Страница 51 из 92
— Не исключаю. Очень удобно для покушения, особенно, если человек вхож в среду и Кленовый дворец.
— Вы об Окири? — уточнила чародейка. Коррехидор кивнул. — Нет, маловероятно. Я скорее поверю в повреждённую упряжь. Кавалерист должен знать, что и где можно испортить, чтобы наездник свалился с лошади, и сделать такое куда как проще, нежели организовать совпадение из обеденного перерыва, халатности рабочих и выхода Никки покурить.
— В данной ситуации я склонен посчитать случайностью нагруженную строительную люльку, — сказал Вил, потянувшись за бутербродом с форелью. — Для того, чтобы убить человека, можно просто уронить ему на голову кирпич или ведро с цементом. Во дворце этажи достаточно высоки, чтобы падение как первого, так и второго, привело к несовместимым с жизнью травмам. А по поводу времени перекура замечу, что все работающие в Кленовом дворце прекрасно знают, в какое время король уходит на ланч, и ни для кого не секрет, что гвардейцы пользуются малейшей возможностью улизнуть с поста, чтобы покурить. Ланч короля совпадает по времени с обеденным перерывом строителей и сам этот факт предоставляет отличную возможность для покушения. Если бы Окири просто скинул на голову приятеля кирпич, а не стал бы возиться с отвязыванием нагружённой люльки, Никки не успел бы отойти и погиб на месте. Но мне кажется, что такому позёру как Окири, уронить на голову жертвы целую строительную люльку показалось гораздо более эффектным и запоминающимся. Поэтому-то он и потратил драгоценные секунды, что дало возможность коту вывести гвардейца из-под удара.
— А третий несчастный случай, — спросила Рика, — тот, что произошёл на горячих источниках? Мне он кажется крайне сомнительным. Моя семья владеет гостиницей и онсэном, так что устройство такого комплекса я знаю не понаслышке. У нас, правда, нет отдельных кабинетов с парными, только есть отличнейшие закрытые и открытые купальни с целебной водой, но представить, что дверь могла запереться сама собой, — девушка скроила скептическую гримаску, — я не могу. Обычно внешний запор даже не предусматривается. Да и зачем? Замок снаружи защищает от воров, когда хозяев нет дома. Купальни никогда не остаются без присмотра. Клиент в такой парной кабинке запирается сам изнутри, тогда каким образом дверь могла «случайно» запереться снаружи?
— Вообще-то, майор, имя которого мы так и не удосужились узнать, говорит, что дверь в отдельный кабинет просто заклинило, — уточнил Вил, — древесина разбухла от высокой температуры и влажности, и от этого дверь перекосило.
— Более чем сомнительно. На горячих источниках всегда всё строят из лиственницы, сосны или дуба, — со знанием дела заявила чародейка, — любой владелец онсэна непременно учитывает этот очень важный момент: древесина хвойных и дуба не гниёт, не разбухает, изделия из неё не ведёт, а со временем под действием солей минеральной воды она становится крепче камня.
Вил кивнул, в вопросах строительства он чувствовал себя полнейшим профаном.
Рика с удовольствием допила восхитительный кофе, полюбовалась листочком мяты, прилепившимся на дне чашки, и вдруг неясная мысль, торкнувшаяся в сознание при рассказе майора, оформилась с кристальной ясностью. «Шаги по потолку»! Конечно, именно в этой книге Мастера Окири и описывалось подобное убийство, блестяще осуществлённое, а затем не менее блистательно раскрытое детективом Акиро. Там преступник ловко воспользовался разбухшей дверью, и человек внутри превратился в паровую булочку. Об этом своём открытии она радостно сообщила Вилу.
— Меня с момента разговора в «Проделках горностая» преследовало ощущение дежавю, — Рика потёрла лоб, словно пыталась прогнать неприятное чувство, — всё в последнем несчастном случае мне казалось знакомым: онсэн с отдельными кабинетами и возможностью хорошенько пропариться, внезапно заклинившая дверь. Кстати, в романе Окири сделал ту же самую ошибку, что и вы, — она тонко улыбнулась, — ошибку извинительную и объяснимую: он тоже посчитал, будто бы дверь могла разбухнуть.
— Могла в случае, если здание построили без учёта влажности и высокой температуры, — усмехнулся коррехидор, — но наблюдение прелюбопытнейшее. И оно прекрасно вяжется с характером нашего убийцы.
— Но ведь любой человек мог прочитать «Шаги по потолку» и воспользоваться удачной идеей для преступления, — возразила чародейка.
— Мог, но лишь в том случае, когда роман Мастера Окимая вышел прежде несчастного случая на горячих источниках, — согласился Вил. — Нам нужно соотнести дату выхода книги и дату несчастного случая. Если книга окажется на первом месте, то это — совпадение, если же первенство останется за покушением, тогда это — не плохая себе улика. Особенно, если к ней прибавить факт, что никто кроме Окири не устраивал с убитым постоянных склок, не стрелялся с ним и не убивал противника метким выстрелом в лоб.
— А раз мы со слов полковника Хашибы знаем, что подпоручик крепко мазал, когда волновался, то выходит, что убил он Никки не у барьера, а спокойно, словно целился в бутылку на спор, — подхватила мысль Рика. — Тогда и остальные несчастные случаи тоже могут оказаться не просто несчастными случаями, а неудавшимися покушениями.
— Возможно, — согласился Вил. — Только не радуйтесь раньше времени, доказать это у нас нет никакой возможности.
— Так ли?
— Глядите, — коррехидор допил кофе и аккуратно пристроил пустую чашку на поднос, — случай с падением на ученьях, естественно, мог быть подстроен. Только вот найти в ущелье труп лошади, свалившейся туда около года назад, просто немыслимо. Его уже успели объесть волки, хищные птицы могли растащить кости, а грызуны основательно изничтожить все ремешки упряжи. Я не принимаю в расчёт сам факт нахождения трупа.
Рика кивнула. Их имение располагалось в горах, и девушке было отличнейшим образом известно, как трудно отыскать что-либо (или кого-либо) свалившееся в ущелье. Особенно, если по дну протекала река. Ко всему прочему, год — слишком большой срок для экспертизы кожаных ремней и железных колец. Ржавчина давно съела все следы вмешательства человека. Четвёртый сын Дубового клана совершенно прав, доказать факт покушения не в человеческих силах. Даже магия не поможет.
— Покушение в Кленовом дворце ещё хуже, — покачал Вил головой, — ремонт галереи закончился ещё осенью. Всё давно убрано, и никаких следов как халатности строителей, так и вмешательства предполагаемого убийцы нам не отыскать.
— Онсэн. Остаётся один онсэн, — проговорила чародейка.