Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 56 из 85

22

Девочка из-под земли

Линни жадно хватала ртом воздух. Как свободно дышится! И сколько шумов! А самое чудесное – свет!

Впереди было ещё несколько очень крутых ступеней, выводящих из заглублённого в землю каменного зала, где находилась девочка.

Кто-то произносил речь. Линни показалось, что она знает этот голос. Какое-то равнинное приспособление – дьявольский фокус – усиливало его настолько, что Линни пробирало до самых костей. Даже сооружение, куда она только что выбралась, сотрясалось от оглушительной тирады.

Голос гремел:

– Приветствую вас, жители сморщенных мест и Равнины!

От внезапного обилия свежего воздуха у Линни кружилась голова. Что это за шум? Судя по запаху, она явно была рядом с рекой. Пробираясь по извилистым туннелям под землёй, девочка сохранила умение ориентироваться в пространстве и знала, что река должна быть очень близко.

– В другие годы, – продолжал усиленный голос, доносящийся откуда-то сверху, где заканчивались ступени, – у нас были претендентки, желающие пройти лабиринт ради нашего удовольствия и чтобы исполнить давнюю традицию. Но время идёт, и миры, как и дети, вырастают…

Линни уже почти-почти-почти узнала этот голос.

– Заверяю вас, если бы претендентке удалось пройти предварительное испытание, она была бы здесь – но, как видите, никого нет. Это показывает, что пора посмотреть правде в глаза и отказаться от легенды. Другой Девочки с луркой не будет. Никто никогда не найдёт потерянную корону и не предъявит прав на власть, которую она когда-то символизировала. Это была фантазия, а нам не к лицу увлекаться вымыслом. Мы должны доверить руководство нами логике, и я имею в виду, что даже сморщенные места мира должны подчиниться разуму и мудрому управлению Равнины…

Полукошка зашипела. Крики толпы становились всё злее и ожесточённее, хотя раздавались и одобрительные восклицания.

Теперь Линни узнавала голос, пропитанный угловатой ненавистью, – он принадлежал, конечно же, регенту.

Больше никакой Девочки с луркой? Какие замыслы землемеров подпитывает эта ложь? Пора преодолеть последние несколько ступеней и посмотреть, что происходит там, наверху. Но сначала Линни сняла рваный перепачканный халат, поскольку во всех этих туннелях он превратился в грязные лохмотья. Итак, вперёд!

Лурка, защищённая мешком, пережила путешествие под землёй на удивление благополучно. Правда, на корпусе появились небольшие вмятины, но, учитывая, какие испытания выпали на долю инструмента, можно было сказать, что он легко отделался. На теле Линни вмятин образовалось, наверное, побольше.

Полукошка замяукала. Она явно проявляла нетерпение.

– Бегу, бегу! – сказала Линни.

Кольцо для ключей не помещалось в карман, но не оставлять же его здесь. Ключи нужно собирать, а не разбрасывать. Голос всё ещё гремел неподалёку. Полукошка прижалась к стенке, чтобы пропустить спутницу, и они обе, девочка и кошка, поднялись по торчащим из стены ступеням. Чтобы не упасть, Линни опиралась одной рукой о стену справа.

– Пора нам раскрыть глаза и заняться своими делами! – кричал регент. – Почему все эти годы мы думали, что нам нужна Девочка с луркой? Это всегда была всего лишь сказка, мечта. Очнитесь! Откройте глаза! Мы слишком долго мирились с чепухой!

В этот миг Линни и Полукошка вышли на верхнюю ступеньку. Лёгкий ветерок дунул Линни в лицо, и она чуть не вскрикнула от удовольствия, ощутив его и увидев простор мира, наполняющий и питающий её изголодавшиеся по горизонтам глаза.

Туннели привели её к берегу реки? Да, вероятно. Собственно, когда она поднялась на последнюю ступень, то сразу же поняла, где оказалась: она стояла не просто около реки, но в самой середине огромного каменного моста, пересекавшего русло и соединявшего две ярмарочные площади, сморщенную и равнинную. Туннели привели её к устою со стороны Обители Ангелов, а затем по лестнице она прошла внутрь тяжёлого брюха моста. Замечательно! Как умно построен этот мост, не говоря уже о туннелях!

При этой мысли девочка улыбнулась; а ещё её обрадовало, что день клонился к вечеру и солнце осеняло ярмарку золотистым текучим светом.

Повсюду волновалось людское море. Некоторые теснились на самом мосту с обеих сторон, но их сдерживали заграждения.

И все жители обеих частей города, и те, что толпились на берегах, и те, кому посчастливилось попасть на мост, смотрели на неё. Вернее, не совсем на неё – они смотрели на человека, который сейчас загораживал от них Линни. Она видела со спины, как, произнося речь, он наклоняется к круглой металлической банке на высокой палке.

– Итак, Девочки с луркой не будет ни в этом году, ни в последующие. Таков путь прогресса, – говорил регент в металлическую банку, и каждое произнесённое слово, благодаря равнинной уловке, становилось громким, оглушительным, зычным, раскатистым.

Линни встряхнулась и шагнула вперёд, чтобы лучше разглядеть густую толпу, ярмарочную площадь справа (где люди были в основном в сером, и на этом фоне выделялось всего несколько ярких точек), ярмарочную площадь слева (где люди были в одежде всех мыслимых цветов, и среди буйства красок попадались отдельные серые пятна), реку, катящую свои волны прямо, а потом налево, – всё такое красивое, поскольку располагалось не под землёй и омывалось лучами уже клонившегося к горизонту солнца. Она никогда не видела ничего прекраснее этой картины, развернувшейся перед её глазами, так истосковавшимися по раздолью.

Девочка сделала ещё один шаг и выступила из тени на свет.

Шум мгновенно переменился.

Над толпой пронёсся сердитый неоднородный рёв: сердитый слева, где находилась сморщенная часть ярмарки, и неоднородный справа, где располагалась равнинная часть. Ни одна сторона не казалась довольной. Но когда Линни вышла вперёд, гул с обоих берегов сначала усилился, а потом стих.

Регент повернулся от металлической банки, увидел стоящую рядом Линни и захлебнулся словами.

Его худоба обострилась ещё больше, кожа побледнела, глаза сузились от недовольства.

– Ты! – прошипел он, отвернувшись от толпы и металлической банки, но это слово всё равно отразилось эхом в воздухе, как слабый призрак целой фразы. – Что ты… Как ты вообще сюда попала?

– Пришла из-под земли, – ответила Линни. Её слова тоже были усилены банкой.