Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 82 из 212

Глава 14

1-й округ, Париж

Зим

–

Merde!

– Я раздосадованно захлопнул книгу и провел рукой по лицу. Глаза горели, потому что я более суток находился на ногах, а настроение опустилось до нуля. Двадцать четыре часа, сотни книг, и ни одного ответа. Даже моя

особая

способность не могла мне помочь. Образы, которые мне показывали слова, были всего лишь отрывками того, что мы давно знали.

– Хорошо, что папа не видел, как ты изливаешь свой гнев на драгоценную книгу, иначе ты бы стал на голову короче.

Я сердито посмотрел на Людвига поверх стола и схватил стакан с водой, просто чтобы сжать его, потому что он оказался пустым. И пустовал уже несколько часов, судя по тому, как пересохло горло. Понятия не имею, когда я в последний раз что-то пил или ел. А пока у нас было почти три сотни книг, которые нужно расставить по полкам Библиотеки до начала новой катастрофы.

– Уверен, что отца сейчас не так интересует, что происходит с кучей бумаги, – возразил я и отставил стакан с более громким стуком, чем было необходимо. – Пока книга не подсказывает, почему чертова

Мондия

не открывается, она абсолютно бесполезна.

Людвиг наигранно вскинул брови и уселся на стуле, скрестив ноги.

– Вау, почти два ругательства в одном предложении. Осторожнее, а то столкнешься с гневом Мировой библиотеки.

Я любил своего брата, но в такие моменты он действовал мне на нервы.

Мы теперь знали о новой

Рипари

– Арамене, она сидела, сама того не зная, на полу прямо перед Библиотекой и касалась двери, но

Мондия

все так же была закрыта. А сегодня утром папа и дядя Корбин чуть не разорвали друг друга. Снова. Это одна из причин, почему мы с Лу одни сидели в архиве и сами искали ответы.

Ответы, которых не было, а в это время на поверхности число убитых и раненых увеличивалось, и уже говорили о терроризме и чрезвычайном положении. Если бы я не знал, то сказал бы, что за этим зловещим планом стоят

Нова

– вся эта фигня отдавала их ненавистным почерком. Но в этот раз причиной хаоса стала сама

Мондия

, именно то место, которое должно защищать мир.

– Получал новости от Арамены?

Я напряженно выдохнул.

– Нет, кроме короткого сообщения вчера, ничего. – И это еще одна из причин, по которой мое настроение не улучшалось. Прежде чем я вчера вывел ее из Подземелья, мы на всякий случай обменялись номерами телефонов. Но пока я ничего не получил, кроме «Я дома». Не нужно и упоминать, что папа и Корбин мне чуть не оторвали за это голову – для разнообразия тут они были единодушны. Потому что было легкомысленно и глупо отпускать Реми на поверхность. И хотя я отчаянно защищал свою позицию, в душе я с ними соглашался. Реми считала себя невидимкой, думала, что ей не грозит опасность, но…

putain

, Реми понятия не имела, что она не совсем уж невидимая, что она…

Людвиг щелкнул языком и уперся локтями в стол.

– Ты правильно поступил, что отпустил ее. Для нее все это чересчур, и пока Библиотека не успокоится и не откроет двери, наша драгоценная

Рипари

ничего сделать не может. Кроме того, завтра ты ее вернешь.

– Таков план. – Я помассировал место прямо над переносицей. – Однако мне не кажется, что я принял правильное решение. Без понятия, возможно, если бы я рассказал ей больше о нашем мире, ей стало бы легче. Реми мало что знает, и, мне кажется, именно поэтому для нее все это «слишком». Незнание страшнее знания.

Не сводя с меня взгляда, брат иронично хлопнул в ладони.

– Хотя ты часто сбегаешь отсюда, с каждым днем все больше становишься похож на отца.

– Лучше помолчи, Лу.

Он сделал вид, что с другого конца стола посылает мне поцелуй, и вытащил следующую книгу.

– Просто не могу поверить, что

Мондия

никогда не закрывалась еще. Она существует вечность – мы не можем быть первыми, кто запорол работу.

– Судя по всему, так и есть, – промычал я и покачал головой. – Что, если Библиотека может открыться, только если Реми задержится в Подземелье?

– Не думаю, что пара километров имеет какое-то значение, брат, – ответил Лу и с почти скучающим видом продолжил листать записи наших предков. – Если Арамена действительно является ключом, то

Мондия

примет ее. А если нет…

Я вскинул подбородок.

– Что это значит тогда?

– Ну… это лишь другая точка зрения. То есть если не

Рипари

являются проблемой, а причина в другом?

Я непонимающе уставился на Людвига и сложил руки на прохладной древесине предо мной.

– Ты имеешь в виду, что

Мондия

закрылась по другой причине?

Он медленно кивнул.

– Библиотека всезнающа, Зим. Разве не должна она была знать, что в лице Арамены существует наследница? Зачем ей закрываться, если она об этом знает?

Из-за теории Людвига шестеренки в моей голове начали крутиться, и без того искаженное понимание о нынешней ситуации снова зашаталось.

– Если Реми не является решением…

– Куда это нас приведет?

– Хороший вопрос, Зим, хороший вопрос. – Брат распрямил скрещенные ноги и тяжело встал – словно ему девяносто, а не девятнадцать. – Не хочется повторяться, но тогда мы снова в заднице. Или все еще смотря как на это посмотреть.

Я молча взглянул на него и сжал зубы. Если Лу прав и причиной закрытых дверей является не существование

Рипари

…

mince

… то мы снова окажемся в начале. Без отправной точки, а время уходит.

– Нужно поговорить с отцом об этом…

Прежде чем я успел закончить предложение, дверь в архив открылась и, как назло, Имон появился в поле зрения.

– Чего тебе, малыш? – Лу вскинул бровь и раздраженно посмотрел на нашего кузена, хотя сам был ненамного старше.

– Успокойся, Лулу. Отец послал меня. Он и остальные в главном зале.

– Снова? – Я тоже встал, и мой пульс невольно ускорился. Собрание сегодня утром попахивало анархией, атмосфера была накаленной, и мне, честно говоря, совершенно не хотелось идти на продолжение. Тем более что они меня объявили «Персоной нон грата».

Имон пожал плечами:

– У них нет выбора.

– Почему? – допрашивал его я, потому что интуиция подсказывала, что произошло что-то значительное.

– Внезапно объявилась Анастасия и свела всех с ума своими безумными предположениями. – Он постучал по голове.