Страница 19 из 93
Глава 11
Ксения
Ночной город проносился мимо смазанными пятнами фонарей.
Ворвавшийся в приоткрытое окно ветер трепал мне волосы, но я не спешила его закрывать. Этот свежий, влажный воздух был моим спасением, якорем, который помогал держаться в реальности и не проваливаться в липкий омут панической атаки.
Мне удалось немного расслабиться. Я разжала побелевшие пальцы, мертвой хваткой вцепившиеся в сумку, откинулась на спинку сиденья и даже заставила себя дышать ровно.
Вдох. Выдох.
Я в безопасности. Это просто мой босс. Он везет меня домой. Ничего страшного не происходит.
— Давно это было?
Глухой, спокойный голос Тимура вдруг нарушил тишину салона.
Я вздрогнула, резко повернув к нему голову.
— Вы о чем?
Тимур не отрывал взгляда от дороги. Лицо в профиль казалось высеченным из камня, подсвеченное лишь тусклым светом приборной панели.
— К сожалению, в силу специфики своего прошлого бизнеса, я видел много жертв насилия, — ровно, почти отстраненно произнес он. — Я могу распознать ПТСР. Слишком характерные реакции.
Внутри все похолодело. Мой идеальный фасад, который я выстраивала годами, рухнул перед этим человеком за какие-то жалкие десять минут. Я почувствовала себя абсолютно голой и беззащитной под его рентгеновским взглядом.
— Давно, — коротко ответила я и отвернулась к окну, давая понять, что тема закрыта.
— Извините. Просто… машины — триггер. Я понял.
— Нет, дело не в машинах. Я езжу на такси. Просто никогда не сажусь в
такие
машины.
Тимур коротко повернул голову в мою сторону. Взгляд его темных глаз скользнул по моему лицу, затем он снова отвернулся к дороге.
— Я могу посоветовать вам хорошего врача. Отличный специалист в Москве, вытаскивает людей и не из такого…
— Не нужно. Много лет прошло. Я уже это пережила. И, если быть откровенной, все могло быть гораздо хуже.
— В смысле? — его голос вдруг неуловимо изменился, стал жестче.
— Меня могли убить. А так… просто привезли к больнице и выкинули.
Скрип.
Плотная кожаная оплетка руля жалобно заскрипела под его пальцами. Я скосила глаза и увидела, как побелели костяшки на его кистях. Тимур сжимал руль с такой первобытной силой, словно пытался свернуть ему шею.
— Это не оправдывает насильника, — процедил он сквозь плотно сжатые челюсти.
— Нет. Не оправдывает. Но жить так — проще. Искать хоть какие-то плюсы, чтобы не сойти с ума.
Машина плавно притормозила на светофоре.
— Его поймали? То есть… заявление написали?
Внутри вспыхнуло глухое раздражение. Моя благодарность за то, что он не стал запирать двери, мгновенно испарилась.
— К чему такой интерес к моей жизни, Тимур Артурович? Это мое личное дело.
Он резко повернул голову. Наши взгляды встретились. В его глазах полыхало что-то тяжелое, непонятное мне, но отступать он явно не собирался.
— Вы мой сотрудник, Ксения. Ценный сотрудник. И я хочу знать, что с вами происходит. У нас всё получится в бизнесе, только если мы будем друг другу доверять.
— Я буду вам безмерно благодарна, если об этом разговоре никто не узнает, и вы больше никогда не будете меня об этом спрашивать.
— Понял.
Внедорожник плавно тронулся с места.
— Я вообще не должна была ничего говорить, — тихо, уже больше для самой себя, добавила я, потирая пульсирующие виски. — Видимо, стресс и усталость сказываются.
Остаток пути мы проехали в абсолютном молчании.
Мы свернули в мой старый, заставленный машинами спальный район и медленно подъехали к нужному подъезду. Свет фар выхватил из темноты детскую площадку, обшарпанную входную дверь и… одинокую фигурку, съежившуюся на лавочке.
Мое сердце пропустило удар.
— Конфетка? — выдохнула, не веря своим глазам.
Как только машина остановилась, я, не дожидаясь, пока Тимур поставит ее на паркинг, дернула ручку и буквально выпрыгнула из салона.
— Алинка! Ты чего тут⁈ Три часа ночи! — я подлетела к дочери, на ходу скидывая с себя пиджак, чтобы накинуть на ее озябшие плечи.
Дочь резко подняла на меня покрасневшие, полные отчаянной решимости глаза.
— Я ни дня больше не проведу наедине с этой женщиной! — она с ненавистью ткнула пальцем в сторону нашего подъезда.
— Алин… — я опустилась перед ней на корточки, заглядывая в лицо.
— Мам, пожалуйста! Давай просто уедем в нашу квартиру! Будем спать на полу, мне плевать на ремонт, на пыль, на всё! Я не хочу туда возвращаться. Я больше не могу.
Прижала ее к себе, чувствуя, как она мелко дрожит. Господи, до чего же мать довела ребенка, если она в три часа ночи сбежала на улицу?
— Все хорошо?
Глухой мужской голос заставил нас обеих вздрогнуть. Я обернулась.
Тимур не уехал. Он стоял у машины, расслабленно облокотившись бедром о капот и засунув руки в карманы брюк.
Алина мгновенно подобралась, шмыгнула носом и с любопытством уставилась на него из-за моего плеча.
— А это кто?
— Новое начальство, — вздохнула, поднимаясь на ноги. — Тимур Артурович. Мы работали, он подвез.
В этот момент в недрах моей сумки надрывно и громко зазвонил телефон. Я судорожно зашарила внутри, выуживая свой несчастный аппарат.
На разбитом экране мигало имя «Карина», но сенсор напрочь отказывался реагировать на мои лихорадочные попытки провести пальцем по стеклу.
Тимур вдруг негромко усмехнулся.
— Видимо, мне все-таки предстоит встреча с правоохранительными органами. Полчаса истекли.
Я обреченно застонала, поняв, что Карина, как истинный паникер, сейчас действительно вызовет полицию, потому что я не отвечаю.
— Можно ваш телефон? Еще разочек.
Тимур молча достал из внутреннего кармана пиджака свой мобильный, разблокировал его и протянул мне. Я быстро набрала номер подруги по памяти.
— Карин, отбой! У меня телефон видимо совсем сдох, я доехала, все хорошо! Спасибо тебе, — выпалила в трубку, как только она ответила.
— Слава богу! А это чей номер?
— Тимура Артуровича. Я дома.
— А… ну хорошо. Спокойной ночи, Ксюх. Завтра расскажешь.
— И тебе.
Я нажала отбой и обернулась, чтобы вернуть аппарат владельцу.
Алина уже стояла рядом с боссом. И она… смеялась. Моя колючая, закрытая девочка, которая только что рыдала на лавочке, смотрела на этого мужчину снизу вверх и чему-то хихикала.
— Мам! — Алина повернулась ко мне — Твой босс сказал, что отвезет нас к нам на квартиру! Поехали, а?
Я устало потерла переносицу.