Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 26 из 27

— Понятно, — проговорила Джулис. — Ты поднимаешься сюда, чтобы посмотреть на девушек на велосипедах.

Гэрри усмехнулся.

— Я бы их никогда не заметил, если честно, — признался он. — Но я в университете учился с одной девушкой. Точнее, она была на том первом курсе, среди курсисток. И она, помню, грезила велосипедами. Переживала, что люди не одобряют именно женщин на велосипедах. И надеялась на стражу, которая начнет когда-нибудь охранять прекрасных дам на велопробегах. Тогда, значит, что-то изменилось и девушкам стало жить спокойнее. Как-то так она говорила.

Джулис совсем почему-то замерла и не отвечала, только смотрела на десяток дам в шляпках, которые ехали пусть и не по центральной, но все же по одной из главных улиц города.

— Когда ты мне сказала о женских правах, я почему-то вспомнил это. И решил показать тебе.

Джулис никак не реагировала, просто смотрела вниз.

— Что-то бы изменилось, если бы девушкам на велосипедах не нужна была охрана, — отрезала Джулис.

— Не все же сразу.

— Та девушка тебе нравилась? — вдруг спросила Джулис, и щеки ее прекрасно порозовели.

— Наверное. Это было давно. Она училась на первом курсе, я уже выпускался, я смутно помню, что тогда чувствовал, — ни капли не соврав, ответил Гэрри и поцеловал руку Джулис.

— Гэрри, — позвала Джулис и зарделась. — Я думала, мы не будем столько разговаривать…

И так посмотрела, что внутри Гэрри все перевернулось. Он наклонился и снова ее поцеловал. Время шло, а они все целовались и целовались. И Джулис так отчаянно отвечала, что становилось почти больно от желания.

— Стой, — шепнул он.

А она, не открывая глаз, потянулась к нему, едва шепча в ответ:

— Нет, когда я еще тебя поцелую?

— Каждый день, на протяжении всей жизни, — уверенно ответил он. И перешел к плану Маркуса. Он достал алую коробочку и открыл. — Выходи за меня замуж.

Джулис опешила, глядя на сверкающее кольцо на бархатной ткани. И отодвинулась от Гэрри.

— Это шутка?

— Нет, конечно.

— Но мы же незнакомы… И ты дракон.

— Будешь, как полицейские, говорить, насколько мы плохи и потому неблагонадежны? — усмехнулся Гэрри.

Джулис пожала плечами и вдруг закрыла лицо руками. Она не плакала, но отчего-то вся сжалась.

— Джулис? — обеспокоенно позвал дракон.

— Я не могу, — ответила она сквозь руки.

— Я тебе… неприятен? — спросил Гэрри, хотя поцелуи говорили об обратном.

— Нет, ты… наоборот, — сипло сказала она.

— Твой отец будет против дракона? — уточнил он осторожно, убирая руки от ее лица.

— Нет, я думаю, нет…

— Тогда что? — Он заглянул ей в глаза.

— Слишком быстро…

— Свадьбу можем сыграть чуть позже… Через месяц, скажем. А пока помолвка.

Джулис набрала в грудь воздуха и начала говорить так, словно до этой минуты долго держала все в себе:

— Гэрри, я мечтала изменить мир. А точнее, жизнь всех девушек королевства. Я хотела сделать что-то выдающееся. И пошла работать в Совет именно поэтому. Я себе сразу сказала, что это важнее всего. Не дом, не муж — цель! Такая важная, которая больше, чем жизнь одного человека. Чем моя жизнь. Понимаешь?

Гэрри на всякий случай кивнул, хотя подозревал, что ему сейчас просто отказывают. Только прикрываются чем-то великим.

— Я не ходила на свидания, даже не смотрела в эту сторону, да и неинтересно мне это было, понимаешь?

— Не совсем.

— Я хочу сказать, что моя цель осталась. Да, мне грустно из-за зачеркнутого пункта о девушках из законопроекта семь точка одиннадцать. Но я понимаю, что, может быть, будет еще шанс. И я должна его как бы подготовить. Работать. Просто положить жизнь на это!

Гэрри скептически поднял брови, так горячо Джулис, кажется, только целовалась. А чтоб говорить так самозабвенно, такого он еще не видел.

— Поэтому прости. У нас ничего не получится. Ты быстро найдешь себе кого-то другого, — чуть не плача, проговорила Джулис и отвернулась от него. — Мы можем уже спуститься?

— Вполне, — кивнул Гэрри. — Но у меня все же есть еще пара слов. Если ты не против.

— А если против? Я же не могу выпрыгнуть, — проговорила она, все еще не поворачиваясь к нему.

— Не очень я понимаю, как твоей великой цели мешает наша свадьба, — сказал Гэрри. — Вот предположим, мы женаты. И как ты до этого слышала, целуемся каждый день. Можем перед работой или после, можем и до, и после.

Джулис обернулась к нему, пытаясь понять, шутит он или нет. А Гэрри, сохраняя серьезное лицо, продолжил:

— Но во время работы ни-ни. — Он закончил свою мысль, и на губах Джулис появилось подобие улыбки.

— То есть ты, мужчина и дракон, не будешь против, если я буду служить у мастера Фера? Очень сомневаюсь. Такие вещи несовместимы.

— Очень сомневаюсь, что ты права, — почти передразнил ее Гэрри. — Например, моя мама вполне себе заключает успешные сделки наравне с отцом. А у нее муж и трое детей.

— Это редкость… Моя цель…

— Другое дело, — перебил ее Гэрри, — если ты хочешь быть «той, кто пожертвовал всем ради цели». Чтобы все говорили: «Она могла стать женой, а стала секретарем мастера Фера и умерла на своем месте от недоцелованности».

— Ты все шутишь, — пробормотала она.

— Наверное, просто мне страшно, — ответил на это Гэрри, все так же предельно честно. — Страшно, что у девушки двадцати лет есть некая цель, которая несовместима с простой жизнью. В то время как, если подойти к жизни чуть проще и веселее, окажется, что жертвы не нужны. Но возможно, тебе это не подходит и тогда у нас проблема.

— Гэрри, ты найдешь…

— Я уже нашел ту, что мне нужна, — отрезал он, даже не собираясь вступать в этот глупый спор.

Джулис молчала очень долго и рассматривала Гэрри, и на ее лице надежда сменялась отчаянной грустью. Он уже собирался просто зацеловать ее до смерти, чтобы она забыла обо всем, но тут девушка ответила:

— Гэрри… я хочу попробовать.

— Ну нет.

— Что? — переспросила Джулис, и только снова начавшая расцветать в ее глазах надежда потухла. Правда, на ее место не вернулась тоска, а пришла спортивная злость.

— Нужно четкое «да». По-другому никак. «Да» на поцелуи до работы и «да» на поцелуи после работы.

— Да.

— «Да» на поцелуи ноч…

— Да, Гэрри. — На ее губах промелькнула быстрая яркая улыбка, и он снова ее поцеловал.