Страница 67 из 212
* * *
Когда мы чуть позже добрались до западного главного входа, отец, Корбин и его жена Эме уже ждали нас. На их лицах застыло напряженное выражение, по которому я сделал вывод, что наше положение не изменилось и
Мондия
чудесным образом не открылась.
– Хорошо, что вы здесь, – сказал отец и протянул Арамене руку. – И добро пожаловать обратно.
– Спасибо.
Заметив, как Реми неспокойно, я невольно подошел к ней поближе.
– Где Анастасия?
– В своей комнате, твоя мать с ней. Я должен вам сообщить, что вы можете в любое время навестить Старейшину.
Людвиг с шумом выключил серебристый фонарик и провел рукой по темно-каштановым волосам, стряхнув на пол пыль и маленькие камешки.
– Тогда лучше разберемся с этим побыстрее.
– Этим займутся Казимир и Арамена, ты пойдешь со мной, – сказал дядя Корбин и поджал губы. – Ты можешь помочь с одним делом.
Я непонимающе переводил взгляд с дяди на папу.
– Что за дело?
Отец откашлялся, но Эме не дала ему возможности ответить.
– Мы получили вызывающее беспокойство сообщение от наших людей из Сингапура. Из-за закрытия
Мондии
в центре города внезапно возникла трещина в земле. Повезло, что никто не пострадал.
– Zut, alors!
[43]
[Вот черт! (фр.)]
– Я с упреком посмотрел в глаза отцу. – Поэтому ты вчера был таким немногословным. Почему ничего не сказал?
– Потому что твои приоритеты должны касаться другого, сын, – необычно резко ответил он и потер переносицу. – Несчастные случаи происходят везде, потому что недостающие книги не попадают в
Мондию
. Пока что последствия не столь серьезны, но это со временем изменится. Я пытаюсь как можно лучше поделить наши ресурсы, учитывая ситуацию, Казимир, и буду очень благодарен, если ты продолжишь слушаться приказов.
Я рассерженно сжал зубы, чтобы не ответить резко, и склонил голову.
– Естественно.
– Отлично. Пока ты и Арамена будете говорить со Старейшиной, мы пока рассмотрим случаи по всему миру и поищем возможные закономерности. Возможно, мы сможем предотвратить крупные катастрофы или по крайней мере предсказать их и принять соответствующие меры. – Отец опустил руку и показал Людвигу следовать за ним. – Встретимся в главном зале, как только получим новые сведения.
И на этом разговор закончился.
Я пораженно смотрел вслед, пока они шли в туннеле в центральном направлении и повернули, а потом громко выдохнул.
– Черт побери.
– Сколько времени у нас осталось?
Вопрос Реми напомнил о том, что она стояла рядом все это время и стала свидетельницей этой катастрофы.
– Недостаточно для того, чтобы ждать чуда. – Я провел рукой по затылку и взглянул на нее. В ее зеленых, как хризолит, глазах застыло беспокойство, и мне сейчас захотелось
забрать его
. Показать ей наш мир без всей этой проклятой тьмы.
Я понятия не имел, откуда появились эти мысли, но в следующее мгновение я решительно увел ее в сторону и направил налево.
– Пойдем.
Путь к комнате Анастасии был недалеко, и по первому стуку мать открыла дверь.
– Она не спит и ждет вас, – заметила она и тихо одарила Реми легкой улыбкой. – Я рада лично познакомиться с тобой, Арамена. Я много о тебе слышала.
Щеки Реми слегка покраснели, когда она пожала протянутую руку матери.
– Спасибо, я… тоже рада.
– Спокойно поговорите, а я пока найду, что поесть. – На мгновение она положила руку мне на плечо и сжала его, а потом покинула комнату и оставила нас одних. Несколько мгновений комнату наполняла приглушенная классическая музыка, а потом раздался голос Анастасии:
– Я знаю, что вы оба здесь, не заставляйте пожилую даму ждать.
Несмотря на ком, который в последние дни все сильней давил на живот, я ухмыльнулся.
– Готова? – глухо сказал я Реми и потом прошел из маленького коридора в саму комнату. Это была та же квартира, в которой жила Анастасия, прежде чем нам пришлось перевести ее в больницу, и почему-то было безумно приятно видеть ее сидящей на плюшевом темно-зеленом диване. Словно бы ничего не изменилось.
– Bonjour, Анастасия, – поздоровался я и толкнул Реми немного вперед. – Хочу представить тебе Арамену Бенуа.
Сначала Старейшина казалась растерянной, потом на ее лице появилась легкая улыбка, и ее водянистые глаза загорелись, чего я давно не видел.
– Арамена? Красивое имя. Оно хорошо подходит тебе нынешней.
– Спасибо, мадам. – Реми заметно смущенно теребила кайму пуловера и словно бы не знала, на что смотреть. Непривычно было видеть ее такой, потому что раньше она казалась прямолинейной и решительной.
– Садитесь, Жозефина была добра и приготовила нам чай. Твоя мать настоящее сокровище, Казимир.
– Она то же говорит и о тебе, – ответил я и пустил Реми вперед, чтобы она могла выбрать место. Я представлял, что ситуация для нее была не из легких. Я снова вытащил ее из привычной жизни и увел в то место, где все ждали, что она спасет мир, и словно бы знали о ней больше, чем она сама. И прежде всего – эта пожилая
Писательница миров
перед нами, которая теперь с интересом наблюдала, как Арамена садится в кресло справа от нее.
– Я уже рассказал Реми немного о тебе и твоих догадках по поводу ключа к
Мондии
, – начал я и воспользовался моментом, чтобы всем приготовить чай. Запах свежих трав поднимался, как маленькое облачко, от раскрашенного вручную чайника.
– Спасибо, мой мальчик. – Пожилая дама взяла чашку, которую я ей протянул, и чуть глубже опустилась в кресло. – Хорошо, что вы пришли, время ужасных событий подбирается все ближе. Наш мир слетел с рельсов, и я боюсь того, что нас ждет впереди.
Реми вопрошающе глянула на меня, и я быстро ей улыбнулся, прежде чем снова повернулся к
Писательнице миров
.
– Ты говорила, что хотела бы обсудить с Араменой решение проблемы.
– Чтобы достать ключ, который может сломить волю
Мондии
во благо, нужна
Рипари
. Так было раньше, и так есть и сейчас.
Краем глаза я заметил, что Реми тут же наклонилась вперед.
– Но как мне создать этот ключ? Я даже не знаю…
Рипари
ли я?
– О, ты
Рипари
, дитя мое. Ты словно копия Жанны и Кассандры, и я чувствую
жужжание