Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 21 из 61

Глава 10

Невзирая на обуревавшее их любопытство, приступить к расспросам сразу по возвращении девицы не сумели. Некогда было — ужин не за горами.

Все кандидатки спешно рассосались по покоям, приводить себя в порядок. А меня госпожа Химмарс придержала за локоток — точно там, где минутой ранее меня касался принц.

— Кристель, я же просила! — с тоской в голосе шепнула она, якобы провожая меня до дверей комнаты.

— А что именно я сделала не так? — тоже тихо, но отчетливо возмутилась я. — Нужно было позволить принцу пострадать?

— Если что-то заметила — оттолкнула бы его, остановила испытание, еще как-то дала понять, что дело нечисто. Зачем поставила ледяной щит?

— Какой мне еще было ставить? Я же водница. Можно еще что-то вроде желе, конечно, только оно недостаточно густое. Снаряд бы увяз, замедлился, но долетел.

— Ты дурочку разыгрываешь или правда не понимаешь? Зачем напрашиваешься на неприятности?

Я захлопала глазами, всем своим видом демонстрируя непонимание проблемы.

Дурочкой не притворялась, совершенно искренне недоумевала. И госпожа Химмарс с тяжким вздохом пояснила:

— Теперь за тобой будут пристально наблюдать все. Буквально — все, от кандидаток до последнего стража. Как считаешь, господин Эйсгем просто так не демонстрирует свои навыки публично? А ведь он и поопытнее, и посильнее тебя будет.

С последним заявлением я могла бы поспорить — куда секретарю до моих сотен лет боевого стажа, но не стала. Мысль распорядительницы я уловила, зла она мне не желала. Напротив, как сумела, проявила заботу.

— Не беспокойтесь за меня, госпожа Химмарс, — искренне улыбнулась я и похлопала ее по руке, все еще сжимавшей мой локоть. — Меня не пугают чужие взгляды. А если кто будет смотреть нехорошо, тем глаза выколю.

И растянув губы шире, добавила:

— Шутка.

Но мы обе понимали, что доля шутки невелика.

Как ни странно, мой демарш госпожу Химмарс умиротворил. Она и раньше подозревала, что я не домашний цветочек, брошенный во дворец на верную погибель, а сейчас и подавно уверилась в моей способности выжить где угодно.

— Надеюсь, ты понимаешь что делаешь, — только и бросила она, разворачиваясь в сторону своих покоев.

Ожидавшая меня с нетерпением и пританцовыванием Мист тут же занялась как растрепавшейся прической, так и платьем, что срочно нуждалось в замене.

Прогулочное для торжественного ужина в компании королевской четы точно не годилось.

Я пересмотрела свое отношение к забитому под завязку гардеробу. Такими темпами, да еще учитывая, что повторяться — хотя бы несколько дней подряд — нельзя категорически, мне никаких нарядов не хватит.

— Мист, а среди слуг во дворце есть водники? — вроде бы невзначай бросила я, но служанка тут же напряглась, будто я поинтересовалась расписанием смены стражей.

— Есть несколько. А зачем вам?

В ней самой не было и капли магии. Где-то в глубине виднелся зачаточный резерв, но какой стихии он должен был принадлежать — не понять. Вытягивать слабоодаренных детей здесь не умели или не хотели.

Еще бы! Если все станут магами, то ощущение элитности и причастности к высшему обществу будет сложнее получить. Да и тяжелое это дело: нужно много заниматься, следить, чтобы ребенок не ленился, а мелкие всегда норовят увильнуть от скучных повинностей и медитаций.

В общем, проще остаться обычным человеком.

На карьеру Мист, скорее всего, жаловаться не приходилось. Судя по легкости ее движений, в спарринге между нами без применения магии неизвестно, кто бы победил. Мне еще далеко до пика формы, а ее наверняка с малолетства готовили.

— Незачем. Интересно просто, — небрежно бросила я, глядя в зеркало на реакцию служанки. — Мало ли, меня тоже позовут. Хотелось бы знать, на какую должность при дворе я могу рассчитывать.

— Должность? — горько хохотнула Мист. — Если уборщицей последней возьмут, уже радоваться можно. Мужчину, да притом аристократа и с высшим образованием, могут куда-то повыше поднять. А женщинам-водницам остается самая грязная и неприятная работа. Это еще хуже, чем если вовсе нет дара.

Что ж. Для себя я отметила наличие некоторой доли зависти к господину Эйсгему в связи с его повышением до секретаря и терпимое отношение к остальным представителям водного дара. То есть вряд ли служанка шпионит и для моего попечителя, только для принца. Возможно, работает на кого-то еще, но точно не на Хозяина льда.

Время поджимало. Благодаря скоростному умыванию при помощи дара я вышла в коридор одной из первых. Госпожа Химмарс возглавила небольшое шествие, и мы проторенным путем потопали в столовую.

По случаю высочайшего визита ее дополнительно украсили свежими цветами, добавили свечей, чтобы видны были малейшие изменения в мимике кандидаток.

За стеной в тайных нишах я ощущала присутствие как минимум троих магов земли. Целители-менталисты, скорее всего. Сразу тест на лояльность к власти и общий настрой. Глубинные мысли вряд ли выцепят с расстояния, но эмоции даже местные маги способны считать, не прикасаясь к объекту.

Первую половину ужина я, как и все остальные девушки, украдкой разглядывала королевскую чету. Все-таки раньше мне их видеть не доводилось, вот и восполняла пробелы в образовании.

Король был еще крепок, хотя седина знатно посеребрила виски. Впрочем, в его фамильном, светло-пепельном оттенке блонда это было почти незаметно. Держался он строго, но не излишне сурово, чтобы не пугать трепетных фиалок.

Зато его супруга источала благодушие и радость от встречи с таким количеством благородных красавиц разом.

Если бы не лед в ее глазах, которому позавидовала бы ближайшая река, можно было бы счесть королеву самым добрым и благородным человеком во всем дворце. Но иллюзий я не питала: дамочка куда более хваткая и резкая, чем муж, только лучше притворяется. Либо у них такое разделение специально, как хороший страж — плохой страж. Ролевая игра своего рода.

Чем бы супруги ни тешились, лишь бы не казнили никого.

Кроме их величеств, на торжественный ужин явилась и сестра Айрендаля с мужем-канцлером.

Принцесса выглядела достойно, но не слишком претенциозно. Длинные, светлые — не до водниковой белизны, хоть и близко по тону — волосы уложены в сложную прическу, украшенную нитью матово переливающихся жемчужин. В чертах вытянутого лица угадывалось сходство с братом, но больше она пошла в отца. Особенно крупноватым носом и острыми скулами.