Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 50 из 85

От всего этого кошмара – Элиас, обвешанный убийственными цилиндрами, серые, спешащие наверх, чтобы снова схватить её, – Линни словно балансировала на краю тёмной, как ночь, дыры. Если она упадёт туда, то никогда уже не выберется, а может быть, даже оцепенеет – вот как она себя чувствовала. Но даже на краю безнадёжности девочка ощутила, как быстрый, острый порыв сбежать распространился по её телу подобно пожару. Бежать и спрятаться! Она огляделась в поисках подходящего места.

Умение прятаться было одним из её волшебных талантов.

Полукошка мяуканьем позвала её. Где она? Линни не видела, куда забилась её четвероногая спутница, но, осматривая маленький парк на вершине холма, заметила сквозь переплетение плюща намёк на ночной мрак, тёмную, как отчаяние, пустоту в склоне маленького холмика.

Этого было достаточно. Линни бросилась по траве прочь от балюстрады влево. Она очень низко пригибалась к земле, отчего бежать было крайне неудобно, но снова послышались голоса. Серые что-то заметили – или Линни у балюстрады, или улепётывающего Элиаса. Пришлось продолжить бег, не выпрямляясь.

По пути к норе в маленьком холме она заметила, что каменный откос испещрён резными символами, явно старыми и скрытыми вьющимися растениями. В Обители Ангелов их вычурные линии казались чужеродными. Девочка бросилась в нору, которую обнаружила Полукошка, укрылась в ней и снова расправила стебли плюща так, чтобы они занавешивали вход.

Линни лежала неподвижно, стараясь сдерживать дыхание, чтобы не издавать звуков, и надеясь, что преследователи поднимутся на холм и пойдут в другую сторону. Она пыталась не думать об Элиасе, по крайней мере сейчас, потому что, если ужас вернётся и поглотит её, пока она прячется в этой дыре, она не сможет сдержать рыданий, а плач привлечёт слишком много внимания.