Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 28 из 85

Глава 10

В которой выясняется,

что жёны — это домоседки с рожками,

а я иду смотреть лабораторию

* * *

Вылетаю из Зала Семи как пробка из бутылки.

Эллариэн догоняет меня уже в коридоре. Его чёткие уверенные шаги раздаются за спиной, а у меня от его близости начинает дёргаться левый глаз.

— Ева, позвольте мне проводить вас в…

— Нет! — обрываю, даже не оборачиваясь. — Вы своё дело сделали, Эллариэн из рода Золотой Лозы. Совет обработан, ультиматум поставлен, две недели тикают. Можете идти праздновать. Без меня.

— Я лишь хочу…

— А я хочу, чтобы вы отстали! — торможу и стреляю в него самым яростным взглядом из своего арсенала. Тренированным, между прочим, на особо ленивых клиентах, которые пытались симулировать травму, лишь бы не делать приседания. — Я. Хочу. Побыть. Одна.

Последнее слово прямо-таки выплёвываю.

Эллариэн замирает. На красивом холёном лице со скоростью пролетевшей кометы мелькают эмоции: раздражение, попытка возразить, снова раздражение. И наконец застывает привычная ледяная вежливость.

Он коротко кивает, разворачивается и, красиво взметнув плащом, уходит обратно в зал.

Фух. Ну хоть что-то приятное.

Иду вперёд, не разбирая дороги.

Коридоры, повороты, лестницы — мне всё равно куда. Лишь бы подальше от этого цирка с патриархальным душком. Я сейчас в таком состоянии, что указать мне правильное направление может только заведомый смертник, потому что я готова порвать всех как Тузик грелку.

Кайрэн догоняет и молча идёт немного позади.

Чувствую его присутствие не только физически, но и через связь. Он встревожен, но ласковая змейка крутится волчком вокруг сердца, усиленно даря мне спокойствие. И уже за одно это я ему благодарна.

Сворачиваю в длинный светлый коридор, и тут навстречу попадается очередная группа эльфов. Молодые гладкие лица, длинные волосы, мантии семи цветов радуги. И уши.

Уши, уши, уши…

И тут меня осеняет.

Останавливаюсь так резко, что Кайрэн едва не врезается мне в спину.

— Слушай, а где ваши женщины?

— Женщины?.. — переспрашивает он, запинаясь.

— Жёны эльфов, которые снуют туда-сюда, — указываю на кучку длинноухих. — Призванные, прошедшие обряд единения. Хранительницы очага, хрупкие и нежные, чтоб их. Где они? Почему я ни одной не видела ни вчера, ни сегодня?

Кайрэн трёт затылок и кидает сомневающийся взгляд мне за спину.

— Они у себя дома, — отвечает с некоторым сомнением.

— Дома — это где?

— У своих мужей. Здесь, во дворце, женщин нет, если ты об этом. Имена призванных заносят в Книгу, после чего проходит обряд единения у Древа Жизни, а потом мужья сразу же увозят их в свои поместья. Камень Зова один, как и Древо, а Империя большая.

— А, то есть они переодеваются, выскакивают замуж и — фьють! — только их и видели?

Грустнею. Да как так-то?

А как же баррикады? Как же лозунги: «Даёшь право на труд женщинам Империи!» Или: «Нет — лени и домоседству! Да — делу и самореализации!»

Или вообще коротко, но ёмко: «Мы хотим работать!»

— Да. Примерно так, — рушит мои надежды Кайрэн. — Иногда они могут переночевать здесь, если Зов прошёл поздним вечером. Тогда их имя вносят в Книгу утром, потом обряд единения… И на этом всё. В этом дворце никто не живёт, здесь только работают. И только мужчины.

Мой план рассыпается прямо на глазах.

Хватаюсь за голову и снова куда-то иду. Но, кажется, уже не бесцельно. Потому что Кайрэн мягко и практически незаметно направляет меня в какую-то конкретную сторону.

Значит, здесь, во дворце, я — единственная женщина, единственная непристроенная под крылышко мужа призванная. Единственная, кто завис между «да, я согласна выйти замуж» и «да пошли бы вы все лесом».

Прекрасно. Просто прекрасно.

В голове крутятся картинки. Эльфийские жёны разбросаны по разным уголкам планеты, заперты в идеальных домах с идеальными садами, без права голоса, без права на работу…

— А они… человекоподобные? — в голове неожиданно всплывают слова Элрондэна, что землянок среди призванных ещё не было.

Может, они настолько страшные, что эльфы со своей любовью к прекрасному просто стыдятся их показывать?

Тут же представились какие-то осьминоги и змееподобные женщины из фэнтези-фильмов.

Передёргиваюсь. Одно дело — фильмы, но встретиться с такими женщинами вживую…

Желание выводить их на баррикады резко пропадает.

Кайрэн чувствует мой всплеск отвращения и тихо смеётся.

— Они выглядят почти как ты и я.

— Почти? — прищуриваюсь.

— Ну… — он запинается. — У некоторых есть рожки. Или хвост. У кого-то четыре пальца вместо пяти или вертикальные зрачки. Бывает, призываются женщины с необычным цветом кожи — синие, зелёные, жёлтые. Планет в Подпространстве много, отсюда и разница. Но в остальном это вполне обычные женщины. Две руки, две ноги, голова.

Выдыхаю. Рожки и хвост — это не щупальца. С рожками я как-нибудь договорюсь.

— А дети? — спрашиваю, уже успокаиваясь. — Вы же должны быть полукровками, потому что рождаетесь от таких… эм-м… разных родителей.

Даже не полукровками, а… м-м… не знаю. Учитывая, что смешение инопланетных рас длится тысячелетиями…

— Нет, — Кайрэн едва заметно усмехается. — Все мальчики рождаются эльфами. Без каких-либо отклонений и особенностей. Магия Богини сильнее генетики.

— Понятно, — тяну. — А почему у вас нет эльфиек? Куда они делись? Почему у вас вообще девочки не рождаются?

Кайрэн пожимает плечами.

Мы как раз выходим в галерею с видом на сад, и эльф замедляет шаг.

— Это очень старая история. Никто уже не помнит, сколько тысяч лет назад это случилось. Говорят, когда-то давно в Империи рождались и мальчики, и девочки. Но однажды Богиня влюбилась в простого эльфа, а он её грубо отверг, посчитав недостаточно красивой и предпочтя ей обычную эльфийку. Богиня разгневалась и наказала всех.

— Богиня наказала? — с сомнением качаю головой. — Но ведь она поставляет вам жён из другого мира. Что-то ты путаешь, дорогой Кайрэн.

Эльф трясёт головой, не соглашаясь.

— Я не путаю. Она сказала, что мы больше никогда не увидим эльфиек, но чтобы наш род не вымер, она сама будет искать нам женщин — таких, которые нам больше всего подходят.

— А, то есть ты хочешь сказать, что меня тоже выбрала Богиня?

Кайрэн вздыхает, и я понимаю, что попала в точку.