Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 53 из 61

Глава 23

На улице было довольно морозно и снежно. Мелкая труха сыпалась с неба непрестанно, но медленно, не затрудняя обзор и создавая мягкую, рыхлую подушку на дороге, по которой транспорт катился без малейших усилий.

Господин Эйсгем вел сам, уверенно и ловко переключая рычаги управления и внимательно наблюдая за дорогой через систему зеркал.

Я сидела рядом тихо, но недолго.

— Расскажите о своей семье, — попросила негромко, чтобы разбавить сгустившуюся тишину. — В особняке я видела портреты, когда-то род был довольно многочисленным. Как так вышло, что вы с братом остались одни?

Вопрос хотела задать уже давно, но все не приходилось к месту. А сейчас самое оно — ехать довольно долго, часа три в одну сторону. Слушать только гудение мотора — уснуть недолго. А несмотря на хронический недосып, тратить время на дрему не хотелось. Возможно, на обратном пути, когда буду точно знать, что в усадьбе все в порядке.

Водник молчал так долго, что я решила: ответа уже не дождусь.

— Я и сам только недавно это выяснил, — внезапно заявил он, плотнее стискивая руль. — Раньше гадал, отчего мои родные угасают один за другим. Словно по цепочке — сначала дед, затем дядя, следом отец… Когда на меня напала постоянная усталость, сначала решил, что это от тоски. Но брата преследовал тот же недуг.

— Отток магии? — сообразила я.

— Да. Резерв деда был немногим меньше моего, потому он сумел протянуть в качестве главы довольно долго. Предполагаю, что за эти годы еще несколько родов-основателей купола прекратили свое существование, и нагрузка на оставшихся увеличилась. Иначе никак я подобную последовательность смертей объяснить не могу.

Господин Эйсгем всмотрелся в серебрящуюся муть и свернул левее.

Дороги в стандартном понимании не было, только полузанесенная колея, по которой обычно проходили торговые караваны. Ее следовало придерживаться, чтобы не въехать в чью-нибудь теплицу или землянку. Спонтанные постройки возникали то тут, то там: новые семьи отделялись, разбогатев, или же отстраивали дополнительные выходы в существующих убежищах.

— Нас с братом удерживает от гибели то, что нас двое. И отток энергии поделился пополам. Это я тоже понял благодаря тебе, — водник бросил на меня короткий взгляд и вновь вернулся к управлению.

— Если собрать то, что из вас сейчас выжимают купола, это выйдет семерка, не меньше, — задумчиво прикинула я. — Вряд ли резерв твоих родных был выше, а это значит, что вместе с магией из них тянуло жизненную силу. А еще получается, что дара у них, считай, и не было.

— Был, но угасал, стоило мужчине стать старшим в роду, — вздохнул господин Эйсгем. — Целители назвали это проклятием водных магов. Мне известно как минимум еще три подобных случая, но там все закончилось куда печальнее.

Я поежилась. Не ожидала, что привязка к оазисам настолько неумолима, что пожирает собственных создателей. Кто-то явно налажал с настройками, иначе система оказалась бы более гибкой. Сейчас она рискует остаться без подпитки вовсе. Ведь все смотрители «Королевских Кущ» делятся силой с оазисами, а не с их основой. Рухнет база — исчезнут последние зеленые островки.

Неужели маги прошлого этого не понимали? Или рассчитывали позже переложить нагрузку на кого-то, распределить ее иначе, но просчитались?

Нынешнее поколение поливало увядающее дерево, не замечая, что гниют корни. И если бы не мое появление, не осознало бы того до самого конца.

По крайней мере теперь у нас есть шанс все исправить.

Знать бы только как.

— Зато теперь я вычислил, как найти причастных к созданию куполов. Проверить их родословную, — криво усмехнулся господин Эйсгем. — Если проклятие есть — значит, можно копнуть глубже. Велика вероятность, что предки таки были замешаны в событиях, которые и привели к катастрофе.

— Удобно. Но далеко не все они на виду.

Я вспомнила несчастных мальчишек, что унаследовали руины крепости Норвик. Никто и не подозревал об их существовании, пока мы на них буквально не наткнулись.

— Тут ты права. Но постепенно мы их выявим.

— Чтобы что?

— Чтобы помочь им? — голос господина Эйсгема прозвучал с ноткой вопроса.

Похоже, он и сам не до конца понимал, зачем собирать вместе потомков создателей оазисов.

— Помочь им можно лишь одним способом. Уничтожив связь с куполами, — покачала я головой. — На это по понятным причинам никто не пойдет. А значит, основная задача — не спасение людей, а решение глобальной проблемы.

— Какое же?

— Возвращение нормального климата, разумеется.

— Мелочи какие! — хохотнул водник, явно не приняв мои слова всерьез.

— Если не решить вопрос радикально, система рано или поздно схлопнется. Уже сейчас она медленно высасывает собственных создателей, — серьезно пояснила я. — Чем вас меньше, тем она уязвимее. Вполне возможно, достаточно еще одной смерти, чтобы оазисы перестали существовать.

— Похоже, у тебя и правда есть план. — Господин Эйсгем притормозил, входя в очередной поворот.

— Почти, — пробормотала я, потому что плана-то как раз и не было.

Было лишь четкое понимание, что действовать необходимо быстро. Вполне возможно, что оазисы исчезнут в ближайшие годы.

Самым логичным виделся откат в обратную сторону. То есть привезти на проклятый остров потомков тех, кто в свое время организовал систему куполов, и открутить заклинание вспять. Но, к сожалению, такой простой выход был возможен несколько поколений назад, когда все линии еще существовали.

На сегодня, по самым скромным подсчетам, погибло больше половины наследников. Кого-то унесло беспощадное истощение, кого-то казнили, кто-то лишился дара, а вместе с ним — и привязки к оазисам.

То есть нужно искать подходящих водников с сильным даром. Обучать их азам — потому что большинство и простейшего огонька не зажжет. Привязать каким-то образом к куполам магически. И лишь после этого проводить ритуал.

Неизвестно еще, выживут ли после него участники. Энергии такая глобальная перестройка сжирает прорву. Так что можно смело утверждать, что мероприятие это с билетом в один конец.

Причем срочное. Раньше, когда я крутила мысль, делала это неторопливо, наивно полагая, что в запасе еще есть десятилетия. Успеется.

А получается, что у нас, дай боги, — несколько лет.

И то если повезет.