Страница 2 из 33
Опять тишина и обращённые на меня недоумённые взгляды. Странно… Может, они вовсе не на работу устраиваться пришли? Может, они уже сотрудники этой фирмы, а здесь у них… собрание какое-нибудь? Очень важное. Но почему в коридоре?
— Ну раз никто, тогда я пойду. — Вздохнув, делаю шаг к заветной двери, но тут же передо мной возникает одна девушка и громко объявляет:
— Я крайняя!
Я собираюсь возмутиться, а потом понимаю причину ступора этих дам: я, с их точки зрения, неправильно задала вопрос. Использовала неверное слово.
— Крайними могут быть плоть и Север, — с ехидной улыбкой выдаю фразу, которую частенько повторяет один мой знакомый. — А ещё полёты у пилотов и операции у хирургов. Всё остальное — чушь собачья. Здесь же не кастинг пилотов и хирургов?
Девица с удивлением отрицательно мотает головой и, когда я снова предпринимаю попытку пробраться к заветной двери, восклицает:
— Будете за мной!
— Ну до чего же некоторые люди боятся этого слова
последний
, — усмехаюсь, глядя на неё, — даже произнести не решаются, как будто оно что-то изменит.
— Вы… — начинает она, но я её останавливаю жестом:
— Поняла вас. Последней буду я, не переживайте, проклятие этого кошмарного слова вас не коснётся.
Кажется, после моей краткой речи девушка испытала колоссальное облегчение — это четко написано на её идеально намакияженном лице. Я же решаю, что торчать мне здесь придётся немало времени, а стоять совсем не хочется, поэтому прохожу дальше по коридору и сажусь на уютный диванчик, с которого мне прекрасно видно всю толпу. Если придёт кто-то ещё из соискателей, я увижу и дам о себе знать.
Собеседование начинается, девушки по очереди заходят в кабинет и проводят там минут по десять, не больше. После меня больше никто не приходит — и я действительно оказываюсь в этой очереди последней. И чего все так боятся этого слова? Подумаешь, слово как слово, ничем не хуже других.
Периодически до меня доносятся фразы тех дам, что уже «отстрелялись»:
— Я так переволновалась, что двух слов не могла связать…
— Строгий он очень, но красавчик такой…
— Сказали, что перезвонят, если по итогам подойду…
— Требовательный очень — наверное, я в пролёте…
Ну и всё в таком духе.
А я почему-то за то время, пока здесь нахожусь, даже нервничать перестала, хотя работа мне действительно нужна. Глядя на других претенденток, сделала вывод, что среди них действительно есть реально достойные кандидатки, они и одеты подобающе, и опыт какой-никакой наверняка имеют — это я предположила по обрывкам их разговоров во время ожидания.
Когда девушка, за которой я занимала, заходит в кабинет, предварительно трижды перекрестившись и поплевав через левое плечо, коридор пустеет.
Я нехотя поднимаюсь с уютного диванчика, приближаюсь к нужной двери и читаю надпись на золотистой табличке: «Директор». Чуть ниже: «Артём Леонидович Даровский».
Достаю папку со своими документами и тяжело вздыхаю, вновь бросая взгляд на свою сегодняшнюю одежду: ну если не пройду отбор, так хоть подниму этому Артёму Леонидовичу настроение. Все девушки сегодня были как с картинки — просто загляденье, одеты с иголочки, хоть на подиум выводи. Одна я отличилась.
Наконец дверь открывается и в коридор выскакивает моя конкурентка, обмахиваясь ладонью.
— Ох, я так вспотела, так вспотела… Перенервничала жутко, аж заикаться начала! — пожаловалась она мне и подтолкнула: — Иди, он сказал следующую приглашать.
Я ступаю внутрь и сначала оказываюсь в довольно уютной и светлой, но пустой приёмной. За идеально чистым столом никто не сидит, что неудивительно. Ведь именно это место наверняка займёт помощница директора.
Смело толкаю другую дверь с ещё одной табличкой «Артём Леонидович Даровский» и наконец-то оказываюсь там, где меня будут собеседовать. Ну если не выставят сразу за мой внешний вид, конечно.
— Добрый день! — начинаю я бодренько, понимая, что бояться мне, в общем-то, нечего. Палками меня бить вряд ли будут, максимум — выгонят вон. — Я пришла по объявлению…
И замираю от неожиданности, видя перед собой тему нашего с Катькой грядущего разговора по душам.
Возле большого стола в просторном кабинете стоит, сложив руки на груди, тот самый мужчина, с которым я провела ночь с субботы на воскресенье. И которого я выставила из своей квартиры вчера рано утром в одних трусах.
Сейчас он, конечно же, не в таком откровенном и неприглядном виде: дорогой тёмно-серый костюм, белоснежная рубашка, начищенные брендовые ботинки, идеальная причёска, ехидная улыбка во все тридцать два, и огонёк какой-то нехороший во взгляде горит. Узнал меня, зараза…
Думаю, дальше проводить собеседование бессмысленно, я уже заранее его провалила. Уже тогда, когда провела эту незабываемую ночь. Хотя нет, наоборот, очень даже забываемую. Потому что я ни хрена не помнила утром, даже имени этого мужика!
Но зато теперь я знаю, как его зовут! Аж два раза на дверях было написано, я запомнила. Артём Леонидович Даровский. Ну вот и познакомились…