Страница 41 из 56
Передняя половина вагона, сиявшая полированной фанерой, была отведена для европейцев.
– Внутри много места, – предупредительно отодвинул дверцу кондуктор.
– Maskee[40], – ответил Спарк и остался на площадке.
XXIX
С половины шестого чернобородые сикхи, стоявшие на ближайших к «Олимпику» углах, едва успевали поворачивать лопасти семафоров, пропуская автомобильный поток, обрывавшийся у подъезда театра.
Манто и плащи соскальзывали с подножек и скрывались в дверях, настигаемые раздувавшимися регланами.
Непьер Ворда высадил облитую голубовато-серым паном Айю Борг с серебряными ногами, похожими на влюбленных змей, вытянувшихся рядом под одеялом беличьего манто.
Из подплывшей зеленой «изотты» выпорхнула красно-желтая Фей.
Конкурс туалетов и машин расширялся с каждой минутой. Автомобильная стена делалась непроходимой. Тротуары заставились караулом зевак.
Темно-вишневый «фиат» с итальянским флагом привел флотилию консульских машин: оливковый «рено» – опечаленного д'Анжу, широкоплечий «гудзон» – Хена, маленький, хрупкий «ситроен» – Канна.
В старомодно высоком «роллс-ройсе» приехал с женой и сыном Мак-Николь.
Кобальтовый лимузин под английским флагом привез Агату и Бертона.
Скучающий на киноплакате среди обнаженного гарема русский князь вызывал любопытство женщин и недоумение мужчин.
В навощенном линолеуме фойе отражались ноги. Дамы в мехах и мужчины в темных костюмах мало походили на участников митинга.
Задержавшийся у дверей Гаффи искал моноклем интересных впечатлений.
– В Шанхае появились свежие креветки, – сказал он, обращаясь к французскому консулу, – и Бертон первым хочет полакомиться…
Необычайный туалет и своеобразная красота Фей привлекали всеобщее внимание. Бархатное платье цвета настурции плотно облегало мальчишескую фигуру. Желтый плащ, подбитый синими перьями марабу, делал ее похожей на закутавшегося в ночь бедуина.
Спарк разговаривал с Агатой, спрятавшей в кринолин из салатных листьев свое притаившееся, лукавое тело.
Новые женщины и мужчины входили в театр.
Голосистый звонок потянул на места. Партер и бельэтаж начали ткать причудливый ковер.
На шелковой ленте, протянутой по темному занавесу, золотыми буквами была выбита надпись: «Лига защиты конституции».
Придвинутый к рампе длинный стол и трибуна с графином говорили о торжественности предстоящего митинга.
В консульских ложах сидели представители значительных, менее значительных и совсем незначительных держав.
Америке, Англии, Франции, Японии были отведены первые места; за ними шли – Бельгия, Италия, Испания, Норвегия.
Задние ряды занимали Португалия, Дания, Швейцария.
Советскую Россию вычеркнули совсем.
Угроза «культурному миру», собравшемуся сегодня ее судить, она могла занять в этой зале только скамью подсудимых.
Переполненный зал вмещал всех блестящих представителей европейского Шанхая.
Банкиры, таможенники, муниципал-генералы, владельцы пароходных контор, торговцы шелком, контрабандисты, главари опийных трестов, магнаты публичных домов с женами и любовницами явились на митинг, подогретые анонсами хлопотливых газет.
Представители прессы приготовили бумагу. Из-за занавеса с торжественными лицами вышел комитет Лиги, занявший места за столом.
В центре сели Мак-Николь и Ворд. Слева от Ворда устроился нагруженный книгами Рейнель. Рядом с Мак-Николем и Рейнелем разместились остальные члены комитета.
Когда в зале прекратились разговоры, Ворд поднялся с места.
– Леди и джентльмены, – начал он. – Как представитель «Лиги защиты конституции», объявляю митинг открытым. Мы постараемся не задержать вас дольше, чем понадобится; но я должен предупредить, что особая важность предпринятого нами дела требует внимательного обсуждения. Поэтому в первую очередь мы прослушаем доклад нашего дорогого Рейнеля, взявшего на себя тяжелый труд познакомить вас с коммунизмом. Выяснение вопроса «что такое коммунизм» поможет нам отчетливее наметить цели. Организованное нападение на общечеловеческую культуру должно быть отбито. Доклад адвоката Рейнеля приподнимет завесу, скрывающую истинные причины забастовок и прочих волнений, появившихся в этой стране. Давайте же внимательно прослушаем доклад, после которого каждый может высказать свое мнение. Итак, с ваше-го разрешения, я попрошу мистера Рейнеля приступить к делу.
Рейнель разместил на трибуне нужные материалы и, пустив в ход маятник головы, начал:
– Мистер председатель, леди и джентльмены. Мы организовали Лигу, называемую «Лигой конституционной защиты». Почему мы ее так назвали? Потому что в основе человеческой цивилизации всегда лежало право добровольного сотрудничества, а не насильственное принуждение. И еще потому, что большевики-коммунисты желают заменить право народа свободно выражать свою волю насилием над человеческой личностью.
Рейнель сделал красноречивую паузу.
– Что такое коммунизм? Коммунизм – это идеальная утопия, выдуманная восемьдесят лет назад двумя горячими неуравновешенными головами Карла Маркса и Фридриха Энгельса, занимавшихся профессиональным мечтательством. Коммунизм – это общество, в котором все принадлежит всем и никому в частности. Для того, чтобы установить коммунистический строй, нужно перебить и переломать всю цивилизацию. Это избиение называется социальной революцией.
Зал зааплодировал.