Страница 26 из 27
— Понятно, — проговорила Джулис. — Ты поднимаешься сюда, чтобы посмотреть на девушек на велосипедах.
Гэрри усмехнулся.
— Я бы их никогда не заметил, если честно, — признался он. — Но я в университете учился с одной девушкой. Точнее, она была на том первом курсе, среди курсисток. И она, помню, грезила велосипедами. Переживала, что люди не одобряют именно женщин на велосипедах. И надеялась на стражу, которая начнет когда-нибудь охранять прекрасных дам на велопробегах. Тогда, значит, что-то изменилось и девушкам стало жить спокойнее. Как-то так она говорила.
Джулис совсем почему-то замерла и не отвечала, только смотрела на десяток дам в шляпках, которые ехали пусть и не по центральной, но все же по одной из главных улиц города.
— Когда ты мне сказала о женских правах, я почему-то вспомнил это. И решил показать тебе.
Джулис никак не реагировала, просто смотрела вниз.
— Что-то бы изменилось, если бы девушкам на велосипедах не нужна была охрана, — отрезала Джулис.
— Не все же сразу.
— Та девушка тебе нравилась? — вдруг спросила Джулис, и щеки ее прекрасно порозовели.
— Наверное. Это было давно. Она училась на первом курсе, я уже выпускался, я смутно помню, что тогда чувствовал, — ни капли не соврав, ответил Гэрри и поцеловал руку Джулис.
— Гэрри, — позвала Джулис и зарделась. — Я думала, мы не будем столько разговаривать…
И так посмотрела, что внутри Гэрри все перевернулось. Он наклонился и снова ее поцеловал. Время шло, а они все целовались и целовались. И Джулис так отчаянно отвечала, что становилось почти больно от желания.
— Стой, — шепнул он.
А она, не открывая глаз, потянулась к нему, едва шепча в ответ:
— Нет, когда я еще тебя поцелую?
— Каждый день, на протяжении всей жизни, — уверенно ответил он. И перешел к плану Маркуса. Он достал алую коробочку и открыл. — Выходи за меня замуж.
Джулис опешила, глядя на сверкающее кольцо на бархатной ткани. И отодвинулась от Гэрри.
— Это шутка?
— Нет, конечно.
— Но мы же незнакомы… И ты дракон.
— Будешь, как полицейские, говорить, насколько мы плохи и потому неблагонадежны? — усмехнулся Гэрри.
Джулис пожала плечами и вдруг закрыла лицо руками. Она не плакала, но отчего-то вся сжалась.
— Джулис? — обеспокоенно позвал дракон.
— Я не могу, — ответила она сквозь руки.
— Я тебе… неприятен? — спросил Гэрри, хотя поцелуи говорили об обратном.
— Нет, ты… наоборот, — сипло сказала она.
— Твой отец будет против дракона? — уточнил он осторожно, убирая руки от ее лица.
— Нет, я думаю, нет…
— Тогда что? — Он заглянул ей в глаза.
— Слишком быстро…
— Свадьбу можем сыграть чуть позже… Через месяц, скажем. А пока помолвка.
Джулис набрала в грудь воздуха и начала говорить так, словно до этой минуты долго держала все в себе:
— Гэрри, я мечтала изменить мир. А точнее, жизнь всех девушек королевства. Я хотела сделать что-то выдающееся. И пошла работать в Совет именно поэтому. Я себе сразу сказала, что это важнее всего. Не дом, не муж — цель! Такая важная, которая больше, чем жизнь одного человека. Чем моя жизнь. Понимаешь?
Гэрри на всякий случай кивнул, хотя подозревал, что ему сейчас просто отказывают. Только прикрываются чем-то великим.
— Я не ходила на свидания, даже не смотрела в эту сторону, да и неинтересно мне это было, понимаешь?
— Не совсем.
— Я хочу сказать, что моя цель осталась. Да, мне грустно из-за зачеркнутого пункта о девушках из законопроекта семь точка одиннадцать. Но я понимаю, что, может быть, будет еще шанс. И я должна его как бы подготовить. Работать. Просто положить жизнь на это!
Гэрри скептически поднял брови, так горячо Джулис, кажется, только целовалась. А чтоб говорить так самозабвенно, такого он еще не видел.
— Поэтому прости. У нас ничего не получится. Ты быстро найдешь себе кого-то другого, — чуть не плача, проговорила Джулис и отвернулась от него. — Мы можем уже спуститься?
— Вполне, — кивнул Гэрри. — Но у меня все же есть еще пара слов. Если ты не против.
— А если против? Я же не могу выпрыгнуть, — проговорила она, все еще не поворачиваясь к нему.
— Не очень я понимаю, как твоей великой цели мешает наша свадьба, — сказал Гэрри. — Вот предположим, мы женаты. И как ты до этого слышала, целуемся каждый день. Можем перед работой или после, можем и до, и после.
Джулис обернулась к нему, пытаясь понять, шутит он или нет. А Гэрри, сохраняя серьезное лицо, продолжил:
— Но во время работы ни-ни. — Он закончил свою мысль, и на губах Джулис появилось подобие улыбки.
— То есть ты, мужчина и дракон, не будешь против, если я буду служить у мастера Фера? Очень сомневаюсь. Такие вещи несовместимы.
— Очень сомневаюсь, что ты права, — почти передразнил ее Гэрри. — Например, моя мама вполне себе заключает успешные сделки наравне с отцом. А у нее муж и трое детей.
— Это редкость… Моя цель…
— Другое дело, — перебил ее Гэрри, — если ты хочешь быть «той, кто пожертвовал всем ради цели». Чтобы все говорили: «Она могла стать женой, а стала секретарем мастера Фера и умерла на своем месте от недоцелованности».
— Ты все шутишь, — пробормотала она.
— Наверное, просто мне страшно, — ответил на это Гэрри, все так же предельно честно. — Страшно, что у девушки двадцати лет есть некая цель, которая несовместима с простой жизнью. В то время как, если подойти к жизни чуть проще и веселее, окажется, что жертвы не нужны. Но возможно, тебе это не подходит и тогда у нас проблема.
— Гэрри, ты найдешь…
— Я уже нашел ту, что мне нужна, — отрезал он, даже не собираясь вступать в этот глупый спор.
Джулис молчала очень долго и рассматривала Гэрри, и на ее лице надежда сменялась отчаянной грустью. Он уже собирался просто зацеловать ее до смерти, чтобы она забыла обо всем, но тут девушка ответила:
— Гэрри… я хочу попробовать.
— Ну нет.
— Что? — переспросила Джулис, и только снова начавшая расцветать в ее глазах надежда потухла. Правда, на ее место не вернулась тоска, а пришла спортивная злость.
— Нужно четкое «да». По-другому никак. «Да» на поцелуи до работы и «да» на поцелуи после работы.
— Да.
— «Да» на поцелуи ноч…
— Да, Гэрри. — На ее губах промелькнула быстрая яркая улыбка, и он снова ее поцеловал.