Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 226 из 248

97. Пятница: урок Афродиты

Пробуждение вырывает меня из эротического сна, от которого продолжает подрагивать все мое тело.

Афродита

…

Ее взгляд, ресницы, аромат, руки, зубы, губы.

Афродита…

Ее голос, смех, дыхание.

Афродита…

Ее походка, ноги, прикосновение кожи, груди, бедра, спина.

Афродита…

Ее волосы, ее…

Я приподнимаюсь на подушке. Сердце колотится, как сумасшедшее. Снова я как подросток, когда-то трепетавший перед каждой девчонкой. Я до обморока влюблен, мои щеки горят огнем.

«Любовь – это победа воображения над разумом», – полагал Эдмонд Уэллс. Он сам не знал, насколько точно это подмечено.

Стоит мне вспомнить о друге – и эротических видений как не бывало. Нам еще столько предстояло друг другу сказать, он еще столько мог мне дать! У меня в ушах звучит его голос: «Я написал Энциклопедию, потому что множество случайных встреч наделили меня огромными познаниями. Но когда я брался сам ими делиться, чтобы они продолжали жить, то замечал, что этот дар мало кого интересует. Одарить можно только того, кто готов принять подарок. Вот я и передаю его сразу всем, это как бросить бутылку в море. Его примут те, кто готов его оценить, даже если мы незнакомы».

От мыслей о нем я перехожу к мыслям о наших с ним народах, ставших единым мирным народом на своем острове, где благодаря придуманной им пирамиде, этому уникальному мегафону, я общаюсь сколько хочу с царицей…

Тук-тук

.

– Вставай, лежебока! – раздается голос Рауля. – Завтрак не ждет. Завтракать должны даже трусишки, отказывающиеся идти на большую химеру.

Он ждет на диване, пока я спешно умоюсь и оденусь. При всем желании меня поддеть он нынче утром в превосходном настроении.

– Вообще-то ты правильно поступил, что не пошел вчера вечером, – говорит он мне по пути. – Мы ничего не добились. Правда, Жорж Мельес утверждает, что придумал, как нам преодолеть преграду. Дело в том, что большую химеру не берут не только анхи, но и стрелы. Мы соорудили гигантский арбалет и из него засадили ей прямо в грудь вот такущий кол. И что ты думаешь? Это для нее все равно что булавка. Ты как насчет сегодняшнего вечера?

– Еще не знаю. Ты в курсе про Эдмонда?

– А как же, здесь новости разлетаются быстро. Он, похоже, хотел забраться в дом Атласа и поиграть еще. Думал сжульничать…

– С ним был я.

Он качает головой, скорее с пониманием, чем удивленно.

Я знаю, что Рауль ревновал меня к моему наставнику. Того не стало, и он уверен, что теперь я его выдам с потрохами.

В Мегароне оры подают нам теплое молоко и венские булочки, на столах нас уже ждет яичница, ломти бекона, мед. У меня текут слюнки.

Рауль подмигивает.

– Сегодня пятница, день Венеры

[9]

[По-французски «пятница» – «vendredi», Венера – Venus (прим. пер.).]

. Венера – латинское имя Аф-ро-ди-ты!

– И что с того?

– Всем известно, что ты без ума от этой богини. Будь начеку, об этом много болтают.

– У меня за спиной?

Он спокойно хватает своими огромными пальцами бутерброд и хмурит лоб.

– Сплетничают, будто, чтобы понравиться Афродите, ты подталкиваешь безбожные народы к религии. Но я тебя знаю, ты не такой, ты у нас славный… и духовный. На протяжении доброй сотни карм ты – душа-человек, уверенный, что в жизни, как в кино, все хорошо кончается, порок карается, добродетель вознаграждается.

Я пью молоко.

– Ошибаешься, Афродите славные ребята не по нутру. У тебя с твоими людьми-орлами гораздо больше шансов ее соблазнить.

Он озабоченно смотрит на меня.

– Мой орлиный народ еще не доведен до ума. Сейчас главная опасность – Прудон. У него такая многочисленная и хорошо вооруженная армия, что он может завоевать весь мир, не встретив сопротивления. Поэтому я предпочитаю не спускаться со своих гор, строить свою цивилизацию и ждать, пока она накопит мощь, чтобы ему противостоять.

– Ты боишься Прудона?

– Конечно. Он задает правила игры и навязывает свой ритм.

– Сара Бернар предлагает заключить всеобщий антикрысиный союз.

– Поздно, – отвечает он. – Твой народ уже практически вне игры. А другие ученики так боятся исключения, что близки к панике, уже готовы сбежать или сдаться. Те, кто мог бы оказать сопротивление, как люди-медведи Виктора Гюго или люди-волки Маты Хари, слишком далеко географически, чтобы вмешаться.

– Есть еще Мэрилин Монро со своими амазонками.

– Ты серьезно в это веришь? Ее женщины способны, конечно, на храбрые поступки, но проблема не в этих «осах», а в самой Мэрилин. Она ничего не смыслит в стратегии. Иногда мне кажется, что ее смертные лучше разбираются во всем, чем богиня, которой положено их вдохновлять. Представляешь?

То, что некоторые люди превосходят интуицией своих богов, кажется мне забавным. Я и сам замечал, что некоторые мои люди-дельфины делают важнейшие изобретения, не приходившие мне в голову.

Ко мне подсаживается Жорж Мельес и с ходу сообщает:

– Кажется, я придумал, как победить монстра. – Он полон воодушевления. – Мы били в лоб, это было ошибкой. К проблеме надо подойти с другой стороны.

– Расскажи как!

– Не задавайте вопросов, я приготовил вам на сегодняшний вечер сюрприз. Большую химеру необязательно уничтожать, достаточно ее обезвредить.

Бьют куранты. Половина девятого, нам пора во дворец Афродиты.

Жилище богини любви похоже на замок сказочной феи. Балконы украшены башенками, с них свисают корзины с цветами. Всюду красные ленты, золотые нити, глаз то и время натыкается на дешевый пестрый китч. Кукольный домик, да и только.

Великолепная Афродита спускается с небес в колеснице, запряженной сотней голубок и горлиц. Ее гордый силуэт подсвечен краснеющим у нее за спиной солнцем. Рядом с ней порхает херувим – пухлый мальчуган с крылышками, как у колибри, с луком и с колчаном стрел, у которых вместо наконечников алые сердечки.

– Это Купидон, – восторженно шепчет Рауль, – он поражает стрелой любви того, кого захочет. Тревожно, правда? Нет оружия страшнее…

На меня Купидону не нужно расходовать стрел, Афродите не нужно пускать в ход свой пояс.

Трепещущая крыльями и перьями колесница опускается на траву. Богиня выходит из нее, приветствует нас и направляется к воротам своего дворца. Створки ворот распахиваются сами по себе, как будто узнали хозяйку.