выяснил пару любопытных фактов о его прошлом и очень встревожился.
Жаль, что сказать Ксюше об этом смог лишь после премьеры.