Страница 21 из 73
Присягу я принимал уже несколько раз. Определённый опыт имелся. Тем более, отсюда только недавно вышел первый присягнувший мне человек. Но всё равно было немного не по себе.
— Можно я первая, хозяин? Возьми меня под свою руку.
Алиса подалась вперёд. Стремительно приблизившись, порывисто опустилась на колени.
— Подать свою руку? Может быть хозяин желает потрогать моё личико? Ротик… Контакт для присяги, он ведь разным бывает…
— Кошке я обещала снять шерсть, а тебе сниму голову. До сих пор ничего не поняла, лисица?
Кицунэ осеклась на полуслове. Прищурив глаза, стрельнула взглядом в сторону Влады.
— А я что? Я ничего. Присягу вот даю. Традиции знаешь-ли разные бывают. У нас вот своих хватает. Интересненьких.
Вытянув руку, взял её левую ладонь в свою правую. Направил силу в конечность, точно так же, как проделывал это с полицейским.
Вот и ощущение контакта появилось. Сложно объяснить — как сцепка с кем-то ещё. Если проводить совсем далёкие параллели, похоже на ситуацию, когда прислоняешься к рабочей технике и чувствуешь её вибрации. Только в данном случае ещё ощущаешь настроение и можешь направлять энергию вглубь чужого тела.
Если уж на то пошло — не только тела. Сейчас я был способен запросто работать с разумом лисицы. Сама печать ставилась на руке. Но то были просто ворота. За условные нормы присяги отвечал разум.
Раньше я это понимал скорее на уровне каких-то инстинктов и рефлексов. Сейчас — после того, как совсем недавно принял присягу у Шувалова, осознавал полностью. И одно за другим выставлял условия, с которыми последовательно соглашалась Алиса. Начиная преданностью мне и невозможностью нанести любой вред, а закончив необходимостью спасать собственную жизнь, если окажемся в бою и спасти меня всё равно не будет никакой возможности.
Этот пункт был последним — я увидел, как изумлённо расширились глаза стоящей на коленях лисицы. В следующую секунду меня обдало мощной волной энергии, от которой по коже пошла дрожь и зашевелились волосы. А плюсом к ним и всё остальное. Концентрированная сексуальная мощь, пронизавшая моё тело.
— Ты что себе позволяешь? Это как понимать?
Как оказалось, волну почувствовал не только я. Влада, которая озвучила вопрос, тоже её прекрасно ощутила.
— Не сдержалась. Наш хозяин такой хороший… Не могу сдержать свои шаловливые мыслишки. Не злись шаманочка. Лучше делись…
Брюнетка зыркнула на неё так, что кицунэ предпочла укрыться за спиной Степана. Ко мне же шагнула Тома. Которую, неожиданно для всех опередил Гена.
— Хочу быть вторым в этой игре против всех систем, — уверенно заявил поэт, протягивая руку.
Несмотря на все мои опасения, с ним всё прошло максимально просто и штатно. Как и со всеми остальными — я принимал присягу одну за другой, быстро наращивая число участников своей свиты.
Наконец осталась одна Кристина. Усевшаяся на диване и мрачно наблюдающая за происходящим. Проводив взглядом Клима, что отошёл в сторону, шаманка в очередной раз за сегодня вздохнула. Покосилась на свою сестру. И медленно поднялась на ноги.
Подойдя, посмотрела мне в глаза. Ещё чуть подождала.
— Ты так медлишь, как будто собираешься продать что-то важное. Речь всего лишь о твоей свободе, мурр. Абсолютно бесполезная вещь. Полностью.
Что занятно — на подколку кошки девушка никак не отреагировала. Лишь тихо хмыкнула, после чего вытянула свою руку.
Её пальцы оказались холодными, а вот процедура прошла чуть тяжелее, чем с прочими. Казалось, наши силы старались держаться подальше друг от друга. Приходилось буквально заставлять их взаимодействовать. Втискивать в объятия друг друга. Очень странные ощущения.
Наконец всё закончилось и шаманка, на лбу которой проступили капельки пота, отступила в сторону.
— Ну всё. Теперь идите работать, мурр. Конюшню нам постройте. Без неё дом не дом. И погреб под икорку потребуется.
— Можете тебе ещё и рыбки красной сбегать наловить? Не твои мы присяжники, а господина. Приказы нам смеет отдавать только он.
Лешачка, что озвучила эти слова, смотря на кошку с полным осознанием своей правоты. А прежде чем Беатрис ударила в ответ, неожиданно послышался голос Степана.
— Вообще я и так делом занимался. Клим, пойдём поможешь с ванной разобраться.
Парень, у которого даже лицо выглядело, как у скользкого разводилы, что предлагает переписать квартиру во имя твоего спасения, с недовольным видом двинулся за ними. Следом тут же рванул Гена.
— Подождите. Никак нельзя чинить ванну без хокку. Без этого не справиться.
— Я тогда оценю масштабы покраски на третьем этаже. Тут поблизости есть малярный? Хочет кто помочь?
Марта покрутила головой и с ней тут же отправились Тина с Томой.
— Вот. Об этом я и говорила, мурр. Хорошие работники всегда начинают рыть конюшню сами.
— Разве их роют? — поднялась на ноги Кристина. — Где ты видела лошадей, которые живут в земле?
— Там же, где наблюдала заминированных некро-кротов, делающих подкопы.
В комнате ненадолго наступила тишина. Обе шаманки переглянулись, а вот на лице Алисы, которая тоже осталась здесь, проступило удивление.
— Некро-кротов?
К её разочарованию, лисице никто не ответил. А вот Влада шагнула ближе, заглядывая кошке в её синие глаза.
— Ты это всё ещё ты? Ведь да?
До меня только теперь дошла ещё одна причина по которой Кристина не горела желанием давать присягу. Остальные-то были не в курсе, но ей сестра наверняка рассказала. Или хотя бы намекнула на всю эту ситуацию с гусаром. Вчера я сам прервал расспросы старшей шаманки, намереваясь обсудить эту ситуацию ночью и посоветовать, стоит ли ей всё выкладывать. Когда с беседой под покровом ночи, по естественным причинам не срослось, хотел поговорить утром. Но этим планам помешал заявившийся Шувалов.
Теперь же она точно была в курсе. Как минимум, догадывалась, судя по её взгляду. И если все прочие давали клятву верности странному духоглядцу, который освободил их из рабства и выступил своего рода носителем света, то вот она видела ситуацию иначе. Понимала, что здесь в любой момент может появиться тот самый гусар из прошлого и добром всё это точно не закончится.
— Беатрис Форси Скаймай, всё ещё тут шаманка. И всегда будет, мурр. Даже не надейся. Просто вспомнила один рассказ прабабки.
— Она участвовала в Первой Мировой?
Взгляд Кристины сместился с меня на кошку и Беатрис, как будто бы замялась.
— Возможно. Не помню точно.