Страница 25 из 146
Рим — шпионское гнездо
Дипломаты были не единственными, кто активизировал свою деятельность в ватиканских кулуарах. С близкими папе кардиналами и монсеньорами, а порой и самим папой постоянно встречались и некоторые ответственные политики. Так, весной 1915 года сорокалетний лидер немецкой католической партии «Центрум» Маттиас Эрцбергер неоднократно приезжал в Рим, где встречался с Бенедиктом XV и его государственным секретарем кардиналом Гаспарри, жертвуя деньги, много денег, которые поступали от неких тайных немецких благотворителей на церковные дела под видом «подаяния Святого Петра».
Ни папа, ни Гаспарри обману этих благовидных намерений не поддались. Не вызывало никакого сомнения, что у Эрцбергера была определенная миссия. Его частые встречи с соотечественником — дипломатом Францем фон Штокхаммерном, основным агентом пропаганды Рейха в Риме и тайным финансистом многих итальянских газет, не оставляли никакого сомнения по поводу его истинной деятельности. Однако и окружение папы не преминуло воспользоваться Эрцбергером для сохранения тайных контактов между Святым Престолом и Рейхом, благосклонно, если не сказать участливо, следя за действиями немцев, старавшихся удержать Италию от вступления в войну.
Все было напрасно. Ни тайные маневры Ватикана, ни усилия немецкой пропаганды, ни манипуляции апеннинской прессы, ни депутатские «конверты», ни давление католической итальянской церкви, прельстившей свою паству перспективой союза с Австро-Венгрией для возвращения провинции Трентино-Альто-Адидже, — ничто не помешало Италии 23 мая 1915 года объявить войну Австрии.
Это стало первым поражением Святого Престола, который, несмотря на заявление о своем нейтралитете, желал избежать подобного сценария. Ведь если Италия приложит руку к поражению Австро-Венгерской империи, Ватикан лишится самого могущественного своего союзника; если же Италия будет повержена Австрией, то неизбежно наступит анархия, могущая поглотить Рим и явить собой физическую угрозу для Ватиканского квартала, последнего папского бастиона. Во время аудиенции, данной бывшему французскому министру Габриэлю Аното, Бенедикт XV сказал:
— Что будет с нами? Ведь мы стали совершенно беззащитны!
В Ватикане много толков вызвал еще один аргумент: при вступлении Италии в войну многие молодые и блестящие прелаты из окружения папы рисковали быть насильно вовлеченными в итальянскую армию. Это касалось и секретаря Конгрегации чрезвычайных церковных дел Эудженио Пачелли (будущего Пия XII), который числился на тот момент 39-летним резервистом. Во время своей беседы на данную тему с австрийским послом принцем фон Шёнбург-Хартештайном в январе 1915 года папа думал не только о судьбе швейцарских гвардейцев.