Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 41 из 85

Первое, что заметила девочка, переступив через порог, – как удивительно светло внутри, несмотря на полное отсутствие окон. Это был какой-то особенный свет, спокойнее, чем солнечный.

В глубину здания вёл коридор с дверьми и даже окнами, которые выходили не наружу, а в другие помещения. Линни решила, что это больше похоже на улицу, а не на коридор в доме, и тряхнула головой, чтобы эта мысль осела. К таким огромным пространствам под крышей она не привыкла.

Землемеры доставили арестантов наверх в металлическом ящике, приводимом в движение, как догадалась Линни, тоже с помощью электричества. Он плавно скользил с этажа на этаж, и его перемещение внутри огромного здания давало новые сведения – насколько высоким может быть это строение, какое расстояние от одного уровня с комнатами до другого.

Затем землемеры отвели Линни и Химика в кубообразный зал, где находился человек с костлявым лицом и с волосами почти такого же угольно-чёрного цвета, как и стол, за которым он сидел. И волосы, и поверхность стола посверкивали в странном свете, которым озарялось всё здание.

– Регент! – обратился к нему старший в группе землемеров. Остальные серые остались у двери. – Привели преступницу, как вы приказывали. Кроме самозванки пришлось взять и Артура Викса – он препятствовал правосудию. – Тон у конвоира был почти извиняющимся.

Костлявый человек прищурившись посмотрел на Полукошку и остановил взгляд на лице Линни. От смущения девочка заморгала и отвернулась.

– А кошка зачем? – спросил он, не отводя глаз от Линни. – Не припоминаю, чтобы я просил принести животное.

– Это не простая кошка! – сказал Химик. – Я усовершенствовал её…

Он пустился в путаные объяснения, как его пропавшая почти дочь Ирика нашла Полукошку в Холмах, и как он улучшил её, и что это было начало новой эры сморщенных технологий и так далее и тому подобное.

Костлявый поднял руку, прося его замолчать.

– Видишь ли, – обратился он к Линни, – у Артура Викса, прозванного Химиком, существуют многословные теории обо всём на свете. Но позволь мне перейти к интересному вопросу: неужели ты думала, что можешь тайно проникнуть в город, нанести ему вред и остаться безнаказанной?

– Я не проникала в город тайно и никому не наносила вреда, – возразила Линни.

Полукошка у неё на руках зашипела.

– Нет? – спросил костлявый. Он указал на Артура Викса, который что-то лепетал. – В доме этого человека образовалась дыра. По мне, так это большой вред. А сейчас ты тратишь моё время, отрывая меня от важной руководящей работы.

– Это ваши землемеры взорвали дверь, а не я! – ответила Линни. Она терпеть не могла, когда её обвиняли несправедливо; хватало и того, в чём она сама винила себя.

– Потому что ты там пряталась, – ответил костлявый человек. – Не надо подменять причину следствием. Незаконная претендентка на корону укрывается в Мостодоме! Самозванка! Мы не могли оставить такое поведение безнаказанным.

– Послушайте, – вздохнул Химик, – вы упускаете главное. Эта девочка на самом деле была в стране Прочь и может отвести нас туда, как только будет готов антидот. Видели бы вы показания моего сканера! Она не одна из претенденток, она – доказательство. Вынь руку из кармана!

Последняя фраза была обращена к Линни, и девочка вздрогнула.

Полукошка уже какое-то время назад спрыгнула на пол, и правая рука Линни действительно была в кармане – девочка хотела убедиться, что подарок Сайры ещё там. Химик размахивал металлической вилкой.

– Покажи ему! Покажи ему! – с горячностью призывал он Линни.

Она не понимала, чего он добивается, но вынула руку и раскрыла ладонь.

В комнате прозвучал общий удивлённый вздох землемеров.

На ладони девочки лежал шёлковый розовый бутон, который положила ей в руку Сайра, дотянувшись из страны Прочь.

Даже здесь, на Равнине, он был до странности прозрачным. Вилка Викса задрожала и загудела.

– Видите? Видите? – с ликованием обратился Химик к регенту. – Это не просто сморщенная безделушка, которую притащили в город с ближайших холмов. Такие предметы теряют магию, оказываясь на прилегающем к Равнине берегу реки. Но эта рука! И эта странная вещица, которую она держит, – они подлинные! И к тому же как такая девочка вообще может существовать?

Линни поёжилась. Ей совсем не нравилось, что её пристально рассматривают.

– Если Прочь может произвести такое, – и Химик широким жестом обвёл Линни с головы до ног, – точную копию, вплоть до кудрей и второй родинки, то подумайте, на что ещё способно это пространство!

– Я не копия, – поправила его Линни, – и меня нигде не производили.

– Помолчи, – бросил ей Химик. – Я объясняю ошеломительные возможности страны Прочь. Требуется громадное, неизмеримое, величайшее количество энергии, чтобы создать невозможное – полного двойника Девочки с луркой. И если такое могло случиться там, в сморщенных землях, примыкающих к стране Прочь, представьте, чего мы можем достичь, получив доступ к источнику энергии. Лампочки засияют повсюду! Вот что я хочу сказать.

– А вот что я хочу сказать, – произнёс регент, тщательно выговаривая каждое слово. – Мы не можем позволить, чтобы копия расхаживала по городу. Это создаёт угрозу общественной безопасности, не говоря уже о стабильности. Лампочки – дело десятое.

Мужчины теперь пристально смотрели друг на друга через стол.

– Подождите, – вмешалась Линни. Насколько она поняла, разговор пошёл по трагически ложному пути. – Я не копия и не научная теория. И не имею отношения к лампочкам, даже не знаю, что это такое. Мне не нужны короны и власть – я пришла за лекарствами, чтобы спасти свою подругу, которая угасает, потому что её душа застряла в стране Прочь.

– Трогательная история, – ответил регент. – Но когда мне докладывают о какой-то Девочке с луркой, вдохновляющей маджи на противозаконные, агрессивные, разрушительные действия, я что, должен закрыть на это глаза? Именно об этом беспокоился суд на вчерашнем ночном заседании, когда экстренно принял новый закон. И теперь мы видим, что решение было правильным.

– О чём он говорит? – спросил Химик, с тревогой глядя на Линни.

– Хотите сказать, что приняли тот ужасный закон, потому что услышали обо мне? – не поверила своим ушам Линни. Странностей становилось всё больше.

– Это была разумная мера предосторожности, – проговорил старший землемер.

На некоторое время в комнате воцарилась тяжёлая тишина.