Страница 30 из 33
Глава 19
Глава 19
Глава 19
Захожу в квартиру.
Ноги отваливаются.
Наклеенные ресницы тоже.
На душе пустота.
Сейчас придется как-то перед бабушкой объясняться.
Идиоткой я, конечно, выставила и себя, и ее.
Она-то, наверное, вообще не поняла, что за канделябр я отчебучила..
И объяснять сейчас совсем не хочется..
Я вообще ничего не хочу делать. Переодеться в любимую пижаму, напиться чаю с приторной шоколадкой, завалиться на постель, укрывшись теплым одеялом, и продрыхнуть этот день, эти дни, его продрыхнуть.. Отмотать, черт возьми, все назад! Какого черта я стояла с этим чертовым ведром, уши развесив?! Не зря же с детства говорят, что любопытство до добра не доведет!
Открываю дверь, захожу как можно тише. Может есть вероятность, что бабуля уже спит..
Нет же.
Стоит в дверях, подперев руки в бока..
Смотрим исподлобья..
Молчим вот так..
— Знаешь, Тонь.. Ты когда маленькой была, с перины упала.. Я тогда сильно заволновалась, участковую вызвала.. А она сказала, что все нормально. А ничего не нормально. Все-таки ты на голову отшибленная..
Я снимаю, наконец, с распухших ног туфли. Вот эти пару секунд- чистое блаженство. Настолько, что даже все остальное кажется мелочами жизни..
— Объяснишь может, Тонь? Это что было?
Дышу. Глубоко и размеренно. Как учили в умных фильмах. Я сильная, я справлюсь..
— Не судьба, ба. Нечего тут объяснять. Не мой Армен. Не пара мы друг другу..
Она хмыкает.
— Это ты с чего вдруг решила?
— С того..- стараюсь не смотреть ей в глаза. Не хочу, чтобы она видела там боль и разочарование..- корсет помоги мне развязать. А то скоро задохнусь.
Она подходит и дергает за веревки. Тоже больно, блин. И на черта эти мучения?
— Тоня, ты просто объясни мне.. Как можно вот так людей подставлять? Это как минимум безответственно.. Как максимум..
— Как максимум, ба, я готова говорить об этом обо всем завтра. А сейчас я сильно устала и хочу спать.
Иду прямиком в свою комнату. Захожу и хлопаю шумно дверью. Специально вот так нагло хлопаю- потому что лучшая защита- нападение. А мне нужно сейчас напасть, чтобы бабушка оставила пока в покое..
— И все же поговорить придется,- слышу позади с дивана мужской голос и вздрагиваю,- хоть спать и правда сильно хочется, Тонь.. С тобой..
Я оборачиваюсь медленно и почти обреченно..
Сердце уходит в пятки.
Потом снова возвращается в грудную клетку, потом подскакивает к горлу..
Он.. Он тут? В моей хатенке?! Не со своей королевой крысаты?!
— Ты.. что тут делаешь?
Армен встает и решительно сокращает расстояние между нами.
Усмехается, но не высокомерно. Это скорее признание факта того, что..
— Ты моя законная жена, Тоня джан. В ЗАГСе мы расписались. Так что странноватый вопрос.. Пришел за исполнением супружеского долга.. Как думаешь, имею право?
Последние слова впечатывает в меня, резко дергая на себя. Горячее дыхание с примесью алкоголя опаляет.. Сердце бьется неистово..
Он тянет ближе, как будто проверяет, насколько я еще могу сопротивляться, насколько хватит воздуха между нами - этого крошечного, зыбкого пространства.
Я - как натянутая струна. Еще немного - и сорвусь, либо в гневе, либо.. в другое.
— Отпусти, - выдыхаю, но это звучит не как приказ. Скорее - просьба, слишком тихая, чтобы самой поверить.
Он улыбается уголком губ. Эта его фирменная - «я знаю, что ты врешь себе» - ухмылка.
— Поздно, Тоня джан. Теперь придется слушаться. Послушная армянская жена, помнишь? - тянет почти шепотом, и каждое слово будто царапает кожу.
— Вот еще, - вырывается из меня. - С чего бы вдруг я должна тебя слушаться?
— С того, что я приехал за тобой, - его голос стал ниже, теплее, опаснее. - Собирайся. Сейчас поедем.
— Куда?
— В отель.
Он говорит это так буднично, будто предлагает чашку кофе. И при этом смотрит - не мигая, не моргая.
— В отель, - повторяет он мягко, и этот мягкий тон почему-то хуже любого приказа.
— А если не поеду?
— Поедешь, - пожимает плечами. - Ты же у нас воспитанная. Не оставишь мужа без ужина и моральной поддержки. Хотя ладно, колюсь. С ужином на этот раз тебе повезло. Твоя ба уже меня накормила. Так сказать, помогла стресс заесть, пока ждал тут тебя в ярости.. Пол города оббегал- и впустую..
Я фыркаю, хотя голос предательски дрожит.
— Ты идиот.
— Тоня.. Ты теперь будешь следить за базаром.. - спокойно.
Он делает шаг вперед. Я - назад. Еще шаг. И натыкаюсь на край кровати. Вот и вся моя линия обороны.
Армен ставит ладонь на стену рядом с моим лицом, закрывая выход.
— Боишься?
— Не тебя, - стараюсь держать взгляд уверенно, но в груди все пульсирует.
— А зря, - шепчет он, почти касаясь губами виска. - Меня бояться полезно. Особенно когда я злой.
Он словно нарочно задерживает дыхание у самой моей щеки. В комнате становится душно.
Я поднимаю подбородок, будто бросаю вызов:
— Ты не посмеешь.
Он улыбается.
— Проверим?
Секунда. Две. Между нами будто искрит воздух.
— Армен, - выдыхаю я. - Даже не думай.
— Я уже думаю. И очень активно.
Он чуть отстраняется, глядит прямо в глаза - слишком близко, чтобы не чувствовать, как пахнет его кожа, табак, немного мята и что-то еще, опасно знакомое.
— Если сейчас не уйдешь, - шепчу я, - я..
— Что? Ударишь?
— Могу.
— Попробуй.
Он подставляет щеку. Нагло. Спокойно.
Рука сама поднимается, но застывает в воздухе.
— Вот, - он тихо усмехается. - Уже слушаешься. Полдела сделано.
Я сжимаю кулаки.
— Ты невыносим.
— А ты - прекрасна, когда злишься. Вообще, Тонька, ты самая прекрасная, кого я видел! Даже не думал, что женщина может быть такой абсолютно прекрасной! Безотносительно! Абсолютно!
И вот эти его наглые армянские сладкие слова выбивают почву из-под ног. Словно на секунду перестаю помнить, зачем вообще борюсь.
Он видит это. И, кажется, наслаждается каждой моей реакцией, каждым глотком воздуха, который я делаю между его словами.
— Поехали, Тоня..