Страница 60 из 78
Глава 14
Когда летишь в место, куда точно лететь запрещено вышестоящим командованием, невольно дорисовываешь к данному событию дополнительные печальные обстоятельства.
Например, что не может майор вот так просто взять с собой таллиума на десятки килограмм. А значит, он его позаимствовал, пока все руководство сидит в Сарги и руководит там спецоперацией. То есть украл.
И что план полета до Танера за этой клятой мебелью не утвержден, да и — скорее всего, вообще не существует. То есть «Ацог» майор, скорее всего, угнал.
А летим мы прямо к харритской границе, с кучей таллиума и биоэнергетом (мной), которого там очень хотят видеть связанным, а потом очень разговорчивым.
В таких условиях очень хочется верить, что майором движет именно долг и старая история с «точкой», из-за которых его переклинило настолько, что он наплевал на все возможные последствия. И что он не летит в один конец — торгануть таллиумом и родиной.
«Впрочем, если бы решил торгануть — настаивал бы, чтобы на борт поднялась Эффа. Да и остальных бы тоже забрал с собой — биоэнергет товар весьма ценный».
В конце концов, он бы загрузил все СЭПы в грузовой отсек с нашего склада — и это всерьез успокаивало. Когда человек идет на государственную измену, он думает об обеспеченной старости, а в таком вопросе надо тащить с собой все, что не привинчено.
Так что будем считать, что майор Лоуд летит именно на «точку» — завершать какую-то очень некрасивую историю возрастом в сорок лет. Бывают у людей в возрасте «пунктики» — вон, Гаус Хайни всех врагов Империи пытается уничтожить. По сравнению с ним краденный таллиум, угнанный гравилет и похищенный практикант — даже как-то не смотрятся. Мелочевка — так, разовая акция, чтобы душу успокоить. А тут и годы уже подходят, а застарелая мозоль ноет все сильнее — или как это у них ощущается?..
Важно другое — с учетом вышесказанного, как мне кажется, крайне вредно для здоровья начинать спорить с майором и указывать на незаконность его действий.
Легко можно получить по башке и делать то, что ему нужно, но уже под дулом пистолета. А я — не бронированный.
Да и вообще, с одержимыми идеей надо дружить — хотя бы до момента, когда появится шанс нейтрализовать, связать и доставить обратно в часть. Драться в воздухе, когда у человека под рукой джойстик ручного управления, я бы никому не рекомендовал. Особенно, когда под ногами — кирпично-черные холмы с мертвым кустарником, выветренные скальные обрывы и ни одной остановки общественного транспорта.
— Ну, раз коньяк выпил, надо отрабатывать, сэр, — добродушно произнес я, принимаясь заряжать необычного вида браслеты.
Надо показать, что я на его стороне, и ни о чем не догадываюсь. Целее буду.
— Вот это слова настоящего мужика, — хекнул довольно майор, слегка корректируя курс. — Как у вас там в коллективе складывается?
«Сегодня меня чуть не убила чем-то фиолетовым мэтр Шоун, Мар Дайни шпионит и спит с капитаном, похищенная принцесса потихоньку приручается, Эффу хотят повесить».
— Нормально, сэр, дружим. — Пожал я плечами. — Хорошие ребята и девчонки.
— С Данешом этим скверно вышло. Куда только разведка смотрит?
Разведка как раз таки его к нам сунула…
— По счастью, обошлось, сэр.
— Давай без чинов. Выходной, можно без «сэра».
— Хорошо. — Подавил я рефлекторное именование.
— Мне шепнули, это ты мятежника нахлобучил?
— Повезло. Он ведь в образе Данеша был. А из него боец так себе, даже руки у лица не держит. Потом Мелли подлетела и… В общем, двое нас было.
— Да, мне сказали. Жалко девчонку. Но отомстила, молодец.
— Она, как бить его начала, ну — по самому ценному — там весь облик поплыл. Ну и я тоже по голове добавил. Мисс Сойер сразу в штаб побежала, пока мы его держали. Если бы не облик…
— Простили бы и дальше жили бы рядом. — Продолжил за меня майор. — Эх. Очень повезло. Мятежников редко выявляют. Случай был, лет двадцать назад — приятель рассказывал. Прибыл к ним в часть офицер, в руках — бумаги на перемещение спецбоеприпасов. Солидные бумаги, все в красных печатях. В штаб позвонили — там тоже кивают, мол, все верно. Офицер такой-то такойтович — все как в удостоверении. Потом еще запоздалый факс приходит — мол, принять офицера, оказать содействие. Начали грузить. Мой приятель стоит с этим офицером, рядом тоже начальства немало — контролируют, значит, работу крана. А чужой сигаретку потянул из пачечки, прикурил. Курить так-то нельзя, но с его погонами — можно. И вот.
— Что? — Заинтересовался я.
— А то, что приятель мой зажигалочку-то в руках офицера опознал. Увлекался он зажигалочками. Золотая, Авиданская — и не просто золотая, а коллекционная, с камушками и историей. Стоит денег немеряно. Ну он бочком-бочком и к нашим секретчикам. Те общими силами мятежника — а это он и был — заломали. Машины же уже груженые стояли — два гудка, и ушли бы в рейс.
— По зажигалке?
— По ней. — Кивнул майор. — Мятежники — они роскошь любят. Все самое дорогое, все самое редкое, девочку — молодую и гладенькую. Ты это учти, пригодится. Внимательным всегда будь. Судьба — она такая. Кто-то никогда мятежника не повстречает, а кто-то… — Притих он.
— Учту, сэр. А штаб что? Как же так?
— А в штабе второй такой же сидел, распоряжался подтверждать и факсы отсылать под личиной командующего округом. Настоящий в сауне с девками грелся — прознали враги о такой его привычке. Но да с тех пор, наверное, на севере мерзнет…
— Понятно. — Отозвался я озадаченно.
Так-то командующий округом многое может… Но многого и не может — есть системы перепроверки, звонков свыше и обязательной бюрократии. Один звонок и один факс, в условиях дефицита времени, пожалуй что, нежадно — и имеет все шансы на успех.
— Как там с браслетами? Нормально зарядка идет? — Покосился майор взглядом на первую пару, которую я не выпускал из рук.
— Да.
— Работал с таким материалом?
— В университете была практика. — Спокойно закачивал я энергию в таллиум.
Он не сопротивлялся — идеальный проводник, все же. Просто в один момент будет чувство — что дальше уже предел, стена. Предел достаточно существенный, но достижимый.
Так-то, если бы не постепенное истечение энергии и цена — идеальный аккумулятор, если говорить о компактности. Но даже на сверхзвуковые ракеты не ставят — и дело даже не в «обстреле врага золотыми слитками», а пунктик у местных насчет таллиума. Он же в пыль уйдет.