Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 70 из 92

Глава 11

Грязные тайны

В коррехидории Рика сразу отправилась к себе, ведь в прозекторской с самого утра «отдыхали» два трупа, которые привезли минувшей ночью, и с сожалением заметила, что вместо увлекательных поисков доказательств её ожидает скучная рутина вскрытий.

— Я готова поспорить, что оба скончались от ножевых ранений, — с раздражением воскликнула она в холле после того, как новый, сменившийся дневальный козырнул и по всем правилам вторично доложил о жертвах уличной драки, — но работу делать надо, и отчёты с заключениями о смерти никто не отменял.

— Уверен, что вы справитесь очень быстро, — ободрил девушку коррехидор, — я пока что набросаю план действий на оставшуюся часть дня. Как закончите, сразу ко мне. Мы поедем обедать.

— А я думала, мы поедем раскалывать наших врунишек, — возразила чародейка.

— Работа, конечно же очень важна, — с комической серьёзностью произнёс Вил, и Рике показалось, что в данный момент он копирует своего камердинера, обожавшего с важным видом изрекать общеизвестные истины, — но на голодный желудок много не наработаешь. Недаром в крестьянских хозяйствах был раньше обычай судить хорош ли работник по его аппетиту.

Чародейка кивнула и повернула в сторону лестницы, ведущей на цокольный этаж.

— Конечно, — бормотала она себе под нос, — разрезая на первом трупе одежду, — у опергруппы нашлись более важные задачи, нежели как следует подготовить труп к вскрытию. Пока окоченение не наступило, можно было одёжки и поснимать.

Рика могла спокойно биться об заклад по поводу причин смерти. Оба мужчины были зарезаны, и, весьма вероятно, зарезаны друг другом. Первый — невысокий брюнет с откровенно завитыми волосами и напомаженными усиками носил яркую рубашку вкупе с модными узковатыми брюками и обилием позолоченных цепочек на шее и запястьях. Он здорово смахивал на сутенёра. По крайней мере, таковыми их описывали на страницах романов. На кистях и предплечьях мужчины — множественные резаные раны («перчатки» — про себя усмехнулась Рика), а также касательное ранение мягких тканей живота без проникновения в брюшину. От чего же он умер? Девушка закончила внешний осмотр и приступила к вскрытию. Причина смерти оказалась банальной — разрыв селезёнки при резком падении на камни мостовой плюс болевой шок от порезов и потери крови.

Она магией убрала кровь, зашила труп и перешла ко второму столу, там лежал тот, кто предположительно и отправил сутенёра к праотцам.

Погибший на вид был старше сутенёра, которому Рика дала года тридцать два — тридцать четыре. Крупный, тостоватый, с руками грузчика. Обилие татуировок на руках говорило не о связи с баракуданом, а скорее указывало, что коротко остриженный мужчина успел отсидеть по крайней мере пару сроков. Вся одежда залита кровью. Тёмной, венозной. Чертыхнувшись про себя, она подумала, что оперативники оставили одетыми трупы совершенно правильно. Внешний осмотр очень важен и может задать правильное направление всему расследованию.

Итак, что у нас здесь? Острая, массивная кровопотеря из-за проникающего колюще-резанного ранения брюшной полости. Крови много, что означает, скорее всего, повреждение зоны ворот печени. Профессиональный удар. Странно, что сутенёр столь неумело защищался, закрываясь руками и подставляя предплечья под секущие удары противника. Рану нанесли снижу вверх в правое подреберье (что вполне естественно, сутенёр на голову ниже уголовника). Уголовник вряд ли мучился больше двух-трёх минут, внутреннее кровотечение в подобных случаях бывает очень обильным. Странно, что мелкий сутенёр сумел с одного удара уложить сиделого громилу.

Рика с азартом принялась работать дальше. Может его зарезал кто-то другой, кто подоспел на помощь раненому товарищу? Нет. На столе для вещ-доков лежат два ножа: фартовый, выкидной с перламутровой ручкой явно принадлежал сутенёру, а второй — простой, тяжёлый (такие удобно носить за голенищем), похоже, собственность уголовника. Что же произошло? Девушка продолжила вскрытие. Оружие сутенёра прошло под острым углом и извлечено с поворотом. Сразу вспомнилась страничка учебника, где говорилось, что «подобная рана характерна при падении пострадавшего на клинок, удерживаемый другим лицом». Ещё одна любопытная деталь — старый рубец на правом подреберье, а часть печени выступает за рёберную дугу. Удаление жёлчного пузыря? Другое ранение? Всё может быть, только именно опущение печени из-за прежней травмы (операции?) и оказалось фатальным.

Перед мысленным взором чародейки встала такая картина: двое повздорили прямо на улице. Схватились за ножи. Уголовник грубо пошёл на сутенёра, нанося широкие удары. Сутенёр, явно имевший опыт в уличных драках, не отступает, не начинает махать ножом в ответ. Он старается закрыться руками и использует приём «рычаг локтя» — так проще контролировать оружие. И, когда его противник замахивается для удара в корпус, делает шаг вперёд, перехватывает свободной рукой руку с ножом, подныривает, выставив перед собой нож. Рослый уголовник по инерции продолжает двигаться вперёд и насаживается на нож. Если бы сутенёр бил, рана была бы шире, а он просто выставил вперёд клинок, и его противник сам напоролся на него всем своим немаленьким весом. Это подтверждает и характер раны в печени: рваные края указывают, что нож извлекали с трудом, поворачивая его справа налево. Вот так. Сутенёр не целил в печень, она прикрыта рёбрами. Ему просто повезло, что у уголовника удалён жёлчный пузырь. Уличная потасовка, что закончилась фатально для обоих её участников.

Рика удовлетворенно вздохнула и села писать заключения о смерти, а закончив, привела в порядок и прозекторскую, и себя. Теперь можно спокойно идти к Вилу. По дороге девушка сообщила удачно встретившемуся офицеру, что трупы можно отправлять в морг. Отчёты пошли к Тураде-Дураде, встретившему её с отвратительно-многозначительной миной, словно ему было сто лет, и он с пониманием и толикой сожаления наблюдает за внучкой, которая бегает за молодым человеком. Он широким жестом пригласил пройти в кабинет начальника.

Вил обрадовался, что чародейка столь быстро управилась со своими делами и сразу, без предисловий, приступил к делу.

— Я перечитал показания упрямцев, и мне в голову пришли кое-какие идеи, — проговорил он, ероша волосы.

Рика догадалась, что коррехидору не терпится поделиться своими выводами, посему обед откладывается, и уселась перед ним с заинтересованным видом.