Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 4 из 109

Глава 2 Пуфий I Великолепный получает свое имя

Рагонтар, Ксилантис, Долина цветов

Полгода назад

Я умерла.

А голова раскалывалась так, будто меня всё-таки не добили.

— Ви́а, ты жива? — голос знакомый, но давно позабытый. — Виа, ты слышишь?..

— Виа, открой глаза! Пожалуйста! — детский плач, но этот голос я не узнала.

Я не хотела. Потому что, если бы я подняла веки, пришлось бы признать, что это не конец.

— А́да?.. — тихо позвала я, с трудом разлепив губы. Моя младшая сестра, она же.. погибла. А значит.. — Я мертва?

— Глупая! — рассердилась сестра. — Конечно, это я! Ты с лошади упала и ударилась головой. Тирн тебя сбросил!

Я попыталась пошевелиться и застонала от боли в висках. Коснулась рукой затылка и измазалась в чем-то влажном и тёплом. Кровь.. Моя кровь. Неудивительно, ведь в меня, лежащую на асфальте, кажется, на полной скорости влетел электросамокат.

— А кот? — спросила я, моргнув. — Он уцелел?

— Какой кот, Виа? — удивилась маленькая девочка.

— Сестра сильно стукнулась, вот и бредит, Элеа, — ответила Ада. — Беги скорее в Валмерин за мамой и Томасом! Зови на помощь! Отстань, Тирн, — девушка оттолкнула голову склонившегося к нам коня, и тот ответил возмущённым ржанием, — удружил уже!

— Ада, это правда ты?.. — прошептала я, когда мутная пелена рассеялась. — Я так скучала по тебе, сестрёнка! Ты даже представить не можешь..

Те же каштановые волосы, что и у меня, те же мягкие черты лица, веснушки на щеках, длинная шея, тонкие запястья, светло-голубые глаза. Только.. живая.

— А-то кто же, Виа? — удивилась она. — Ты, пожалуйста, лежи, не двигайся. Ты, кажется, голову разбила.. — сестра перешла на испуганный шёпот. — Ну и влетит же нам, что Тирна взяли без разрешения!

— Аделин! — раздалось вдалеке взволнованное. — Вивиан!

— Мы здесь, мама! — закричала Ада в ответ.

И тут меня накрыло осознанием. Если я в раю со своей семьёй, то кто такие Тирн, Томас и Мирна? Что за маленькая девочка? Что такое Валмерин?

Нет, это не рай. Не сон. Я больше не дома.

И, кажется.. это даже не моя жизнь.

Приподнять голову я не смогла из-за боли, и всё же умудрилась осмотреть своё тело. На мне платье для верховой езды вроде амазонки, поношенное, но добротное, руки мои, только с ногтей куда-то пропал аккуратный нюдовый гель-лак, а с запястья — татуировка с пионом, за которую мама меня чуть не убила в семнадцать лет.

Я лежала в высокой траве, а вокруг раскинулся пейзаж, как с обоев для рабочего стола высокого разрешения — долина, далёкие горы, причудливо изгибающие ветви плодовые деревья в цвету. И осёдланный гнедой жеребец пощипывает зелень как ни в чём не бывало.

— Виа! — взволнованно закричала мама, запыхавшись от быстрого бега, и опустилась на колени рядом со мной. — Ты цела, моя девочка?

— Мама.. — выдохнула я, глядя на неё во все глаза, потому что передо мной сидела моя покойная мать — Елена Фролова.

Чуть моложе и изящнее, в длинном старинном платье и с волосами, убранными в сложную высокую причёску, но это без всякого сомнения была она.

И я не выдержала. Тело затрясло. Всё, что я держала в себе долгие три года — боль, тоску, одиночество — вырвалось наружу в одном несдержанном рыдании.

— Мамочка! — едва смогла проговорить я.

Женщина ахнула и притянула меня к себе, приподняв под плечи.

— Всё хорошо, ты в безопасности. Виа, ты поправишься, слышишь?

Я плакала, уткнувшись в её платье, не замечая ни странного имени, которым меня называли, ни травы в волосах, ни боли в чужом теле, которое, как я начинала понимать, теперь было.. моим.

Потому что моё собственное осталось там, на Земле, и, вероятно, зрелище представляло нелицеприятное. Не исключаю даже, что мою черепушку придётся собирать по кусочкам, как пазл, чтобы узнать, что это за несчастная невезучая девушка.

А здесь.. здесь я стала кем-то другим.

Заняла место другой из-за маленького пушистого пройдохи, которого и след простыл. Надеюсь, его не постигла моя судьба в родном мире.

Пока мама гладила меня по спине, а Ада легонько сжимала мою ладонь, до меня дошло одновременно страшное и обнадёживающее осознание: я не умерла. Однако, вероятно, и не жива там, где родилась.

На Земле я потеряла всё и всех, кого любила. Мне настолько не за что было держаться, что я уцепилась за глупого кота на остановке, спасая которого, видимо, и погибла. Тут, пусть я и не знаю, где тут, меня встречали моя мама и сестра.

И если это всё-таки сон, я не хочу просыпаться.

А если это вторая жизнь — я постараюсь её не потерять.

Тогда я ещё не знала, что ради того, чтобы сохранить вновь обретённую семью, мне придётся отправиться в самое логово смерти.

Рагонтар, Ксилантис

Текущий момент

Наш небольшой скрипучий экипаж подскочил на ухабе грунтовой дороги, а вместе с ним и мы с Шейлой. Молоденькая шестнадцатилетняя служанка принялась тереть бока и причитать, а я улыбнулась, глядя в окно на мелькающие леса, луга и реки.

Вот так я и оказалась в Рагонтаре — мире шести богов и четырёх континентов, каждый из которых занимало большое корэлевство, сформировавшееся вокруг магического источника одной из четырёх стихий.

Что же до бедняжки Вивиан, упавшей с норовистого Тирна?

Думаю, она, как и я, не ушла до конца. Иногда я видела её во снах и была ею, иногда ко мне приходили её воспоминания и ощущение дежавю. Благодаря ей, мне не пришлось узнавать Рагонтар с нуля, я как будто бы вспоминала его.

Словно Вита Фролова и Вивиан Фэрра слились в одну девушку Виа, и обе окрепли. Мама, папа и сёстры не раз удивлялись, насколько я стала смелее и увереннее после своего «выздоровления».

К счастью, новая Виа понравилась им не меньше, чем старая.

А они понравились мне. Хотя эйра Иленара и эйр Эндраэль не являлись моими прямыми родителями, а эйресс Аделин — младшей сестрой, они походили на мою семью не только внешностью, но и характерами, а также отношением ко мне и друг к другу.

Стоит ли говорить, как быстро я к ним привыкла и привязалась? Мне пришлось заплатить высокую цену, но я считала её справедливой, чтобы вновь обрести дружную семью, которой мне так не хватало.

И даже чуть больше.

На Земле у меня не было второй младшей сестры, а в Рагонтаре у маленькой Элеоноры Фэрра — отзывчивой старшей. Как-то так вышло, что Вивиан держалась особняком и не слишком обращала на Элеа внимание.