Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 16 из 75

Глава 6

Глава шестая

В начале июня начались странные телодвижения со стороны англичан. Посол Гренвиль пытался мягко намекать, что если королевство Эсте выйдет из войны, то мне же лучше. Как бы великая держава признает моё право на две короны, согласится приобрести по хорошим ценам двадцать комплектов необходимостей для строительства линкоров (список требуемого имеется), даже готова поставлять высококачественные товары. И для заключения мирного соглашения мне всего лишь нужно сделать жест доброй воли, а именно передать всех пленных моряков английской стороне. Ну и, желательно, отдать захваченные линкоры. После чего увести Ревельскую эскадру куда-нибудь в Чёрное море и вывести войска из Лиссабона. Кстати и контингент, и эскадру британцы готовы взять в аренду за хорошие деньги.

— Лорд Гренвиль, но у меня по планам ещё предстоит атака и бомбардировка ваших портов Плимута, Портсмута или Бристоля. В случае заключения мира мы не сможем проверить в боевых условиях наши ракетные установки, размещённые на кораблях. Не хотелось бы останавливать исследования, не закончив их.

— Ваше величество, но вы их проверили в сражениях под Лиссабоном и Порту, разгромив две наших эскадры! — аж возмутился сэр Левесон-Гоуэр.

— Господин посол, это были лишь начальные испытания. Чужие порты мы ещё не подвергали бомбардировкам с моря и хотелось бы проверить наши возможности, — по-честному признаюсь в своих планах.

Ещё немного и посланника кондрашка хватит.

— Ваше величество, но вы не сможете даже подойти к нашим портам, так как их защитит Флот Канала.

— Сэр Гренвиль, по моим данным у вас осталось лишь 54 линкора во всём флоте и часть задействована во вторжении в Голландию. Кроме того, вам следует что-то оставить в запасе, дабы блокировать возможное вторжение французов на Британские острова. Ну и порядка двух десятков ваших линкоров простаивают из-за того, что у вас нет для них экипажей.

Посла начинает корёжить, судя по физиономии, отражающей все внутренние движения мыслей и чувств. Тут, понимаешь ли, делают одолжение марионеточному королишке, а он кобенится.

— Хорошо, господин посол, вижу что вы обо всём упомянутом и сами знаете. Тогда представим вариант, что во Флот Канала вы отрядите порядка тридцати линкоров и пару дюжин фрегатов. Как вы думаете сколько вымпелов останется после нашего с вами сражения и не окажется ли ваша победа на море пирровой? Ваши боевые корабли изготовлены из дерева, а не из металла, а значит прекрасно горят.

Видимо до посланника дошло что ракет может быть так много, что возгораний в такой битве будет нежелательное количество. Мало того, в противостоянии Великобритания версус Эсте пока счёт в пользу маленького королевства. И как, спрашивается, в такой ситуации навязывать мирный договор, если отмороженный король упорствует, не прислушиваясь к веским доводам. Ненормально это, ох как ненормально.

— Ваше величество, мне нужно довести ваше мнение до Лондона. Разрешите откланяться.

Гренвиль ушёл вполне осознавая, что кавалерийский наскок не удался. Лучше сообщить в Форин Офис как есть, чем пытаться самостоятельно разрешить проблему. И заодно предупредить о возможной атаке одного из портов, а то и не одного. Я же вернулся к текущим задачам, которые более насущны и требуют внимания.

В самом Лондоне тщательно подсчитывали любые альтернативы поставок материалов и выяснили нечто другое, на первый взгляд не бросавшееся в глаза из-за некоей инерции. Вроде огромный флот торговых кораблей имеется, но количество возвращавшихся «из-за морей» стало снижаться. Такое впечатление, что южное направление перекрыто и торговые суда кто-то прихватизирует. И не только те, что приходят из Азии, но и те которые торгуют с Вест-Индией. Не все подряд, конечно, но гораздо больше пропадает, чем было до мая месяца.

— Господа, получается что Ревельская эскадра занялась пиратством, — заявил министр торговли Генри Батерст.

— Вообще-то во время войны такое пиратством не является, — буркнул кто-то из присутствующих.

— Под рукой короля Эсте вообще-то почти полсотни вооружённых торговых кораблей мальтийских капитанов.

На заседание был допущен лорд Грэй, не так давно (в 1807 году) подавший в отставку с поста министра иностранных дел. Находясь в оппозиции он имел достаточно времени, чтобы анализировать изменения, происходящие в Европе последние два года, особенно в России. И не собираясь усиливать правительственный кризис просто сообщил об изменениях в импорте за которым внимательно следил. То ли был ура-патриотом, то ли личные торговые интересы пострадали…

— Джентльмены, а куда наш военный флот смотрит? — возмутился ещё один из министров.

— Увы, но военных кораблей временно на всё не хватает, — констатировал Первый Лорд адмиралтейства, — материалы для строительства кораблей, производимые в колониях являются лишь подспорьем, а все высококачественные поступали из балтийских стран.

— Но причём здесь король Эсте и его мальтийцы? Они что ли перекрывают поставки из Швеции, Пруссии и России. Скажите ещё что этот мелкий выкормыш Наполеона указывает русскому царю что и куда продавать.

— Сэр Джеймс, этот «мелкий выкормыш» настолько состоятелен, что закупает солидное количество русского льна, пеньки, жира и древесины в России. Да ещё и перерабатывает всё это на своих предприятиях в товары, которыми спекулирует по очень высоким ценам. Его парусная ткань самая высококачественная в Европе, например.

— Лорд Грэй, но есть ещё и Швеция…

— Самые лучшие предприятия по переработке древесины и выплавке чугуна в Швеции организовал за свой счёт именно король Эсте.

Притихшие министры переваривали столь сногсшибательную информацию, а премьер-министр сэр Кавендиш-Бендинк изумил их ещё одним откровением.

— Я распорядился, чтобы нашему послу в России лорду Гренвилю поручили провести прелиминарные переговоры с королём Эсте для заключения мирного соглашения.

Он ещё не знал, что на подходе корабль с курьером который везёт вести о том что соглашение не состоялось. Мол, его королевское величество Денис Первый своего счастья не понимает и собирается заняться бомбардировками прибрежных городов благословенной Англии.

Впрочем через четыре дня всё это стало известно и правительство Великобритании чуть ли не полным составом впало в возмущение.

— Да кто он такой, чтобы не воспользоваться нашей милостью и выйти из войны?…

— Как он смеет перечить выгодным для него предложениям?…