Страница 29 из 61
Хорошо, что Богдан не слышал его. Вообще никто не слышал, даже Витя. Этот Альбертович говорит со мной осторожно, тихо. И улыбается при этом так, словно не похабщину несёт, а ведёт со мной светскую беседу. Подхожу к нему. Ноги ватные, еле стою.
Ещё вина?
Да, - хмыкает, проводя пьяным взглядом по моей груди.
Аккуратно наклоняю над бокалом бутылку, но руки подрагивают, и вино немного расплёскивается. Хватаю салфетку, начинаю вытирать стол. Он накрывает мою руку своей, придавливает к столу. Встречаемся взглядами.- Ну что же ты такая неосторожная, а? Я тебя сегодня тоже неосторожно тогда.. похищу.
Сглатываю колючий ком в горле. Я лучше дворы буду мести, чем вот это вот всё.- Отпустите, - говорю тихо.Не скромничай, Варвара. Я же из добрых чувств с тобой воркую. Я щедрый. Завалю тебя подарками. Давай-ка, посиди со мной.
И тянет меня за руку к себе... на колени. Отбрыкиваюсь - и получаю хлопок по пятой точке. Глаза жгут слёзы унижения.
- Варь, иди сюда, - отводит меня Витя.
Бросаю взгляд на дверь, Богдан ничего не видел. Это... хорошо. Не надо ему защищать такую гордую идиотку. Я сама во всё это влипла.
Шмыгаю носом, отвернувшись от гостей, и слышу голос именинника.- Дядька, ну ты чего? Мы тут просто пожрать и выпить. А уж потом - сауна, девчонки. Всё организуем. Не трогай ты эту девочку, она здесь просто работает.
Удивительно, что Сабуров это понимает. Даже не ожидала как-то... А вот Владимир Альбертович не понимает.
- Не люблю я шлюх, мой мальчик. Мне нравятся вот такие экземпляры. Чистенькие. Я тут договорился насчёт неё. Так что не лезь.
Волосы на моей голове встают дыбом. Что значит - договорился? С кем? Оборачиваюсь и сразу натыкаюсь взглядом на Альбертовича. Он мне подмигивает. Смотрю на Сабурова - тот разводит руками. Остальные посмеиваются. Это так грязно и пошло...
- Так, всё...
Начинаю развязывать фартук. Поднимаю глаза на Витю.
- Я ухожу.
Злюсь на него безумно! Он ведь обещал, что всё будет в порядке.- Варь, никуда ты не уходишь, потому что...
Он не успевает договорить, когда внезапно совсем рядом гремит голос Богдана:- С кем ты там, ублюдок, о ней договорился, а?!
Оборачиваюсь. Богдан уже не в дверях, а на расстоянии вытянутой руки от меня. Лицо каменное, глаза
- чёрные, бешеные. На меня не смотрит, сверля взглядом
этого Альбертовича.
Дёргаюсь, чтобы перегородить путь Богдану, но он ловко обходит меня. Альбертович медленно поднимается из-за стола и спрашивает с ухмылкой:- А ты кто такой, мальчик?
Богдан не отвечает. Пересекает зал в три шага и бьёт похотливого старика в челюсть. Коротко, без замаха. Раздаётся противный хруст - и Альбертович валится на стол, сметая бокалы и тарелки. Крики. Грохот. Кто-то вскакивает... Да все вскакивают! И начинается хаос. Марк бросается к Богдану, хватает за плечо - и получает локтем в скулу. Отлетев на диван, хватается за лицо.- Охрана! - кричит Сабуров.
Витя кому-то звонит, матерясь себе под нос. Я бросаюсь к Богдану. Зачем - не знаю. Ноги несут сами.- Богдан, хватит! Пожалуйста, давай уйдём!
Его сейчас просто тут затопчут. Их же много!
Он не слышит. Альбертович пытается встать - Богдан бьёт снова. И ещё. Уворачивается от чьих-то рук, пытающихся его схватить, отбивает удары. И пинает Альбертовича в живот.
В зал врываются двое. Хватают Богдана сзади, заламывают руки. Он рвётся, хрипит. Бросаюсь к ним. Хватаю одного за рукав, тяну.
- Отпустите его! Пожалуйста! Мы сейчас уйдём...
Локоть прилетает мне в скулу. Случайно - охранник просто дёрнулся. Но искры сыплются из глаз, и я отшатываюсь назад.
- Варя! - рёв Богдана. - Варя, бля!
Он вырывается ещё отчаянней. Кто-то бьёт его по лицу - губа лопается, кровь брызгает на подбородок. Витя хватает меня за локоть, тащит к выходу.
- Вали отсюда. Оба валите!
Нас выталкивают через чёрный ход.
- Чтоб духу вашего здесь не было! - рявкает один из охранников. Дверь захлопывается. Стоим на улице. Ночь, холод, фонари. У меня скула горит огнём, у него кровь на губе, на белой рубашке. Но Богдан почему-то ржёт. Хотя ржёт недобро, глаза мечут молнии.- Сука, блять... С кем он там договорился, а? Инвалидом ублюдка сделаю! рявкает он и направляется к двери. Боже... Нет!
Умудряюсь догнать его и преградить путь.
- Богдан, не надо! Давай просто уедем, пожалуйста!.. - взмаливаюсь я. Вижу, как его ломает от желания оттолкнуть меня и ворваться в «Руины». Но он вдруг разворачивается и идёт к своему байку.
Семеню за ним. Садимся. Обхватываю его сзади руками и прижимаюсь щекой к спине. Мотор рычит. Срываемся с места.
Ветер бьёт в лицо, холодит разбитую скулу. Больно и хорошо одновременно. Потому что мы уехали. Потому что всё закончилось
По дороге тормозим у круглосуточного магазина. Богдан возвращается через минуту с бутылкой колы из холодильника.
- Держи. К скуле приложи.
Холодное стекло обжигает кожу. Но боль отступает.
Едем дальше.
В комнате закутываюсь в одеяло. Трясёт - то ли от холода, то ли от отходняка. Бутылка колы у скулы, пальцы окоченели.
Богдан садится рядом на кровать. Вытаскивает бутылку из моих рук, и сам прикладывает к моему лицу. Смотрит мне в глаза. Не отрываясь.
А я смотрю на его рассечённую губу. Она распухла, покрытая коркой запёкшейся крови. Надо обработать, - шепчу я.
Надо пожалеть, - поправляет он. - Поцелуй меня, и всё пройдёт. У тебя кровь..
Несмело провожу пальцами по коже над губой. Осторожно, едва касаясь. Боишься крови? Брезгуешь?
Het.
Подаюсь к нему. Робко. Невесомо касаюсь его губ своими. Чувствую вкус крови - солёный, металлический. Богдан с ходу углубляет поцелуй. Положив руку мне на затылок, притягивает ближе. Горячо, жадно, больно - и ему, и мне. А потом резко отстраняется.
- Не хочу, чтобы это было из чувства благодарности, Царёва.
Недоумённо моргаю. Губы горят.
Что?..
Подожду, когда поцелуешь меня по доброй воле. Без каких-то условий. Встаёт. Идёт к своей кровати и ложится, отвернувшись к стене. Сижу с бутылкой колы в руках. Губы всё ещё горят. Сердце колотится где-то в горле. По доброй воле...
А это сейчас что было?
Глава 25. Чувствую себя живым.
Богдан
Варя спит, я - нет.
Глаза уже привыкли к темноте, и я не могу отвести от неё взгляд. Светлые волосы разметались по подушке, длинные ресницы отбрасывают тени на щёки, губки...