Страница 99 из 109
Глава 26 Черный дракон вспоминает о Ласточке
Эйр Синистер Нуарэ
Ксилантис, Грозовой пик, Наэрис
Фонтан за спиной шептал так, будто подговаривал на глупости. Вивиан стояла напротив, и я невольно любовался ей: мягкими, чуть детскими чертами лица, небесными глазами в обрамлении тёмных ресниц, прелестным румянцем на щеках.
Когда она смутилась и призналась, что не думала о желании избранницы некроманта, в груди разлилось живительное тепло. Мне захотелось ей поверить — в то, что ей интересен именно я, а не моё влияние, титул и богатство.
Как же меня тянуло к этой женщине, мудрый Тэнэброс, дай мне сил!
Однако сил оторвать взгляд от её нежных розовых губ я так и не нашёл и наклонился к ней, наплевав на собственное обещание держать дистанцию. Не могу больше. И, что самое страшное, не хочу.
Я дотронулся кончиком носа её носика, задержал дыхание, чуть не коснувшись зовущих губ, оставив ей выбор — уступить или отступить. Вивиан дрогнула, опустила ресницы и подалась ко мне.
Я поцеловал её сначала робко, осторожно, сдерживая чёрного дракона, который при каждом прикосновении к ней поднимал голову. Но через мгновение забыл об осторожности, и поцелуй стал глубоким, страстным, распаляющим. Её пальцы сжали ткань моего дублета, я обнял её за талию и притянул к себе.
Тело каменело от безудержного желания обладать ей. Не будь она моей невестой и чистокровной эйресс из древнего уважаемого дома, я бы взял её, не думая. Заперев в себе некромантию, сломив любое сопротивление. Как же я этого хотел!
Деликатное покашливание рассекло тишину, как тонкое лезвие.
Я с трудом оторвался от Вивиан и отпустил её хрупкий стан. Она вздрогнула от звука чужого присутствия и отпрянула, но её глаза сияли, щёки поалели, на губах остался мой поцелуй. Мы обернулись.
— Простите, если я невовремя, — Селеста виновато улыбнулась и подтянула тёплую изумрудную шаль, накинутую на плечи. — Я не хотела помешать. Син, пришли письма от корэла и преора, это может быть важно. А кроме того, Бренар Майнс уже с четверть часа ждёт встречи в твоём кабинете.
— Дивар, я совсем забыл о нём.. — пробормотал себе под нос, ощутив укол совести за верного управляющего, которого я сам же и вызывал. — Спасибо, Лести. Эйресс Фэрра, вернёмся в Наэрис?
Я протянул невесте локоть. Она поклонилась моей сестре с лёгкой полуулыбкой на губах, будто витала в мечтах, приняла мою руку, и мы двинулись по насыпной дорожке.
Селеста подхватила мою невесту под руку с другой стороны. Я уже не в первый раз замечал, что она тоже симпатизировала ей, и радовался тому, что сестра, которую я часто был вынужден оставлять одну, нашла себе подругу.
Эйресс непринуждённо болтали, и со стороны никто не заподозрил бы напряжения между нами. Я же чувствовал, как дрогнули пальчики Вивиан, и как она сильнее сжала мою руку. А во мне и вовсе всё дрожало от не находившего выхода сексуального напряжения.
Мы вернулись в Наэрис, поднялись наверх и остановились около моего кабинета. Эйресс Фэрра поклонилась, пряча улыбку и смущение, а я скользил затуманенным взглядом по её лицу, губам, шее, зовущей ложбинке груди..
Чарг, Синистер, да опомнись же ты, наконец!
— Благодарю за прогулку, эйр Нуарэ, — произнесла она с придыханием. — Мягкого сумрака, эйр, эйресс.
Опомниться я не сумел. Представил, как отсылаю сестру к себе, а в кабинет приглашаю Вивиан. Запираю дверь на ключ и, подхватив под бёдра, усаживаю красавицу на свой рабочий стол. Как она смущена и взволнована, но не смеет воспротивиться. Нет, не мне, а безумному сексуальному влечению между нами.
Мысль оказалась настолько отчётливой и яркой, что отозвалась требовательным импульсом внизу живота и отпечаталась ощутимым натяжением в штанах. Увы, желания мужчины красноречивы, и обе девушки всё поняли.
Эйресс Фэрра провела кончиком языка по губам, отчего те заблестели, а я шумно сглотнул. Селеста вздохнула, положила ладонь мне на предплечье и потянула в кабинет, как будто спасала меня от меня же самого.
— Ты играешь с огнём, Син, — прошептала она, когда дверь за нами закрылась. В кабинете и правда дожидался дэр Майнс, поэтому сестра повернулась к нему с очаровательной улыбкой попросила: — Дэр Майнс, я задержу брата ещё на несколько минут. Не будете ли вы так любезны подождать его на веранде?
Я кивнул. Старый мажордом поклонился и вышел на террасу, плотно прикрыв за собой двери. Селеста удовлетворённо кивнула, шагнула ко мне и посмотрела снизу вверх:
— Не вздумай влюбляться в Вивиан, знаешь же, что чувства тебя погубят, — произнесла она вполголоса, но с ощутимым нажимом. — Она прелестна, но я никому не позволю причинить тебе вред, Син.
Сестра обняла меня и коснулась кончиком носа щеки. Эйресс дрожала, и я знал почему: боялась потерять. Она так тяжело пережила гибель родителей, что гибель старшего брата едва ли сумеет пережить.
— Да, я хочу её, но это не про чувства и не про любовь, — ответил ей, прекрасно зная, что лгу. Поцеловал Лести в лоб и отстранился. — Что там за письма?
Я прошёл вглубь кабинета и сел за свой рабочий стол, который теперь ассоциировался исключительно с сексуальными фантазиями. Возбуждение не уходило из тела, как и образ Вивиан — из моей головы.
— Ты уходишь от ответа, — заметила Селеста. — Меняешь тему, отводишь взгляд. Я ведь знаю тебя, как никто другой, и вижу, что с тобой происходит.
Сестра изящным движением скинула шаль на предплечья и опустилась в кресло с противоположной стороны от стола. Только на свету я обратил внимание, что у неё на шее чёрная кружевная лента с маленьким золотым кулоном.
Сердце пропустило удар: похожая лента, разве что с едва заметной разницей в плетении, закрывала мне глаза в ту ночь, когда Ласточка пробралась в мою ванную через окно. Селеста поймала мой взгляд, поправила кулон и провела тыльной стороной пальцев по своей шее.
— Вот, посмотри, — она протянула связку писем, так и не дождавшись ответа. — Корэл наверняка требует отчётов о ходе расследования и отбора невест, преор пишет из Верданты, капитан Таррель прислал сводку о работе Корпуса в столице и близлежащих городках.
Я взял конверты, вскрыл один из них, но пальцы помнили тёплую тонкую талию, и чернильные строчки размывались в сознании. В голове — только сад, её шёпот у моих губ, притяжение и ревность, что каждый мужчина в этих стенах влюбляется в неё с первого взгляда, не имея на то права.